Неудобная Вера. Жизнь и подвиг партизанки Хоружей

Вера Хоружая (сидит третья справа) на учёбе в совпартшколе. Минск, 1922 г.

Вера Хоружая крайняя слева во втором ряду среди актива клуба «Коммунистический интернационал молодёжи», Минск. 1923 г.

Обложка книги «Письма на волю», вышедшей в издательстве «Молодая гвардия» в 1931 году.

Награда 1930 года - орден Трудового Красного Знамени БССР

Корчик-Логинович

Заявление В. Хоружей о пересылке ей партбилета. 1935.

В.З. Хоружая со своим мужем С.Г. Корниловым, 1940 г.

Заполненный В. Хоружей учётный листок во время перехода с работы пропагандиста райкома КП(б)Б в Телеханах на должность инструктора обкома в Пинске. 29 декабря 1940 г.

«Адвеку мы спалі» (белорусская «Марсельеза»). Автограф Веры Хоружей. 1942 г.

Бюст В. З. Хоружей возле средней школы №27 г. Бобруйска, носящей её имя.

В 20 лет выходит замуж за Станислава (Стефана) Адамовича Скульского (настоящая фамилия в разных документах по-разному - Мертенс или Мартенс).

«С 1922 до осени 1923 г. я почти ежедневно встречалась с Верой. У Верочки (так мы привыкли ее называть) были светло–серые глаза с сининкой, светящиеся, легко и быстро загорающиеся, с лукавинкой. Стриженная, светлая шатенка, со слегка вьющимися, мягкими волосами, слегка растрепанными.

Она не была красивой в обычном смысле этого слова, не обладала изяществом, была по–юношески угловата, резка в движениях. Вместе с тем она была чем–то привлекательна и мимо нее нельзя было просто так пройти. У нее было приятное лицо, очень милая улыбка, озарявшая все лицо. Она была несколько выше среднего роста, худенькая, но полная энергии, бодрая, активная, деятельная, жизнерадостная и жизнелюбивая.

Совсем еще юная 19–летняя девушка, она была глубоко убежденной комсомолкой, беззаветно влюбленной в партию, в революцию. Этим она выделялась в совпартшколе.

Горячая, принципиальная, она была любителем истины, правдолюбива. Не боялась выступать против «авторитетов».

Была одета в одежку, выданную в партшколе. Пальто, служившее во все времена года, юбка, толстовка, фуражка. Я не помню ее в другой одежде.

Хоружую уважали, любили и называли «Верочка». Она хорошо училась. Была способной, быстро, легко усваивала материал. Уровень ее развития был выше, чем у большинства партшкольцев. Она являлась пропагандистом, принимала участие в газете, выполняла разные поручения горкома комсомола.

В партшколе был отряд особого назначения по борьбе с бандитизмом. Этому отряду не раз приходилось действовать против банд, засылаемых белополяками. Вера Хоружая была бойцом отряда».

В 1924 году её направляют на оккупированную Польшей территорию Западной Белоруссии для подпольной борьбы.

…С В.З.Хоружей я познакомился на подпольной партийной работе весной 1924 года в конспиративной квартире рабочего района Бреста. Она имела кличку «Вера».

До нашего провала - ареста, мне много раз приходилось встречаться с «Веркой» (так мы часто ее называли). На явках и даже неожиданно на улицах города. Тогда делали вид, что якобы друг друга не знаем, этого требовала конспирация.

«Вера» была хорошим товарищем и отличным конспиратором. Она хорошо владела не только русским и белорусским языками, но также немецким, польским и еврейским. Среди еврейских семей ее считали еврейкой. Она была прекрасным оратором и беседчиком среди белорусов на белорусском языке, а среди еврейских рабочих на еврейском языке. Она любила задушевно потолковать с крестьянами деревни и зажечь их сердца на борьбу с бело–польскими буржуазными угнетателями.

Большими друзьями с Верой мы стали после очень нашумевшего и известного в те годы в городе Бресте политического «процесса 31–го». В ночь с 6 на 7 ноября 1925 года, т. е. в канун 8–й годовщины Октябрьской революции, был большой провал в брестской партийной подпольной организации. В застенки дефензивы - охранки - попали более двухсот подпольщиков - членов Компартии Западной Белоруссии и комсомольцев. Среди арестованных, например, я был по счету 211.

Брестская дефензива - охранка - долгое время охотилась за «Верой», а она из–под их носа уходила, но все же удалось осенью 1925 года арестовать ее в Белостоке. В Брест ее привезли в конце 1926 года.

По поручению тюремной парттройки Вера Хоружая выступила с гласной речью в последнем слове подсудимого: «Наша партия действительно родилась и нынче существует в тяжелых условиях подполья. Но спрашивается, кто ее загнал в подполье? Ответ один - правительство буржуазии и помещиков. Мы разъясняем рабочим и крестьянам Западной Белоруссии, что в Советской России живут наши единокровные братья, которые строят социализм и желают нам успеха в борьбе с капитализмом. Вы обвиняете нас в том, что мы хотим оторвать «кресы всходне» (восточные земли) от Польши и присоединить их к Советской России. Хочу заявить следующее. Этого требования пока нет в программе нашей партии. Но коммунисты всегда отстаивали и будут отстаивать право каждого народа на самоопределение вплоть до отделения».

Вскоре после суда Веру из Бреста вывезли в белостокскую тюрьму, где дефензива вела следствие по другому делу против нас и других товарищей. Готовился в Белостоке знаменитый «Процесс 133–х», прошедший в 1928 году. Я отбывал наказание в городе Седлец, а Вера, получив после второго процесса 8 лет каторги, в женской тюрьме «Фордонь». Но связь между нами не прекращалась.

В 1930 году она писала мне с обычным хорошим настроением: «Вот еще один свой день рождения я встретила в «Фордони»...»

Осенью 1925 года её арестовывает польская жандармерия. Суд приговаривает Веру к 6 годам заключения. Вскоре срок был увеличен до 8-ми лет.

В заключении Хоружая пишет письма, изданные в 1931 году в СССР отдельной книгой. «Письма на волю» прочла Надежда Константиновна Крупская, вдова В. И. Ленина , и высоко их оценила.

Фотографии В. Хоружей, сделанные белостокской полицией в сентябре 1932 года.

В 1930 году Веру Хоружую награждают орденом Трудового Красного Знамени БССР.

В 1932 году в результате межгосударственного обмена Хоружая возвращается в Советский Союз, занимается партийной работой.

В 1930 году сидящую в польской тюрьме Веру Хоружую представили к ордену Трудового Красного Знамени, а в 1934 году решили его отобрать.

Красивая, умная, получившая домашнее воспитание девушка из вполне лояльной к польской власти семьи Хорунжих выбирает, следуя веяниям эпохи, вместо спокойно-размеренной жизни революционную борьбу. Она искренне верит (само имя у нее такое), что вместе с другими пламенными революционерами построит для человечества светлое будущее. Земной коммунистический рай, ради которого можно принести в жертву всё личное - себя, спутников жизни и даже рожденных от них детей.

К столь преданной вере, кажется ей, не посмеет налипнуть грязь подозрительности. Ведь во имя ее она отказалась от благополучия и спокойствия, выбрав полную лишений и опасности нелегальную жизнь. Наивно-романтическое заблуждение! Революция нынче обвенчана с таким Супругом, который сам абсолютно не верит не только в непорочное зачатие, но и в непорочных друзей и непорочных героев. Меряя всех на свой аршин (вечная беда всех тиранов), он, а точнее, созданная им машина подозрительности каждому находит свой грех, провинность перед партией, роковую ошибку молодости.

Вере Захаровне (а мы именно о неизвестном факте из ее биографии поведём речь) тоже отыскали вину. Тем более что легендарная пассионария Западной Беларуси, девушка-огонь, ходившая в атаки на банды Булак-Булаховича, кумир прогрессивной молодёжи, семь лет, с 1925 по 1932 год, отсидевшая в польских застенках и поражавшая западных журналистов смелыми речами на судебных процессах, сама доверчиво распахнула душу перед соратниками по борьбе. Её искренность, казалось ей, станет залогом справедливого суда товарищей.

«В Президиум Ц.И.К Б.С.С.Р

В 10 годовщину освобождения от польской оккупации я, находясь в польской тюрьме, решением ЦИКа БССР была награждена орденом Трудового Красного Знамени. Ввиду того, что мотивы, которыми руководствовался ЦИК, награждая меня орденом, теперь отпадают, так как есть партийное решение о моем поведении во время ареста, лишающее меня права на такую высокую награду, я считаю своим долгом вернуть врученный мне орден» . И подпись внизу: «Вера Хорунжая» - с буквой «н» внутри, как, собственно, правильно и звучала её фамилия.

В принципе, она и поносить-то орден не успела. Да и как успеть: в 1930 году, когда ее представили к награде, она ещё сидела в камере женской тюрьмы «Фордон». Приятно, конечно, было услышать в темнице весть о высокой оценке Советской властью собственных мук-заслуг.

Сами крылья, казалось, вырастают за спиной, укрепляя веру в скорую победу мировой революции. Тяжёлую красно-эмалевую штучку - свой заветный орден - она увидела лишь два года спустя после того, как вместе с группой других политзаключенных Советский Союз выменял ее у Польши, и Вера смогла наконец-то вернуться в Минск.

Сентябрь, золотая осень, светло-прозрачный покой с ажурно-кленовым листопадом проникает в душу. Накануне, 29 августа 1932 года, Надежда Крупская в «Правде» назвала Веру образцом настоящей революционерки - за изданные отдельной книгой тюремные «Письма на волю».

В Коминтерне, любимой обители всех побывавших за рубежом советских нелегалов, 29-летней подпольщице предлагают выбор: дальнейшая учеба или работа в исполкоме Коминтерна. Она, пружина энергии, выбирает работу в польской секции.

Через год, в сентябре 1933 года, в Москву приезжает знакомец Веры по Минску Антось Спис и зовет в белорусскую столицу: в Истпарте не хватает публицистов. Хоружая решает ехать в Беларусь.

Да только разве убежишь от великих чисток, которые начинаются в великой стране? Большевистская партия под лучом революционного рентгена просвечивает каждого своего члена: предан ли душой и телом, не утаил ли чего от бдительных товарищей. Первое просвечивание она проходит благополучно. Вроде никаких злокачественных образований в коммунистической душе не обнаружено, о чем в протоколе заседания Комиссии по чистке членов КП(б)Б, работающих в представительстве КПЗБ, от 7-9 декабря 1933 года напротив её фамилии сделана соответствующая запись: «считать проверенной».

Примечания

В 1936 году рождается дочь Анна (будущий почвовед и агрохимик).

10 августа 1937 года Хоружую арестовывают органы НКВД. Обвинения для того времени стандартные – шпионаж и провокаторская деятельность. Её дочери на тот момент было всего 9 месяцев. Ребёнка забрали родные. На суде, состоявшемся в августе 1939-го, Вера Хоружая в своём последнем слове заявила: «Я останусь такой же, какой я есть на сегодняшний день, до конца преданной нашей партии, которая является для меня самым дорогим в моей жизни». Из-под стражи оправданную Хоружую освободили 15 августа.

После восстановления в октябре 1939 года в рядах партии Вера Хоружая возвращается на белорусскую землю. К этому времени Красная армия освободила западные районы Белоруссии. С 1940 года она живёт сначала в Телеханах, потом переезжает в Пинск. Работает в горкомах партии этих городов. Выходит замуж за Сергея Корнилова.

«ст. агроному Хоружему

Здравствуй братик дорогой, хороший! Сегодня у нас так тепло и так пахнет весною, что я устремляюсь мыслью к тебе - сеятелю...»

В августе 1942 года Веру Хоружую во главе группы подпольщиков перебросили через линию фронта в Витебск. Группа Анны Сергеевны Корниловой (такой псевдоним она взяла себе для борьбы с фашистами – имя дочери, в отчестве имя сына и фамилия погибшего мужа) организовывала диверсии на железной дороге, предприятиях, передавала командованию Красной Армии ценные сведения о противнике.

«...Цi помнiце вы, таварышы, Провiянцкую вулiцу ў нашым Мiнску? Вось яна - прамая i доўгая з невялiкiмi ветлымi дамкамi, садамi i палiсаднiкамi, зялёная i вясёлая ад дзiцячага i птушынага шчэбету. Яна была ў нас не брукаваная - гэта так сабе вулiца на далёкай акраiне гораду - так што вясною i ў восень цяжка было па ёй прайсцi i праехаць. Мы хадзiлi па ёй i слiзгалiся, набiралi поўныя галошы гразi i часта ўспамiналi горсовет: i што яны сабе думаюць? Гэта ж нячувана: не забрукаваць такую вулiцу. Але выцягнуўшы нагу з апошняй лужыны, мы забывалiся пра гразь, бо вакол вырасталi новыя прыгожыя будынкi...

Мiлая–мiлая Провiянцкая вулiца... Такiя вулiцы ёсць у кожным нашым горадзе: у Магiлёве i Барысаве, у Слуцку i Баранавiчах, у Беластоку i Гомлi.

Цяжкая i моцная як звярыная лапа туга хапае за душу, пякучая злосць буйным полымем апальвае сэрца: нашы вулiцы i нашы гарады, нашы шляхi i нашы вёскi, нашы палi i сенажацi - уся наша Беларусь светазарная - у руках лютага злога ворага. На зруйнаваных нашых плошчах стаяць шыбенiцы. На разбураных нашых вулiцах ходзяць ненавiсныя нелюдзi з аўтаматамi, i кожны iх крок болем адгукваецца ў маiм сэрцы. Гэта маю душу яны топчуць падкованымi ботамi, дратуюць гусенiцамi танкаў, рвуць снарадамi, бомбамi, мiнамi. Маю душу. Маю Беларусь…

… Я помню, як яны ўваходзiлi ў мой родны горад у 1918 годзе . Была ранiца i мы, дзецi, былi ў школе. Раптам пачулася музыка. Час быў трывожны i музыка гучэла неяк i дзiка, i няўмесна. Мы ўсе разам з настаўнiкам кiнулiся да вакна i застылi ў трывожным здзiўленнi. Што гэта за войска?

- Гэта немцы, - дагадаўся настаўнiк.

Ой!.. Ну?.. А–ах! - зашумелi збянтэжаныя дзецi, стараючыся блiжэй працiснуцца да вакна.

А яны йшлi па плошчы роўнымi пэўнымi крокамi, не звяртаючы ўвагi нi на што навокал, на тупых тварах iх была напiсана пагарда i свядомасць сваёй недасяжнай перавагi, а мядзяныя трубы iх аркестру аглушалi равучымi гукамi перамогi. Ва ўсiм гэтым было столькi знявагi, што я, ужо дарослая 14–гадовая дзяўчынка, старшыня школьнага камiтэту, захлiснутая хваляй бяссiльнай злосцi, крыўды i жалю, не вытрымала i адбегшы ад вакна, моцна горка заплакала.

Я не забылася гэтых слёз i сягоння. Яны апалiлi маю душу i назаўсёды пакiнулi след нянавiсцi.

Потым, праз многа гадоў, я бачыла iх у Бэрлiне, як яны катавалi рабочую дэманстрацыю. Як разьюшаныя шалёныя ваўкi кiнулiся яны на безбаронных людзей i жалезнымi палкамi, рэвальверамi i кастэтамi бiлi iх па галовах, валiлi на зямлю…»

13 ноября 1942 года Вера Хоружая была схвачена. Вместе с ней в застенки попали связные партизанки Клавдия Болдачёва, Софья Панкова и несколько витебских подпольщиков.

Настоящее имя Веры выдала одна из арестованных. После этого подпольщиков перевели в тюрьму СД для особо опасных преступников. Об аресте группы партизанам стало известно только 26 ноября.

Утром 6 декабря измученную, изувеченную (не могла идти), но несломленную Веру Хорунжую казнили во дворе спецтюрьмы вместе с другими арестованными.

Окончательно восстановлено доброе имя патриотки было лишь в 1960-е.

«...По поручению секретаря ЦК КП Белоруссии тов. Машерова П. М. нами изучены материалы о деятельности Веры Хоружей...

Работая в тяжелых условиях подполья и полицейских преследований, Вера Хоружая проводила энергичную деятельность по созданию революционных молодежных организаций, объездила многие города и местечки Западной Белоруссии (Брест, Гродно, Белосток, Слоним, Новогрудок, Кобрин и др.).

После долгой слежки полиция напала на след В. Хоружей в гор. Белостоке и 25 сентября 1925 года она была арестована. В отчёте польской охранки о раскрытии коммунистической партии Западной Белоруссии на территории Белостокского воеводства о Вере Хоружей говорилось: «Вышеуказанная считается за исключительно смелого и активного деятеля».

Глубокая вера в победу дела коммунизма воодушевляла ее в самые трудные минуты жизни. «Нет, мамочка , – писала она из тюрьмы к матери 26 апреля 1926 г., – я и теперь так же бодра, как в 1920–1921 гг., когда мы жили еще вместе. Ведь я же прекрасно знала, что меня ожидает, и это ни на минуту не остановило, не заставило меня даже призадуматься... С крепкой верой в свою правоту и с надеждой на лучшее будущее и тюрьма - не тюрьма»...

Каждая строчка ее писем дышит глубокой верой в правоту идей коммунистической партии, любовью к Родине...

Великая Отечественная война застала В. З. Хоружую в городе Пинске, где она работала инструктором отдела пропаганды и агитации обкома КП Белоруссии.

Будучи уже на шестом месяце беременности, она вместе со своим мужем Сергеем Корниловым сразу же после оккупации немецко-фашистскими войсками Пинска вступила в партизанский отряд В. З. Коржа, приняла участие в борьбе с гитлеровскими захватчиками. Вскоре в бою с противником погиб её муж».

17 мая 1960 года ей посмертно Указом Президиума Верховного Совета СССР присвоено звание Героя Советского Союза.

Имя Веры Хоружей было присвоено мозырской библиотеке, минскому среднему профессиональному училищу №32 (сейчас Минский государственный профессионально-технический колледж полиграфии имени В.З. Хоружей), бобруйской средней школе №27 , витебской средней школе №19, экспериментальной спецшколе-интернату в Телеханах. В 1971 году на улице Пушкина в Бобруйске был установлен и торжественно открыт памятник , сооружённый на средства, собранные учениками средней школы №27 от сдачи металлолома. названы площадь в Минске, улицы в городах Берёза, памятники Светланы Басуматровой есть

Яе не забілі фашысты за кратамі,

бо гэткае веры забіць не маглі.

і клятвай штокрок адгукаецца голас зямлі:

«Я – Вера, я – Вера, я – Вера Харужая,

бяссмертная вера ў бяссмертны народ.

Над горадам, сонцам і ветрам асмужаным,

гучаць пазыўныя палаючых год.

4 ноября 1942 г.
Дорогие друзья мои! Посылаю вам "Минскую газету" и пачку серьезных немецких газет из Франкфурта и Гамбурга. Может быть, вы их не получаете. Это влиятельные газеты, "делающие политику". В них много интересного... Исключительно интересны статьи о Сталинграде и Ржеве. В них признается не только сила Красной Армии и высокая похвала ей, но и ужас перед этой силой.
В "Минской газете" интересна речь гауляйтера Вильгельма Кубе обращенная к белорусским рабочим. Подлизывается, сволочь, на ее лады. А "Берлинская иллюстрированная газета" показывает (для немцев) истинные цели освобождения. Самый интересный листом посылаю. При виде этой иллюстрации хочется и плакать, и ругаться, и бить, и громить их изо всех сил. Может быть, используете эти иллюстрации.
Мне срочно нужно ваше указание. Есть слух, что фельдкомендатура дала приказ постепенно забирать мужчин из города в лагерь военнопленных. Как поступить: уходить в лес - за это немцы арестовывают семьи и конфискуют имущество, оставаться и идти в лагерь, чтобы угнали в Германию? Дайте ответ.
Вера.

Вера Захаровна Хоружая родилась в 1903 году в Бобруйске. Ее юность прошла в глухом полесском городке Мозыре. В 1920-м она вступила в комсомол и добровольцем пошла сражаться с бандами Булак-Балаховича.
В декабре 1921 года 18-летняя заведующая политпросветотделом Бобруйского укома комсомола Вера Хоружая стала членом партии большевиков. После окончания Центральной совпартшколы она работала в аппарате ЦК комсомола Белоруссии, была редактором комсомольской газеты "Малады араты", вела политико-воспитательную работу среди бывших беспризорников в минском Доме юношества и Комсомольской коммуне.
В январе 1924 года мир содрогнулся от тяжелого известия: умер Владимир Ильич Ленин. Горе вошло в жизнь Веры Хоружей, давшей в те дни клятву всегда быть верной идеям вождя. Свои думы о нем изложила в статье "Не надо слез!".
"Говоря о Ленине,- писала она,- не будем вздыхать, не будем плакать. Мы будем говорить о Ленине гордые и сильные слова, какие только мы сможем сказать, несмотря на то что душа наша сегодня придавлена огромной, огромной тяжестью.
...Мы, комсомольцы, знаем, что у нас дело большое и важное, дело огромное по своему замыслу. Это - увековечить имя Ленина не в одном поколении, а в ряде поколений. Увековечить это имя так, чтобы будущие не только знали, кто такой был Ленин, но жили бы и боролись так, как учил нас Ленин".
Эту статью еще читали в городах и селах Белоруссии, а Вера исчезла из Минска... исчезла, чтобы появиться через некоторое время в Западной Белоруссии, находившейся тогда под игом буржуазной Польши и начать там подпольную работу. Она создает комсомольские организации, несет в массы идеи великого Ленина. Ее избирают секретарем ЦК комсомола Западной Белоруссии, членом ЦК комсомола Польши и членом ЦК Компартии Западной Белоруссии.
"Живется у нас бурно, как никогда,- писала Вера своим друзьям.- Дни у нас - это целые месяцы, а месяцы - годы, конечно, не по объему времени, а по объему происходящих событий, по объему их содержания".
В другом письме она сообщила с гордостью: "Недавно проходила у нас II [Всебелорусская] конференция комсомола Западной Белоруссии. Для нас это был исторический день. Несмотря на громаднейшие провалы, несмотря на все усиливающиеся преследования, мы от I конференции, которая была в январе 1924 года, до II, т. е. до июля 1925 года, выросли в 10 раз, т. е. от 120 до 1200 человек! Вам, конечно, такая цифра кажется смешной, вы ваших комсомольцев, считаете уже десятками тысяч, но у 15 сентября 1925 года в Белостоке полиция напала на след подпольщицы и арестовала ее. Семь лет провела Вера в тюрьмах панской Польши - сначала в белостокской, а затем в центральной женской тюрьме "Фордон". Но и в тюрьме Хоружая оставалась неутомимым пропагандистом и борцом.
"Много легче сидеть в тюрьме,- писала она в октябре 1927 года, - зная, что там, за стенами, все выше подымаются волны, сидеть в тюрьме, зная, что освободит тебя революция!" "Мамочка,- взволнованно обращалась Вера после судебного процесса,- ты хочешь моего счастья, так чего же ты плачешь, когда я счастлива?.. Разве это не наивысшее счастье, какое только может быть: жить и бороться, бороться с беспредельною верою в победу, отдавать любимой работе и борьбе все силы, всю душу, все нервы, быть молодой, иметь много дорогих и любимых друзей".
Письма Веры Хоружей из каторжной тюрьмы были преисполнены оптимизма, уверенности в победе, полны страстных призывов к борьбе. Часть их была издана в 1931 году в Москве в издательстве "Молодая гвардия" в виде небольшой книжечки под названием "Письма на волю". Через год ее переиздали, на этот раз под названием "Рядом с нами".
Выпуск писем славной белорусской патриотки был встречен с большим интересом. 29 августа 1932 года теплая рецензия Н. Крупской на книгу появилась в "Правде".
Осенью 1932-го в числе 40 политзаключенных Вера Хоружая в соответствии с договоренностью между правительствами СССР и Польши об обмене политзаключенными прибыла в Советский Союз. Она работала в Москве, Минске и на одной из важнейших строек второй пятилетки в Казахстане.
После освобождения Западной Белоруссии Хоружая снова на партийной работе в Телеханах и в Пинске. Здесь ее и застала война.
Вера, работавшая тогда инструктором Пинского обкома партии, вместе с мужем, Сергеем Корниловым, который был заведующим военным отделом Пинского горкома КП(б)Б, решила остаться во вражеском тылу для партизанской борьбы. Эвакуировав дочку Аню и мать, она стала бойцом отряда, которым командовал В. 3. Корж, впоследствии Герой Советского Союза. 4 июля в боях при защите Пинска геройской смертью пал С. Г. Корнилов. Это был тяжелый удар. Вера Захаровна ожидала ребенка. Она стойко переносила все трудности и лишения партизанской жизни, воодушевляя своим жизнелюбием и оптимизмом товарищей. Осенью 1941 года штаб партизанского отряда направил В. Хоружую через линию фронта, чтобы установить связь отряда с командованием советских войск. Обратно в отряд ее не пустили, а отправили в тыл, к родственникам в Пермскую область, где у нее родился сын Сергей.
Долго жить в тылу В. Хоружая не могла. Уже в марте 1942 года, оставив малютку сына и пятилетнюю дочь на попечении матери и сестры, она выехала в Москву.
В сентябре 1942-го во главе группы подпольщиц В. Хоружая под фамилией Корниловой Анны Сергеевны направляется в тыл врага. В первых числах октября Вера Хоружая, Софья Панкова и Евдокия Суранова пробрались в Витебск для организации подпольной работы. В незнакомом городе В. Хоружей очень пригодился опыт прошлой подпольной деятельности. Она налаживает связи, собирает разведывательные данные, своевременно информирует партизан, ЦК КП Белоруссии о положении в городе. Пять недель проработала В. Хоружая в подполье. В ноябре гестаповцы на явочной квартире в доме Воробьевых схватили патриотов. После пыток гитлеровцы расстреляли В. Хоружую и ее боевых товарищей.
Вере Захаровне Хоружей в 1960 году присвоено звание Героя Советского Союза.
Письма из витебского подполья хранятся в партархиве ЦК КПБ. Они опубликованы в книге "Славная дочь белорусского народа. Письма, статьи В. Хоружей и воспоминания о ней" (Минск, 1960, стр. 143-145, 148-149).

Х оружая Вера Захаровна - партизанская связная с Центральным Комитетом Коммунистической партии Белоруссии и командованием фронта; одна из руководителей подпольной работы в городе Витебске (Белоруссия).

Родилась 27 сентября 1903 года в городе Бобруйске (Белоруссия) в семье служащего. Белоруска. Член ВКП(б) с 1921 года. В годы гражданской войны Вера Хоружая участвовала в борьбе с бандами Булак-Балаховича. После Гражданской войны работала в Центральном Комитете комсомола Белоруссии. В 1924 году уходит на подпольную работу в Западную Белоруссию, занятую Польшей. Полиция напала на след Веры, и её на несколько лет заточили в польскую тюрьму. В сентябре 1932 года Советский Союз обменял её на какого-то ксендза, и она возвращается на родину. По собственной воле или, как писали в газетах, по зову сердца едет на стройку пятилетки - в Балхаш.

Книгу Хоружей "Письма на волю", написанную в тюремных застенках в Польше, высоко оценила жена В.И. Ленина Надежда Константиновна Крупская. За выдающиеся заслуги в революционном движении на территории Западной Белоруссии В.З. Хоружая награждена орденом Красного Знамени (1930 год).

10 августа 1937 года арестована по обвинению в шпионаже. Провела 2 года в тюрьме. 15 августа 1939 года решением суда оправдана и освобождена из-под стражи. После присоединения Западной Белоруссии Вера Захаровна Хоружая работает в Пинском областном Комитете Компартии Белоруссии.

С первых дней Великой Отечественной войны до дня гибели Вера Хоружая сражалась в партизанском отряде, которым командовал старый революционер, герой боев в республиканской Испании В.З.Корж .

Партизанскому отряду, находившемуся в глубоком тылу вражеских войск, надо было установить связи с командованием фронта. Эту задачу блестяще выполнила В.З. Хоружая.

В 1942 году Хоружая во главе группы подпольных работников была переброшена через линию фронта в город Витебск. Её группа провела много диверсий на железной дороге, заводах, собирала разведывательные данные для командования советских войск. Фашисты принимали все меры к поимке подпольщиков. Гитлеровцы напали на след группы, 13 ноября 1942 года Вера Хоружая вместе со своими боевыми товарищами была схвачена и в том же месяце казнена...

З вание Героя Советского Союза Хоружей Вере Захаровне присвоено посмертно 17 мая 1960 года.

Награждена орденом Ленина, орденом Красного Знамени, медалью.

Жизни и подвигам Веры Xоружей посвящены фильм «Письма в бессмертие», 2-я симфония композитора Кима Тесакова, экспонаты музея 73-й минской школы. В ряде городов Белоруссии именем Героини названы улицы и площади, установлены памятники, мемориальные доски.

Сочинение:
Статьи и письма о комсомоле. 2-е изд. Минск, 1975.

В столице Белоруссии Минске есть улица, которая названа в честь героини гражданской и Великой Отечественной войн - Веры Захаровны Хоружей. Обыкновенная белорусская женщина погибла за свободу родной страны и своего народа. Ей присвоили звание Героя Советского Союза уже после смерти. Какой совершила подвиг Хоружая Вера Захаровна? Об этом вы узнаете после прочтения статьи.

Детские годы В. Хоружей

Биография Веры Хоружей началась в 1903 году, 27 сентября. Появилась она на свет в Бобруйске Минской губернии, в семье белорусского чиновника. Отец был полицейским до 1908 года, безработным в течение нескольких лет, потом работал бригадиром на осушении болотистых мест. После революции он был служащим в разных организациях; умер в 1940 году. Мать занималась домашним хозяйством.

Спустя короткое время семья переселилась в город Мозырь, где Вера Захаровна Хоружая получила образование в гимназии и в школе II ступени, которую удалось окончить в 1919 году. Пришлось поработать батрачкой, потом учительницей в Полесском селе.

Ее родственники были вне политики, однако девушка еще с ранней юности бесповоротно посвятила себя большевистской идеологии.

Боевая юность

В возрасте 16 лет Вера Хоружая, фото которой вы имеете возможность увидеть в статье, простилась с родной семьей и ушла сражаться на фронт. В составе красноармейских комсомольских отрядов ЧОН, добровольцем, Вера принимала участие в сражениях с бригадой генерала Булак-Балаховича. В 1920 году она становится комсомолкой, а в 1921 году вступает в партию.

После завершения военной кампании Вера Захаровна Хоружая учила детей в школе, а позднее заведовала политпросвет отделом в уездном комитете комсомола в Мозыре и в Бобруйске. Ее замечательные способности организатора и обаяние позволили ей стать одним из комсомольских вожаков.

Какой видели Веру современники?

Современница, описывая ее портрет, отмечала, что Верочка, как ее называли, имела серые глаза с синеватым оттенком, лукавые и светящиеся. Она была светлой шатенкой с короткой стрижкой слегка вьющихся и растрепанных волос. Веру нельзя было назвать красавицей, в ней не было изысканности и изящества, она была угловатой и резкой. Однако она была очень привлекательной. Ее лицо было довольно приятным, а милая улыбка озаряла его. Она была худенькой, высокой, наполненной энергией, бодростью, поражала своей жизнерадостностью и жизнелюбием.

По характеру принципиальная, правдолюбивая, Вера Захаровна была сторонницей абсолютной правды, не боялась высказывать свое мнение, если оно не совпадало с официальным.

Хоружую не только уважали, но и любили. Училась она блестяще, имела к этому способности, быстро ориентировалась в материале, легко его запоминала. Вера Хоружая участвовала в работе газеты, выполняла общественные поручения для горкома комсомола.

На комсомольской работе

После окончания партшколы Веру Хоружую приглашают на работу в ЦК комсомола Белоруссии. В это же время она начинает печатать свои первые литературные и публицистические статьи. Ее произведения, горячие и вдохновенные, были наполнены молодым задором и обратили на себя внимание крупных писателей-современников. Знакомство с ними благоприятно отразилось на ее публицистическом и художественном творчестве.

Спустя недолгое время, ее назначают редактором комсомольской газеты «Молодой пахарь». Но и на этой работе долго поработать у Веры Захаровны не получилось.

Начало подпольной деятельности

В результате польско-русской войны 1920-1921 гг. Польша оккупировала территорию Западной Белоруссии. В захваченных районах новые власти пытались ассимилировать местное население белорусского происхождения, ополячить его.

Хоружая Вера Захаровна, биография которой стала примером настоящего мужества и достоинства, всегда рвалась в самые трудные места. В самом начале 1924 года она пропала из Минска. Ее отправляют на занятую поляками территорию, чтобы организовать там подпольную деятельность. Девушка становится секретарём западнобелорусского ЦК комсомола и одновременно избирается членом ЦК Компартии региона. Благодаря активной пропаганде Хоружей, очень быстро увеличивается количество вступивших в деятельное противостояние польским захватчикам.

Юная партийка Вера Хоружая встала на сложную и опасную дорогу подпольной борьбы. Ей пришлось обитать и выполнять работу в суровых условиях: полиция на западе Белоруссии гораздо жестче терроризировала население, чем в самой Польше. Конспирацию необходимо было соблюдать строжайшую. В суровых условиях подполья и Хоружая деятельно создавала революционные молодежные объединения, изъездила много городков и местечек Западной Белоруссии, была в Бресте, Гродно, Белостоке, Слониме, Кобрине и других городах.

С начала своей подпольной работы девушка выполняла обязанности секретаря западнобелорусского центрального комитета комсомола. Одновременно была избрана членом польского ЦК комсомола и ЦК Компартии своего региона. Неоценима роль Веры в организации массового революционного движения населения, увеличивавшегося с каждым часом, несмотря на репрессии.

Первый арест

Веру Хоружую арестовали в Белостоке осенью 1925 года. Подробности о брестском «процессе тридцати одного», на котором Веру Хоружую приговорили к сроку в шесть лет лишения свободы за участие в нелегальной революционной работе, за членство в Коммунистической партии, стали обнародованы лишь в 1927 году. На следующем, белостокском «процессе ста тридцати трех» Хоружей увеличили срок и приговорили уже к восьми годам.

Волю молодой революционерки не получилось сломить ни неправедному приговору, ни жестким условиям заключения. Она и там продолжала вести борьбу, будучи избранной в тюремный партком. Даже оттуда Хоружая присылала послания о стремлении довести свое дело до победного конца. В 1931 году эти вести из застенка будут напечатаны в Советском Союзе индивидуальным изданием, книга называлась «Письма на волю».

В 1930 году за причастность к организации освобождения Западной Белоруссии Хоружую удостоили ордена Трудового

Мирные времена: партийное дело

В 1932 году Хоружая Вера Захаровна, краткая биография которой должна быть известна всем, кто интересуется историей, возвратилась в Россию: по договору ее обменяли на польских политических заключенных. С радостью она начинает сотрудничать с редколлегией изданий для западнобелорусского подполья, а потом едет в Казахстан, на Балхашстрой. После освобождения советскими войсками Западной Белоруссии, в 1939 году, ее снова командируют в края, связанные с ее молодостью. Вера увлеченно, энергично трудится в райкоме в Телеханах, позже в Пинском обкоме.

И снова ее переводят в Союз, где она занята партийными делами в Минске и на крупных стройках. Огромный объем партийной работы не мешал личной жизни обаятельной девушки: Вера стала счастливой женой, и в 1936 году у неё появилась дочка Анечка, когда молодая мама заведовала балхашстроевским Домом партийного просвещения.

Арест по доносу и оправдание

Принципиальная партийка Хоружая Вера Захаровна могла не только выполнять приказы, но и высказывать сомнения, подвергать критике то, с чем не согласна. Подобная позиция не всем нравилась. В 1937 году, в августе, заслуженную белорусскую подпольщицу берут под арест органы НКВД. Инкриминировали ей провокации против государства и шпионскую деятельность в интересах Польши. Точно не доказано, кто был доносчиком. Однако есть предположения, что им был муж активистки, Станислав Мертенс, отец Ани.

Но ни один из всех четырёх следователей не сумел принудить коммунистку Хоружую сделать признание в шпионаже. Суд проходил в августе 1939 года и продолжался два дня. Он стал торжеством молодой женщины, которая убедила всех в невиновности. Веру оправдали и освободили из-под ареста.

А через месяц земли Западной Белоруссии были освобождены красноармейцами.

И снова в 1940 году возвращение Веры с дочерью на малую родину, снова работа по партийной линии.

Вера Захаровна снова счастлива в личной жизни: она вторично выходит замуж за Сергея Корнилова, который был военным летчиком, а теперь работал вместе с Хоружей.

Вера Хоружая - жена героя

22 июня, почти сразу после объявления войны, супруги отправились в областной партийный комитет. Там их встретил старый партизан, бывший командир испанской Интербригады Он записал Веру и Сергея в список формирующегося партизанского отряда первыми.

Вскоре отряд, возглавляемый Василием Коржем, вырос уже до шестидесяти человек и намеревался приступить к боям. Сергей Корнилов стал руководителем боевой группы. Его настигла героическая смерть в одном из самых первых сражений с немецкими войсками в Пинском районе. А вот Веру Хоружую, жену героя, осенью того же года направили на большую землю с заданием сообщить о существовании партизанских отрядов. По пути к линии фронта, во вражеском тылу, Хоружей пришлось наблюдать все кошмары фашистского захвата, бедствия простого народа.

Попав к своим, Вера поняла, что обратно ей не разрешат вернуться. Руководство рекомендовало беременной партизанке уехать в эвакуацию к родственникам. После рождения сына Вера тоже не сидела сложа руки, пыталась приносить пользу своей стране в тылу. В колхозе она работала счетоводом, но долго не выдержала такого образа жизни.

Формирование группы для работы за линией фронта

Оставив детей своей сестре, Вера уезжает в Москву и начинает готовиться к нелегальной работе на оккупированной территории. Ведь у нее был огромный опыт такой деятельности. Вера Захаровна начинает с того, что в штабе партизанских отрядов подбирает кадры для нелегальной работы. Это потом поможет ей укомплектовать девичью команду для нелегальной работы в тылу немецких фашистов.

Вера Захаровна получила псевдоним - Анна Корнилова. Под этим именем она должна была действовать в логове врага, в прифронтовом Витебске, захваченном оккупантами.

Фронтовая обстановка в Витебском районе

В конце лета Верина команда готовилась перейти через линию фронта. Им должны были помочь партизанские оперативники. Боевая обстановка в тот момент оказалась не слишком благополучной для партизан. Наступление было остановлено. Витебские партизаны прямо контактировали с воинскими фронтовыми частями, они запросто могли передвигаться через фронтовые заграждения, доставляли в регулярную армию пополнение, продуктовые запасы и фураж, а сами привозили оттуда вооружение и боезапас. Но это продолжалось недолго. Немцы стянули свежие силы на данный участок фронта для того, чтобы перекрыть образовавшийся прорыв. Это привело к тяжелым боям и тому, что партизанская зона была полностью заблокирована. В конце лета 1942 года немецкая армия оттеснила партизанские отряды, а затем и совершенно свернула «витебские ворота». В этот самый момент здесь, в небольшом поселке Пудоть, и находилась группа Анны Корниловой.

Немецкое командование отводило большую роль положению оккупированного Витебска. Тот был расположен рядом с линией фронта и считался вторыми после Смоленска воротами по пути на Москву. Город переполняли войска. Поэтому даже опытнейшие конспираторы быстро проваливались. Кроме того, сложно было работать без связи: радиосвязь была категорически под запретом. В городе очень четко была налажена пеленгация.

Диверсионная деятельность девушек

Довольно большая необходимость была у партизан в поддержке связи со штабом исключительно с помощью связных. 1 октября Вера оказалась в Витебске, в самом логове врага. С ней вместе работали двадцать партизан. Они просачивались на железнодорожные станции, пробирались на аэродромы, на заводы, в комендатуру.

Главнейшим для Веры была участь людей, их скорби. Когда началась повальная насильственная отправка граждан на работу в Германию, подпольная организация под руководством Анны Корниловой старалась сорвать эту акцию. Партизаны сожгли документацию на трудовой бирже, уничтожили паспортное отделение в жандармерии, организовали переправу целых семей к партизанам, даже освобождали людей из эшелонов, направлявшихся в Германию. Девушки оказывали огромную помощь бежавшим из лагерей военнопленным. Ими готовились акции на аэродроме, на железнодорожном вокзале, взрыв в кинотеатре для фашистов. Регулярные облавы и террор не мешали тому, что почти каждый день падали под откос эшелоны с войсками и техникой. Девушки распространяли листовки со сводками Совинформбюро.

Фашисты охотились за боевым сплоченным подпольем. От Веры стали поступать тревожные вести. Руководители подполья старались не допустить провала и собирались вывести Веру с подругами из города. Но она не желала об этом даже слышать.

Провал

Неизвестно, почему подпольщицы провалились. До настоящего времени не найдено и место, где погибли патриотки. Не найдены никакие документы, существуют исключительно свидетельские показания. В них сообщается, что 13 ноября 1942 года Хоружая должна была встретиться со связными от командования партизан. Когда она пришла на явочную квартиру, там находились двое немцев - офицеров. Вера не растерялась и заговорила с ними по-немецки. Им понравился факт встречи с прибалтийской немкой, невзначай оказавшейся в Витебске, они даже собирались ей помогать. Финал оказался абсолютно непредвиденным. В действительности дом уже окружили полицаи. Скорее всего, фашисты не имели какого-либо отношения к поимке героини. Офицеры не ожидали того, что полицаи вломились в избу.

Веру и семью Воробьевых арестовали. Вокруг их жилища выставили патрули. В эти минуты туда шли еще две девушки, которые не заметили детишек, выскочивших на улицу и показывавших им сигнал об опасности. Девчонки не догадывались об опасности, не замечали условных знаков.

Гибель героини

На первых же допросах выяснилось, что немцы не имели сведений о московской группе. Врагам удалось установить личность разведчицы, на которую давно охотилась полиция и комендатура. У предателя Петрова получилось дешифровать перехваченное у связника послание Веры. Девушек сразу перевели в подвальное помещение на Успенской горке. Оно представляло собой специально оборудованный фашистами застенок для наиболее ценных пленников - сырые казематы. Над ними располагались делопроизводители и пыточная. Стало понятно, что команду разоблачили.

Девушки подверглись страшным мучениям, но никто из них не стал предателем. Гитлеровцы во дворе СД расстреляли несколько человек из группы. О судьбе остальных остается только догадываться. Несомненно, что их нет в живых. Отдельные очевидцы сообщали, что патриоток расстреляли за городом, в Иловском овраге, когда стояло дождливое прохладное утро. Вроде бы один местный обитатель случайно услышали шум подъехавшей машины, команды немцев, крики и звуки выстрелов, а после отъезда немцев на месте казни земля еще шевелилась: людей засыпали заживо.

Есть еще одно предположение, что Веру Хоружую с ее подругами, как других героев войны - Юлиуса Фучика и Мусу Джалиля, вывезли в берлинскую Моабитскую крепость.

Вот только на стенке в одном из страшных подземелий осталась короткая надпись: «Хоруж...». Вряд ли из этого места можно было выбраться живыми. В наше время там располагается отделение областного музея, а улицу назвали именем героини.

Подвиг Веры Хоружей (кратко о нем было поведано в статье) забыт не был. В 1960 году, 17 мая, замечательную партизанку удостоили звания Героя Советского Союза посмертно.

Сирень Вера Хоружая

В память о Герое Советского Союза, известной белорусской подпольщице, не пожалевшей жизни за суверенитет и счастье Родины, был выведен замечательный сорт сирени.

Сорт этот отличается нежностью окраски довольно крупных и пышных соцветий. Они фиолетово-розового цвета, в центре c необычными голубоватыми стрелочками. В диаметре цветки крупные - до 2,8 см, своей конструкцией похожи на другие растения - гиацинты. Кусты довольно раскидистые, но не слишком высокие.

Многие утверждают, что этот сорт сирени такой же нежный и в то же время стойкий, как и Вера Хоружая, биография которой была поведана вам в статье.

Только что кончилась воздушная тревога - налет советских самолетов. Не знаю еще, каковы результаты бомбардировки, но видно, как полыхают в трех местах пожары и беспрерывно рвутся снаряды: бомба попала в склад боеприпасов на аэродроме. Тревога началась в сумерках, в 6 часов, и кончилась только в 9-м.

Друзья мои! Невозможно вам передать наши переживания в эти часы. Радость за то, что они прилетели, горячее пожелание им успеха, тревога за мирных жителей, бешеная злоба к зениткам, открывшим ураганный огонь, мучительное беспокойство за летчиков, за самолеты, желание прикрыть их, помочь бить прямо в цель - в проклятые гнезда - не промахнуться.

Мы стоим во дворе, напряженно всматриваемся в небо. Всем существом слушаем гул моторов. «Летите, летите, мои родненькие, бейте их, проклятых, бейте сотнями, - взволнованно мечтает соседка. - Дай бог вам счастья, удачи. Поймали, миленькая! Поймали!» (На скрещивании нескольких лучей прожекторов ясно вырисовывается серебристая фигура самолета, нашего родного самолетика).

В. 3. Хоружая

К нему со всех сторон мчатся струи светящихся пуль, вокруг него рвутся снаряды, а он летит себе ровно и как бы спокойно по полосе луча прожектора. «Поднимайся вверх скорее, скорее, - чуть не плачет женщина. - Золотце мое, соколик мой, ну поднимайся же, поднимайся же скорее! Господи, хоть ты подними его, скрой от глаз дьявольских!» Сердце бешено бьется, хочется подбежать к прожектору и трахнуть по нему - потушить его. «Ушел, ушел соколик наш, целый».

Мы облегченно вздыхаем. Чуть притихает гул стрельбы. В эту минуту с громким зловещим свистом проносятся бомбы. Оглушительный взрыв потрясает воздух. В домах сыплются стекла из окон. Второй, третий, пятый... «Спасибо, миленький, хорошенько их! Еще, еще! В фельдкомендатуру, в управу, на аэродром! Бей их сотнями, их самих, их машины, их орудия!» Я слушаю эту страстную молитву и знаю, что во многих дворах, так же как и в нашем, теснятся и волнуются эти чудесные советские люди, вынесшие бездну горя, страданий и оставшиеся верными своей Родине.

Взрывы следуют один за другим. В трех местах полыхает пламя. «Хотя бы это в фельдкомендатуру или какой их склад!...» Мне вспомнилось, что еще днем у колодца (у нас, как в деревне, у колодца все новости) пожилой мужчина авторитетно говорил, что сегодня ночью обязательно будет бомбежка, потому что уже два раза прилетали разведчики, все осмотрели и теперь будут бомбить. А женщина сообщила, что сегодня были сброшены листовки, в которых написано: «Дорогие мирные жители! Не обижайтесь на нас, но там, где расставлены немцы, мы будем бомбить». «Ну конечно, - поддержали ее другие, - пока в город не понаехало столько войск, они не бомбили, а теперь не могут же они смотреть». Я не верю в то, что были такие листовки, но меня радует, что молва народная их придумывает, распространяет. Разрушен и сожжен штаб дивизии. На аэродроме сгорел склад снарядов и два самолета. Бомбы попали в офицерский дом, в офицерскую столовую, на полотно железной дороги возле Полоцкого виадука. В солдатском доме, фелъдкомендатуре, ортскомендатуре вылетели стекла, но дома целы. Сегодня от бомбы загорелся склад горючего в Чепино...

Почему мало бьют аэродром? Теперь там постоянно 60 -70 самолетов. Возле сгоревших домов лежат прикрытые соломой горки снарядов (несколько десятков). Надо скорее бомбить бомбохранилище (вместимостью до 700 бомб), потому что его хотят рассредоточить.

Вы, должно быть, ругаете меня за то, что до сих пор я еще не забрала и не использую мою группу, но это не по моей вине. С нашими документами нельзя ни прописаться, ни устроиться на работу. Можно только жить у очень хороших людей, готовых из-за тебя жертвовать жизнью и семьей. Сам тоже рискуешь каждую минуту провалиться не из-за дела, а из-за прописки и паспорта. Таково положение.

Группу сейчас сюда забрать нельзя. Нам здесь так жить тоже невозможно. Нужны настоящие документы. Принимаю меры. Не знаю, выйдет ли. Пока работаем вдвоем, медленно, осторожно создаем организацию из местных людей. Дело очень трудное, особенно вначале. Люди напуганы виселицами, не верят, что в городе можно что-либо сделать. Но первый десяток уже имеется. Теперь дело пойдет быстрее. Главное, устроиться нам самим. Хороших людей много. Правда, режим, обстановка дьявольски трудные, но мы их все-таки проведем. В общем, я полна самых лучших надежд, нисколько не боюсь, что меня повесят. Девчат моих еще надеюсь использовать.

Ну, вот пока все. Не ругайте меня за то, что письмо такое длинное и что в нем так много беллетристики. Может быть, используете для газет...

А когда же я получу от вас хоть маленькую записочку?

Сердечный привет вам, будьте здоровы и счастливы.

Вера.

Дорогие друзья мои! Посылаю вам «Минскую газету» и пачку серьезных немецких газет из Франкфурта и Гамбурга. Может быть, вы их не получаете. Это влиятельные газеты, «делающие политику». В них много интересного... Исключительно интересны статьи о Сталинграде и Ржеве. В них признается не только сила Красной Армии и высокая похвала ей, но и ужас перед этой силой.

В «Минской газете» интересна речь гауляйтера Вильгельма Кубе, обращенная к белорусским рабочим. Подлизывается, сволочь, на все лады. А «Берлинская иллюстрированная газета» показывает (для немцев) истинные цели освобождения. Самый интересный листок посылаю. При виде этой иллюстрации хочется и плакать, и ругаться, и бить, и громить их изо всех сил. Может быть, используете эти иллюстрации.

Мне срочно нужно ваше указание. Есть слух, что фельдкомендатура дала приказ постепенно забирать мужчин из города в лагерь военнопленных. Как поступить: уходить в лес - за это немцы арестовывают семьи и конфискуют имущество, оставаться и идти в лагерь, чтобы угнали в Германию? Дайте ответ.

Вера.

Вера Захаровна Хоружая родилась в 1903 году в Бобруйске. Ее юность прошла в глухом полесском городке Мозыре. В 1920-м она вступила в комсомол и добровольцем пошла сражаться с бандами Булак-Балаховича.

В декабре 1921 года 18-летняя заведующая политпросветотделом Бобруйского укома комсомола Вера Хоружая стала членом партии большевиков. После окончания Центральной совпартшколы она работала в аппарате ЦК комсомола Белоруссии, была редактором комсомольской газеты «Малады араты», вела политико-воспитательную работу среди бывших беспризорников в минском Доме юношества и Комсомольской коммуне.

В январе 1924 года мир содрогнулся от тяжелого известия: умер Владимир Ильич Ленин. Горе вошло в жизнь Веры Хоружей, давшей в те дни клятву всегда быть верной идеям вождя. Свои думы о нем изложила в статье «Не надо слез!».

«Говоря о Ленине,- писала она,- не будем вздыхать, не будем плакать. Мы будем говорить о Ленине гордые и сильные слова, какие только мы сможем сказать, несмотря на то что душа наша сегодня придавлена огромной, огромной тяжестью.

Мы, комсомольцы, знаем, что у нас дело большое и важное, дело огромное по своему замыслу. Это - увековечить имя Ленина не в одном поколении, а в ряде поколений. Увековечить это имя так, чтобы будущие не только знали, кто такой был Ленин, но жили бы и боролись так, как учил нас Ленин».

Эту статью еще читали в городах и селах Белоруссии, а Вера исчезла из Минска... исчезла, чтобы появиться через некоторое время в Западной Белоруссии, находившейся тогда под игом буржуазной Польши, и начать там подпольную работу. Она создает комсомольские организации, несет в массы идеи великого Ленина. Ее избирают секретарем ЦК комсомола Западной Белоруссии, членом ЦК комсомола Польши и членом ЦК Компартии Западной Белоруссии.

«Живется у нас бурно, как никогда,- писала Вера своим друзьям.- Дни у нас - это целые месяцы, а месяцы - годы, конечно, не по объему времени, а по объему происходящих событий, по объему их содержания».

В другом письме она сообщила с гордостью: «Недавно проходила у нас II [Всебелорусская] конференция комсомола Западной Белоруссии. Для нас это был исторический день. Несмотря на громаднейшие провалы, несмотря на все усиливающиеся преследования, мы от I конференции, которая была в январе 1924 года, до II, т.е. до июля 1925 года, выросли в 10 раз, т.е. от 120 до 1200 человек! Вам, конечно, такая цифра кажется смешной, вы ваших комсомольцев считаете уже десятками тысяч, но у нас в подполье это громадная цифра».

15 сентября 1925 года в Белостоке полиция напала на след подпольщицы и арестовала ее. Семь лет провела Вера в тюрьмах панской Польши - сначала в белостокской, а затем в центральной женской тюрьме «Фордон». Но и в тюрьме Хоружая оставалась неутомимым пропагандистом и борцом.

«Много легче сидеть в тюрьме,- писала она в октябре 1927 года,- зная, что там, за стенами, все выше подымаются волны, сидеть в тюрьме, зная, что освободит тебя революция!» «Мамочка,- взволнованно обращалась Вера после судебного процесса,- ты хочешь моего счастья, так чего же ты плачешь, когда я счастлива?... Разве это не наивысшее счастье, какое только может быть: жить и бороться, бороться с беспредельною верою в победу, отдавать любимой работе и борьбе все силы, всю душу, все нервы, быть молодой, иметь много дорогих и любимых друзей».

Письма Веры Хоружей из каторжной тюрьмы были преисполнены оптимизма, уверенности в победе, полны страстных призывов к борьбе. Часть их была издана в 1931 году в Москве в издательстве «Молодая гвардия» в виде небольшой книжечки под названием «Письма на волю». Через год ее переиздали, на этот раз под названием «Рядом с нами». Выпуск писем славной белорусской патриотки был встречен с большим интересом. 29 августа 1932 года теплая рецензия Н. К. Крупской на книгу появилась в «Правде».

Осенью 1932-го в числе 40 политзаключенных Вера Хоружая в соответствии с договоренностью между правительствами СССР и Польши об обмене политзаключенными прибыла в Советский Союз. Она работала в Москве, Минске и на одной из важнейших строек второй пятилетки в Казахстане.

После освобождения Западной Белоруссии Хоружая снова на партийной работе в Телеханах и в Пинске. Здесь ее и застала война.

Вера, работавшая тогда инструктором Пинского обкома партии, вместе с мужем, Сергеем Корниловым, который был заведующим военным отделом Пинского горкома КП(б)Б, решила остаться во вражеском тылу для партизанской борьбы. Эвакуировав дочку Аню и мать, она стала бойцом отряда, которым командовал В. 3. Корж, впоследствии Герой Советского Союза. 4 июля в боях при защите Пинска геройской смертью пал С. Г. Корнилов. Это был тяжелый удар. Вера Захаровна ожидала ребенка. Она стойко переносила все трудности и лишения партизанской жизни, воодушевляя своим жизнелюбием и оптимизмом товарищей. Осенью 1941 года штаб партизанского отряда направил В. Хоружую через линию фронта, чтобы установить связь отряда с командованием советских войск. Обратно в отряд ее не пустили, а отправили в тыл, к родственникам в Пермскую область, где у нее родился сын Сергей.

Долго жить в тылу В. Хоружая не могла. Уже в марте 1942 года, оставив малютку сына и пятилетнюю дочь на попечении матери и сестры, она выехала в Москву.

В сентябре 1942-го во главе группы подпольщиц В. Хоружая под фамилией Корниловой Анны Сергеевны направляется в тыл врага. В первых числах октября Вера Хоружая, Софья Панкова и Евдокия Суранова пробрались в Витебск для организации подпольной работы. В незнакомом городе В. Хоружей очень пригодился опыт прошлой подпольной деятельности. Она налаживает связи, собирает разведывательные данные, своевременно информирует партизан, ЦК КП Белоруссии о положении в городе. Пять недель проработала В. Хоружая в подполье. В ноябре гестаповцы на явочной квартире в доме Воробьевых схватили патриотов. После пыток гитлеровцы расстреляли В. Хоружую и ее боевых товарищей.

Вере Захаровне Хоружей в 1960 году присвоено посмертно звание Героя Советского Союза.

Письма из витебского подполья хранятся в партархиве ЦК КПБ. Они опубликованы в книге «Славная дочь белорусского народа. Письма, статьи В. Хоружей и воспоминания о ней» (Минск, 1960, с. 143-145, 148-149).