Группировка немецких войск разбитая под чертково. Глубокий танковый рейд

Описание презентации по отдельным слайдам:

1 слайд

Описание слайда:

Великая Отечественная война в истории Чертковского района Автор презентации: Чайкина Людмила Ивановна, учитель русского языка и литературы, учащиеся 9 класса МБОУ Тарасово-Меловской СОШ 2015 г.

2 слайд

Описание слайда:

Война – жесточе нету слова. Война –печальней нету слова. Война –святее нету слова В тоске и славе этих лет. И на устах у нас иного Еще не может быть и нет…

3 слайд

Описание слайда:

«Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах, и подвергли бомбардировке со своих самолётов наши города…»,- так начал своё выступление по радио в 12 часов дня 22 июня 1941 года народный комиссар иностранных дел В.М.Молотов. На битву с врагом поднялась вся страна.

4 слайд

Описание слайда:

5 слайд

Описание слайда:

Оккупация Чертковского района В Чертковском районе развернулась большая работа по мобилизации военнообязанных во вновь формируемые части и соединения. В райвоенкомате выстроилась очередь: мужчин направляли на фронт. Среди призываемых было немало и женщин-добровольцев. В п. Чертково срочно создали истребительный батальон из 120 человек. Его командиром стал начальник районного отдела НКВД (народный комиссариат внутренних дел) Григорий Феофанович Скрипниченко.

6 слайд

Описание слайда:

Первые потери чертковцы понесли уже 11 ноября 1941-го: два вражеских самолёта бомбили посёлок вдоль железной дороги. Первые руины и первые погибшие мирные жители. С этого дня самолеты появлялись над Чертково регулярно. Их атаки отбивали артиллеристы-зенитчики, находящиеся на станции Шептуховка.

7 слайд

Описание слайда:

7 июля 1942 г. Семь вражеских самолетов накрыли сплошной сеткой бомб железнодорожную станцию. Запылали составы с боеприпасами. Взрывались цистерны с бензином, огонь и горючее заливали ближайшие улицы пос. Чертково.

8 слайд

Описание слайда:

С болью в глазах рассказывали очевидцы об одной из таких бомбёжек. На железной дороге стоял санитарный поезд с ранеными бойцами, со всеми опознавательными знаками. Красный крест не остановил фашистов. Поезд был разгромлен и весь его состав погиб- раненые, медперсонал. Погибли и все, кто находился рядом, конечно, в первую очередь железнодорожники. Собирали отдельно разбросанные части тел, складывали всё в кучу. От увиденного варварства каменела душа и росла ненависть к врагам.

9 слайд

Описание слайда:

За несколько дней до оккупации п.Чертково в небе над курганом х. Гусево потерял управление и потерпел крушение советский самолёт, возвращавшийся из Севастополя, с 13 людьми на борту. Среди них был известный писатель, корреспондент газеты «Правда» Евгений Петрович Катаев (Петров). Его похоронили х. Филипповский. После войны захоронение перенесено в с. Маньково-Калитвенское, на площаде с почестями установлен памятник, который стоит и поныне. А в июле 2007 года на месте авиакатастрофы имя писателя увековечено на памятном знаке.

10 слайд

Описание слайда:

11 июля 1942г. Весь Чертковский район стал оккупированной зоной. В тот же день установилась гитлеровская власть с комендатурой, биржей труда, лагерем для военнопленных. Все забирали захватчики у мирного населения: и скот, и птицу, и урожай с огородов. Впереди –зима, которую надо было пережить в погребах и подвалах: оккупанты поселились в домах. Немцы начали наводить порядок на завоёванной земле. Прежде всего нужна была железная дорога. Это тот объект, который имел большое стратегическое значение для обеспечения армии снаряжением, боеприпасами, продуктами. Всех оставшихся железнодорожников под дулом автоматов заставили работать на восстановлении пути. Немцы решили укрепить дорогу на Маньково, готовили её для подхода своих войск. В холодные, промозглые осенние дни подростки и женщины помоложе целый день таскали нагруженные возки и тележки, наполненные глиной, песком, щебнем, высыпали всё это на дорогу. А по обочинам стояли солдаты с автоматами и собаками, понукая и покрикивая на выбивающихся из сил людей.

11 слайд

Описание слайда:

12 слайд

Описание слайда:

13 слайд

Описание слайда:

Операция «Малый Сатурн» (Среднедонская наступательная операция) В ноябре 1942 г. Советские войска окружили вражескую группировку под Сталинградом, а в декабре было принято решение об одновременном разгроме 8 итальянской армии и войск оперативной группы Холлидт. Операция планировалась на глубину 220-250 км. И рассчитывалась на 6 суток. Она получила название «Малый Сатурн». Наш район вошёл в зону действия операции. Наступил морозный декабрь 1942 года. В истории нашего района он был не только невыносимо лютый. Суровый. Наиболее смертоносный. Кровавый. Но он был ещё и долгожданный. Преодолевая яростное сопротивление противника, с кровопролитными боями военные соединения 1 гвардейской армии под командованием генерал-лейтенанта В.И.Кузнецова продвигались по маршрутам «Малого Сатурна».

14 слайд

Описание слайда:

15 слайд

Описание слайда:

«Долина Смерти» Но самые кровопролитные и значимые бои прошли в окрестностях хутора Арбузовка и посёлка Чертково. В результате быстрого броска в районе Верхнего Дона была отрезана и окружена большая группировка немецко-итальянских войск до 25 тыс. солдат и офицеров. Пытаясь выйти из окружения, они оказались в так называемом арбузовском котле. Яростно сражались здесь воины 35 гвардейской стрелковой дивизии, вместе с другими соединениями 1 гвардейской армии. В течение двух дней итальянские и немецкие войска предпринимали многократные попытки прорвать линию обороны советских частей в районе хутора Арбузовка. В результате боёв 18000 итальянских солдат сдались или были захвачены в плен. В дальнейшем вышедшие из Арбузовки части в окружении вели безуспешные бои по удержанию станции Чертково. 16 января 1943 года они были вынуждены покинуть её и отойти к Беловодску. Всего из 30 тысяч человек, побывавших в арбузовском котле, из окружения вышли только около 5 000. это был полный разгром. Итальянцы, участвующие в кровопролитных боях, прозвали хутор Арбузовка «Долина Смерти».

16 слайд

Описание слайда:

17 слайд

Описание слайда:

Геройски прошёл с боями по нашей земле 24 танковый корпус генерала В.М.Баданова. Т-34-76 1942 года выпуска с двумя башенными люками. В.М.Баданов (генерал-майор) Танк КВ-1

18 слайд

Описание слайда:

19 слайд

Описание слайда:

Легендарный подвиг комиссара Емельяна Алексеевича Лисичкина В истории района навсегда останется в памяти подвиг комиссара Е.А.Лисичкина. Один, без оружия, комиссар Лисичкин ходил в расположение 8-й итальянской армии с призывом сдаться и прекратить дальнейшие кровопролитие. Первый раз ему сдались 600 итальянских пехотинцев, второй раз 1500 тысячи. Однако третий поход, когда он сам уже радовался и верил, что все так удачно закончилось, оказался для него роковым. Появившиеся, как из-под земли, эсэсовцы подняли парламентера на штыки. Он шел безоружный и бесстрашный, гордый и желающий только мира. Видя его героическую смерть, потрясенная итальянская армия сдалась в полном составе… Комиссару Лисичкину недалеко от места его гибели был поставлен памятник. Именем Емельяна Алексеевича Лисичкина в х. Арбузовка была названа улица.

20 слайд

Описание слайда:

Штурм Чертково Первый неудачный штурм Чертково 19 декабря предприняли танкисты капитана М.Е.Нечаева из 24-го танкового корпуса генерала В.М.Баданова. Первая половина января 1943 г. при взятии станции Чертково оказалась особенно кровопролитной. Ещё в двадцатых числах декабря 1942 г. отступающая немецкая 298-я пехотная дивизия и разгромленные итальянские части 8-й итальянской армии ген. Гарибольди, входившие в состав дивизий: Торино, Пасубио-Рома и Сфорцеска,- всего около 8 тысяч человек, превратили станцию в мощный неприступный укрепрайон. Минные поля, проволочные заграждения, многочисленные ДЗОТы и танки, врытые в землю. С элеватора и водонапорной башни немецкие снайперы вели постоянный обстрел наших позиций. Немецко-итальянский гарнизон поддерживала немецкая 27-я танковая дивизия. Недостатка в боеприпасах и продовольствии окруженная группировка не испытывала. На станции находились военные склады немецкой 4-й танковой дивизии Гота и 8-й итальянской армии. Советское командование продолжало стягивать под Чертково дополнительные силы. 16 января в Чертково вступили войска Красной Армии. Полугодовая немецкая оккупация закончилась. В боях за Чертково погибло 2223 человека.

21 слайд

Описание слайда:

22 слайд

Описание слайда:

23 слайд

Описание слайда:

Знаменательные даты нашего района 16 января 1943 года Чертковский район обрел свободу. 16 декабря 1942 г. –хутор Артамошкин 17 декабря – слобода Анно-Ребриковская 18 декабря – Богуны, Сетраки 19 декабря – Алексеево-Лозовка, Сохрановка, Греково-Степановка, Маньково-Калитвенское, Щедровка, Семено-Камышенка, Ольховчик, Павловка, Тарасово-Меловское 20 декабря – Шептуховка 23 декабря – Тихая Журавка 22-24 декабря – Арбузовка, Малая Лозовка 26 декабря – Михайлово- Александровка 16 января 1943 года - Чертково

24 слайд

Описание слайда:

Пусть живые запомнят… пусть поколения знают… Чертковская земля вырастила семь Героев Советского Союза и полного кавалера Воинской Славы. Это младший лейтенант Иван Петрович Сарана, младший лейтенант Алексей Васильевич Флоренко, младший лейтенант Василий Ильич Коробкин, лейтенант Николай Григорьевич Улитин, лейтенант Григорий Иванович Чаговец, старший лейтенант Иван Максимович Удовиченко, капитан Михаил Иванович Быковский и полный кавалер Ордена Славы Иван Павлович Копылов.

25 слайд

Описание слайда:

Орден Славы Орден Славы - военный орден СССР, учреждён Указом Президиума ВС СССР от 8.11.1943 «Об учреждении ордена Славы I, II и III степени». Награждаются лица рядового и сержантского состава Красной Армии, а в авиации - и лица, имеющие звание младшего лейтенанта. Вручался только за личные заслуги, воинские части и соединения им не награждались. Орден Славы имеет три степени, из которых орден высшей I степени - золотой, а II и III - серебряные (у второй степени был позолочен центральный медальон). Эти знаки отличия могли быть выданы за личный подвиг на поле боя, выдавались в порядке строгой последовательности - от низшей степени к высшей.

26 слайд

Описание слайда:

Кавалер четырех орденов Славы КОПЫЛОВ Иван Павлович, род. 24.6.1922 в с. Павловка ныне Чертковского р-на Ростов. обл. в семье крестьянина. Русский. Член КПСС с 1944. Окончил 7 классов в 1938. Работал в колхозе. В Кр. Армии и на фронте в Вел. Отеч. войну с окт. 1941. Ком-р расчета 45-мм пушки 49-го стр. полка (50-я гв. стр. див., 7-я гв. армия, 1-й Укр. фронт) сержант К. 5.01.44 при отражении контратаки у с. Красный Яр (Кировоградский р-н Кировоград. обл., Украина) из орудия подбил танк пр-ка. 7.01.44 при наступлении на г. Кировоград расчет орудия, которым командовал К., подбил 2 БТР и 3 автомашины, истребил св. отделения жив. силы. 23.01.44 нагр. орд. Славы 3 ст. Старшина К. (52-я армия, 2-й Укр. фронт) 20-30.8.44 на подступах к г. Яссы и Хуши (Румыния) вместе с расчетом огнем орудия поразил 2 дзота, 1 блиндаж, 6 пулеметов, рассеял и истребил св. взвода пехоты. Захватил 75-мм пушку врага, ее огнем разбил 2 пулемета, орудие. 26.9.44 нагр. орд. Славы 2 ст. К. в ходе боев в р-не г. Баутцен (Германия) 16-19.4.45 вывел из строя 3 пулемета, БТР, автомашину, св. 10 фашистов, подавил огонь 9 пулеметов, захватил в плен 4 пехотинцев. 27.6.45 нагр. орд. Славы 1 ст. В нояб. 1946 демобилизован. Работал крепильщиком на шахте «Нежданная». Почетный гражданин г. Моздок (Сев. Осетия). Жил в г. Шахты Ростовской обл. Нагр. орд. Отечественной войны 1 ст., вторым орд. Славы 3 ст. (20.5.44), медалями. Умер в 2002. КОПЫЛОВ Иван Павлович

27 слайд

Описание слайда:

Герой Советского Союза Геро́й Сове́тского Сою́за - высшая степень отличия СССР. Высшее звание, которого удостаивали за совершение подвига или выдающихся заслуг во время боевых действий, а также, в виде исключения, и в мирное время. Звание впервые установлено Постановлением ЦИК СССР от 16 апреля 1934 года, дополнительный знак отличия для Героя Советского Союза - медаль «Золотая Звезда» - учреждена Указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 августа 1939 года. Автор эскиза награды - архитектор Мирон Иванович Мержанов.

28 слайд

Описание слайда:

Флоренко Алексей Васильевич Родился 7 февраля 1922 года на хуторе Бакай Белокалитвинского района (ныне Чертковского района) Ростовской области, в крестьянской семье. Вместе с родителями в 1931 году переехал на Урал в посёлок Байдач Чердынского района Пермской области. В ноябре 1941 года был призван Чердынским райвоенкоматом в Красную Армию. На фронте Великой Отечественной войны с 1942 года. В 1944 году окончил 1-е Пензенское артиллерийское училище противотанковой артиллерии. Воевал на Волховском и Белорусском фронтах. Был награжден орденом Красной Звезды. К лету 1944 года гвардии младший лейтенант Алексей Флоренко командир огневого взвода истребительно-противотанкового артиллерийского полка. Особо отличился в боях за освобождение Белоруссии и Польши.30 июня 1944 года взвод гвардии младшего лейтенанта Флоренко в числе первых форсировал реку Свислочь у села Лапичи (Осиповичский район Могилевской области Белоруссии). За трое суток взвод отразил 18 контратак противника, чем способствовал удержанию плацдарма. Офицер Флоренко грамотно организовал круговую оборону, в рукопашной схватке с прорвавшимися на позиции гитлеровцами был ранен. 25 июля в бою на рубеже населенных пунктов Малинники-Григоровцы (Польша) в критический момент боя бросился под вражеский танк с гранатой. Похоронен на воинском кладбище в городе Хайнувка Белостокского района, ныне Подляского воеводства Польши. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 25 сентября 1944 г. Младшему лейтенанту Алексею Васильевичу Флоренко присвоено звание Героя Советского Союза

29 слайд

Описание слайда:

Сарана Иван Петрович Родился в июне 1912 года на хутоpе Шиpокий Области Войска Донского(ныне Чеpтковского pайона Ростовской области) в семье крестьянина.Окончил 7 классов, работал комбайнером в селе Маньково. В 1931-1933 годах был на службе в Красной Армии. В 1935 году Иван переехал на постоянное жительство в станицу Раевскую (ныне в составе города Новороссийска), работал председателем станичного сельпо. На фронт Великой Отечественной войны мобилизован 22 июня 1941 года Новороссийским горвоенкоматом. В 1942 году окончил Курганинское танковое училище, стал командиром танкового подразделения. В действующей армии - с июля 1943 года. Член КПСС с 1943 года. 24 апреля 1944 года младший лейтенант Сарана отличился в боях в районе с. Юзефка (Коломыйский район, Ивано-Франковская область, Украина). Танк Ивана Сараны вступил в неравный бой с 16-ю немецкими танками и двумя батальонами пехоты. Было уничтожено 3 немецких танка «Тигр», 2 бронемашины и около 60 гитлеровцев. После того, как его танк был подбит, Сарана не покинул поле боя, продолжал отражать вражеские атаки в составе стрелкового подразделения. Умер 28 апреля 1944 года от ран, похоронен в городе Заставна Черновицкой области Украины. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 августа 1944 г. Гвардии младшему лейтенанту Ивану Петровичу Саране присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно)

30 слайд

Описание слайда:

Коробкин Василий Ильич Родился 30 марта (12 апреля по новому стилю) 1917 года в селе Ольховчик Области Войска Донского (ныне Чертковского района Ростовской области) в крестьянской семье Окончил 7 классов и школу ФЗУ. Работал на заводе «Ростсельмаш». В Красной Армии с 1938 года. В 1940 году окончил Сталинградское военное авиационное училище лётчиков. Участник Великой Отечественной войны с июня 1941 года. Летчик, младший лейтенант Василий Коробкин к сентябрю 1941 года совершил двадцать восемь боевых вылетов на штурмовку войск противника. Отличился в битве под Москвой. 23 сентября 1941 года в районе цели под городом Ярцево Смоленской области осколками зенитного снаряда В.И. Коробкин был тяжело ранен, но он сумел сбросить бомбы на цель, уничтожив три танка и три автомашины противника. Истекая кровью, мужественный лётчик довёл самолёт до своего аэродрома. В 1944 году Василий Ильич окончил Военно-воздушную академию, в1957 году - Военную академию Генерального штаба. Генерал-майор авиции Коробкин В.И. в 1969-1972 годах был начальником штаба 929-го Государственного лётно-испытательного центра. С 1975 года генерал-майор авиации Коробкин В.И. - в запасе, а затем в отставке. Жил в посёлке Чкаловский (ныне в черте города Щёлково) Московской области. Скончался 21 марта 1995 года. Похоронен на кладбище деревни Леониха Щёлковского района Московской области. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 12 апреля 1945 г. младшему лейтенанту Коробкину Василию Ильичу присвоено звание Героя Советского Союза

В те дни в тылу отходивших на восток красных частей поднялось контрреволюционное казачество. Белоказаки совместно с оккупантами стремились всемерно затормозить планомерную эвакуацию Донбасса. Белое казачество уже систематически начинало взрывать мосты, водокачки и станционные сооружения на путях отступления красных войск и портить железнодорожное полотно, разбирая его на десятки километров. В тылу усиленно шло формирование белоказачьих отрядов.

Германские дивизии наступали на Донбасс концентрически: одна группа войск должна была занять Старобельск, Чертково и тем самым перерезать и оседлать в то время крайне важную для Советской республики железнодорожную магистраль Воронеж, Лиски, Миллерово, Ростов; другая должна была охватить ударами от Ныркова и от Дебальцева сердце Донбасса – пролетарскую крепость, лагерь и город рабочих-шахтеров Луганск.

В. И. Ленин, узнав от товарища Сталина (в тот период товарищ Сталин был председателем делегации Советской России по ведению мирных переговоров с Украинской радой, которые должны были начаться в Курске 28 апреля) о сложившейся к 22 апреля военной обстановке в Донбассе, немедленно посылает следующее распоряжение Народному комиссариату по военным делам:

«22 апреля в 11 часов ночи Совнарком постановил: предложить Военному Комиссариату принять незамедлительно все зависящие от него меры для обороны восточной границы Харьковской губернии, особенно же станции Чертково, занять которую стремятся немцы и гайдамаки для перерыва железнодорожного сообщения с Ростовом. О деталях переговорить со Сталиным» .

Эта директива товарища Ленина, требовавшая не допустить нарушения идущего по железной дороге Ростов, Воронеж потока продовольственных и топливных грузов с юга (с Северного Кавказа на север, в центрально-промышленные районы), была выполнена только частично. Тираспольский отряд (2500 штыков, 500 сабель, 12 орудий и 4 броневика) под командованием тов. Венидиктова был выслан из Луганска с задачей занять Старобельск и наступать далее на запад. Из района Чертково был направлен на Евсуг, Старобельск небольшой отряд местных формирований в составе 300 штыков и сабель с двумя орудиями. 2-й армии Сиверса было приказано наступать от Валуек на Купянск; 5-й армии тов. Ворошилова – от Сватова на Купянск.

Превосходство сил было на стороне германских войск. Тираспольский отряд несколько дней героически дрался с немцами в районе к югу и юго-западу от Старобельска; малочисленный отряд из Черткова не мог оказать существенной помощи в этой борьбе. Сиверсу не удалось развить намеченную операцию. Немецкие войска заняли Евсуг. Ударом на Колядовку они отделили чертковский отряд (находился к востоку от Евсуг) от тираспольского (находился в Колядовке), который отошел через Михайловку в восточном направлении, в Донскую область. Интервенты двинулись в район Чертково, а Тираспольский отряд попал в окружение восставших против Советской власти станиц в районах Мигулянской и Казанской. Тов. Венидиктов был убит, а его отряд был частично уничтожен, а частично рассеялся по разным направлениям. Все это поставило 5-ю армию тов. Ворошилова в совершенно изолированное и исключительно трудное положение; фактически она была окружена со всех сторон, ее эшелоны с боями начали отходить через станцию Нырково к станции Родаково.

К 24 апреля германские оккупационные войска вели на территории Донецкого каменноугольного бассейна жестокие бои, отвечая огнем орудий на письменные протесты предсовнаркома Донецко-Криворожской республики тов. Артема (Сергеева) . Германское главное командование считало необходимым в мае закончить оккупацию всего Донецкого бассейна.

Глава IV. Родаково, Меловая, Луганск

К моменту прихода эшелонов 5-й армии тов. Ворошилова на станцию Родаково (23–25 апреля) здесь уже собралось много различных украинских и донецких отрядов, отступавших под непрерывным напором германских корпусов. На станции Родаково собрались также небольшие отряды рабочих Донбасса (остатки так называемой Донецкой армии). Настроение у начальников красных частей, всех этих смешанных, утомленных и обессиленных отрядов, было подавленное. К западу и югу от Родакова не прекращалась артиллерийская канонада и происходили беспрерывные полеты германских самолетов.

Прибыв на станцию Родаково, командующий 5-й армией тов. Ворошилов, видя этот хаос отрядной неразберихи, созвал в здании родаковского вокзала совещание командиров красногвардейских отрядов Украины и Донбасса, находившихся в районе этой станции. После короткого обмена мнениями тов. Ворошилов обрисовал общее военно-политическое положение, создавшееся в связи с австро-германской оккупацией, и наметил меры, которые он считал безотлагательными.

Тов. Ворошилов говорил, что в данных условиях борьбы реальное соотношение сил оказалось невыгодным для Красной армии и советской власти на Украине и в Донбассе. Кайзеровский империализм, бросив для оккупации огромные вооруженные силы, оказался и в боевом и в военно-техническом отношении на данном этапе борьбы сильнее нас.

Тов. Ворошилов призывал учиться у опытного врага, хотя бы за эту выучку пока приходилось платить очень дорого, особенно в условиях отступления. Отступление, говорил он, тоже искусство, и притом искусство нелегкое. Отступать надо с умом, организованно, по плану. При малейшем беспорядке в отступлении красные рискуют потерять не только территорию, но, что особенно дорого, ценнейшие рабочие кадры, огромные богатства фабрик, заводов и рудников Донбасса. Надо так организовать отступление под прикрытием красных вооруженных отрядов, чтобы дать возможность местным советским органам произвести полную эвакуацию богатств Донбасса. Отходить следует планомерно и с упорными боями, стараясь задерживать на каждом удобном рубеже оккупационные войска и всемерно помогавшую им внутреннюю контрреволюцию.

Но для того чтобы планомерно отходить, необходимо организовать из этих маленьких отрядов и отрядиков одну армию с армейским аппаратом управления, т. е. штабом. Такая армия может и должна действовать крепким ударным кулаком, а не растопыренными пальцами, как сейчас, когда существует множество различных самостоятельных отрядов. Без твердой организации не может быть победы.

Таково вкратце содержание выступления тов. Ворошилова. Во время его речи на станцию Родаково совершили налет германские самолеты. Пролетая бреющим полетом, они сбрасывали бомбы над станцией, вокзалом и над эшелонами с красноармейцами.

Собравшиеся командиры приняли решение влиться в 5-ю армию тов. Ворошилова и продолжать отход и борьбу под его руководством. После этого совещания тов. Ворошилов приказал начальнику своего штаба тов. Рудневу приступить к учету всех отрядов, их численности, а также имевшихся у них вооружения, снаряжения и продовольственных запасов. Было приказано начать переформирование отрядов в более крупные, полноценные боевые единицы, которым можно было бы поручить тот или иной боевой участок на позициях. До Луганска оставалось 25–30 км, а поэтому надо было так организовать оборонительные бои и отход, чтобы дать возможность погрузить все ценности и без суеты эвакуировать район Луганска – куда тов. Ворошилов решил срочно выехать сам, с тем чтобы проследить выполнение плана эвакуации.

Разведывательные отряды донесли, что германцы двигаются в направлении Родаково, куда противник время от времени посылал очереди тяжелых снарядов. Переформировываться приходилось под огнем. Большинство командиров точно выполняли приказания полевого штаба 5-й армии, но отдельные анархически настроенные отряды и их начальники, угрожая, требовали немедленной отправки их в Луганск. Ряд таких отрядов пришлось расформировать, разоружить и влить в крепкие организованные части. Все это делалось со стремительной быстротой и без дерганья. Перед отъездом в Луганск тов. Ворошилов приказал особенно крепко держать участок Родаково, Меловая. Вновь организованные отряды вышли из эшелонов, заняли, согласно приказу полевого штаба 5-й армии, боевые участки и изготовились к встрече приближавшегося врага.

Приехавшему в Луганск тов. Ворошилову доложили, что Луганский исполком, имея донесения о быстром продвижении германских оккупационных частей и боясь попасть в плен, срочно уехал в Миллерово, не закончив эвакуации. Тов. Ворошилову пришлось основательно вмешаться в дело и заставить оставшихся работников исполкома производить эвакуацию оборонного имущества по четко разработанному плану. В самый разгар этой работы тов. Ворошилов получил сведения, что наши части с упорным боем отошли от Родакова и что завязались новые бои перед станцией Меловая, причем штаб 5-й армии просил о срочном возвращении своего командующего.

Отдав необходимые распоряжения по эвакуации Луганска и оставив здесь надежных товарищей, тов. Ворошилов выехал на позиции к востоку от станции Меловая. Объединение отрядов благоприятно подействовало на бойцов: в районе Родаково и под Меловой они стойко держали оборону порученных им боевых участков, отбивая атаки противника, и сами переходили в контратаку. Случаи самовольного оставления боевых участков, что ранее было обычным явлением, теперь оказывались единичными, причем эти прорывы сейчас же заполнялись бойцами из резервов. Ружейно-пулеметный и артиллерийский огонь бойцы также научились вести более организованно. Это был первый реальный показатель, говоривший о том, что ряд отрядов начинает вести борьбу по-новому.

На станции Родаково, Меловая наступало более двух кайзеровских дивизий. Прибывший на боевые участки тов. Ворошилов приказал наступать правым флангом армии, с тем чтобы опрокинуть зарвавшегося врага. Контратака красных при деятельной поддержке артиллерии тов. Кулика удалась. Интервенты были обращены в бегство; германцы оставили на поле боя убитых и раненых, две батареи, около 20 пулеметов и два подбитых германских самолета. Это была большая победа, которая ясно говорила, что наши части могут не только отбивать организованные полки оккупантов, но и преследовать их на поле боя при дружной поддержке нашей артиллерии.

Бои в районе станций Родаково, Меловая, по мысли тов. Ворошилова, преследовали основную цель – «выигрыш времени для планомерной эвакуации»; каждый лишний час сохранял для советской власти большие материальные и людские богатства Донбасса. Погрузка эшелонов в районе Луганска шла круглые сутки. Работали с исключительным подъемом, воодушевленные ворошиловским лозунгом: «Не оставлять и ломаного гвоздя врагу!» Количество эшелонов росло с огромной быстротой, и погруженные вагоны уже насчитывались не сотнями, а тысячами.

К 28 апреля эвакуация Луганского района была закончена. Тов. Ворошилов отдал приказ частям 5-й армии под прикрытием бронепоезда и бронелетучек отходить на Луганск.

Обстановка с каждым часом становилась для 5-й армии тяжелей. С севера и запада армия была окружена германскими частями; на юге быстрый и беспорядочный отход 3, 2 и 1-й украинских армий к востоку дал возможность врагам охватить эшелоны армии тов. Ворошилова с юга.

К 28 апреля тов. Ворошилову было известно, что в районе Старобельска немцы быстро пошли к Черткову. Рабочие, бойцы красных отрядов, захватив с собой семьи и домашнее имущество, с чувством глубокой горечи проследовали 28 апреля через родной Луганск, с болью отдавая его в кровавые лапы внешней и внутренней контрреволюции.

«С нами двинулся целый город на колесах, – пишет один из участников похода. – Красногвардейцы, семьи металлистов, горняков со скарбом, с птицей и даже с телятами. Вся эта громада – эшелон в несколько сот вагонов с десятками тысяч людей – двинулась в Миллерово. Над нами, как ястреб, все время летал немецкий аэроплан. Паники он уже не наводил, к нему привыкли. Только изредка постреливали из винтовок».

29 апреля все эшелоны сосредоточились в районе Миллерово, 30 апреля стало известно, что район станции Чертково занят германскими войсками. На станции Миллерово царил беспорядок. Через Миллерово от Лихой на Лиски передвигался ряд отрядов. Они не слушали предупреждений командования 5-й армии, что район Чертково уже занят германскими войсками, и продолжали двигаться на север, где были перехвачены и взяты в плен германскими войсками и гайдамаками.

С оккупацией германцами района Чертково все отрезанные от севера красные войска были предоставлены самим себе.

Командование 5-й армии, будучи отрезано от севера и юга, принимает решение, полное исключительной смелости и огромной оперативно-стратегической целесообразности. Тов. Ворошилов решает идти на юг от Миллерова и пробиваться через Лихую, через казачью Вандею – Донскую область – на Царицын. Начиналась новая героическая эпопея. Надо было организовать вывоз из окружения 3000 вагонов более чем со 100 паровозами. Эти эшелоны везли грузы огромной ценности, вооружение и семьи рабочих.

Тов. Ворошилов решил идти через земли Донской казачьей области, от Лихой на Царицын. Это был тяжелый, страдный путь, ибо отступательное движение при наличии железнодорожных эшелонов было неизбежно приковано к единственной железной дороге Миллерово – Лихая – Царицын, в то время как по всей Донской области спешно развертывалось формирование белоказачьих полков.

К концу апреля 1918 года 15 000 белоказаков под командованием полковника Денисова и Быкадорова занимали районы 1-го и 2-го Донских округов; более 5000 были расположены в районе Нижне-Чирской, где формировал отряды генерал Мамонтов. Более 10 000 были сформированы в Верхне-Донском и Усть-Медведицком округах под командованием Голубинцева и Фицхелаурова. В Донском округе действовали совместно с дивизиями 1-го резервного кайзеровского корпуса белоказаки формирований генерала Гусельщикова. Таким образом, начиная с Миллерова, отряды тов. Ворошилова, двигаясь на Лихую, станцию Чир, Царицын, с первого же километра к югу от Миллерова должны были двигаться среди многочисленных и сильных врагов.

Глава V. Миллерово, Лихая

Итак, 250-км путь с боями и большими испытаниями от Кабанье до Миллерова был закончен. Начинался новый 400-км страдный поход от Миллерова через Каменскую и Лихую на Царицын.

В настоящем труде освещаются только основные этапы похода; полное описание этого грандиозного исторического события в нашей Гражданской войне требует коллективных творческих усилий участников и руководителей похода.

В своей автобиографии тов. Ворошилов упомянул лишь в нескольких словах об этом великом походе рабочих Донбасса от Луганска к Царицыну:

«Десятки тысяч деморализованных, изнуренных, оборванных людей и тысячи вагонов со скарбом рабочих и их семьями нужно было провести через бушевавший казачий Дон.

Целых три месяца, окруженные со всех сторон Мамонтовым, Фицхелауровым, Денисовым и другими, пробивались мои отряды, восстанавливая железнодорожное полотно, на десятки верст снесенное и сожженное, строя заново мосты и возводя насыпи и плотины. Через 3 месяца „группа войск Ворошилова” пробилась к Царицыну, и здесь из нее и других частей была образована 10-я Красная армия, которой мне было поручено командовать» .

Попытаемся здесь с помощью исторических фактов, документов, воспоминаний героев – участников похода Луганск, Царицын – воссоздать хотя бы в основных чертах картину замечательной эпопеи, не отказываясь от привлечения и свидетельств врага из белогвардейской литературы.

Перед тем как двинуть эшелоны 5-й армии с ценнейшим имуществом и вооружением, с семьями металлистов и шахтеров Донбасса от Миллерова на юг к станции Лихой, а затем на Белую Калитву, Царицын, командование 5-й армии (товарищи Ворошилов и Руднев) было хорошо осведомлено, что через район станций Каменская, Лихая спокойно и без боев не пройдешь. Было известно, что в районе станицы Гундоровская (контрреволюционное гнездо так называемого стопобедного генерала Гусельщикова) ведут бои красные отряды тов. Щаденко и что эта большая, населенная станица и прилегающие к ней более мелкие кишат контрреволюционным казачеством. Положение численно более слабых частей тов. Щаденко было очень тяжелым.

1 мая эшелоны 5-й армии тов. Ворошилова двинулись от станции Миллерово к Каменской и Лихой. На другой день, 2 мая, германские войска заняли район станции Миллерово. К этому моменту в районе станций Гундоровская, Лихая, Зверево вели бои красные отряды, сформированные председателем Донецкого окружного партийного комитета и чрезвычайного штаба по формированию и борьбе с контрреволюцией тов. Щаденко .

Щаденко, располагая крепким ядром в составе 1-го Донецкого полка, кавалерийского полка, сулинских формирований, шахтерского и железнодорожных отрядов и др., с нетерпением ждал скорейшего прихода в район Каменская, Гундоровская армии тов. Ворошилова, ибо ее прибытие облегчило бы крайне тяжелую обстановку, создавшуюся в этом районе. Да и 5-й армии тов. Ворошилова необходимо было спешить к Лихой, пока эти районы находились в руках красных частей.

Поход эшелонов 5-й армии сразу изменил боевую обстановку в пользу красных войск. По этому поводу тов. Щаденко пишет:

«1 мая германские войска отрезают путь движения к Воронежу разрушением железнодорожного полотна между станциями Миллерово, Чертково. Единственный путь движения остается на юго-восток, через Каменскую, Лихую, Царицын. Сдерживая натиск наступающих от Гундоровской объединенных немецко-белоказачьих сил, каменский гарнизон, состоящий из 1-го Донецкого полка, шахтерского отряда, кавалерийского полка и отряда железнодорожников, переживал критические дни. Подошедшие 2 мая к станциям Глубокая и Каменская части 5-й армии тов. Ворошилова быстро изменили обстановку, дружным совместным натиском немцы и гундоровские казаки были отброшены к западу километров на 25. Гундоровская станица оказалась снова в наших руках. Подтянув резервы, командир экспедиционного корпуса ген. фон Кнерцер с частями 91-й германской пехотной и кавалерийской дивизий совместно с гундоровскими, метякинскими, луганскими казаками под командой ген. Гусельщикова с рассветом 5 мая повели ожесточенные атаки и к утру вынудили нас очистить станицу Гундоровскую, а к 14 час. и станции Глубокую, Каменскую. Особенно ожесточенные бои происходили под станцией Лихая, но, несмотря на десятки германо-белоказачьих атак, наши части, лично руководимые тов. Ворошиловым, удерживали станцию Лихую до утра 6 мая».

На фронт Каменская, Лихая, как уже говорилось, продолжали двигаться германские дивизии. Для тов. Ворошилова, приказавшего двинуть эшелоны на Лихую, Царицын, было ясно, что потребуются нечеловеческие усилия, чтобы пробиться из этого белоказачьего и германского кольца на восток к Царицыну. Перед ним стояла задача – пропустить через Лихую более 80 эшелонов, которые растягивались на пространстве в несколько десятков километров, а затем провезти их по одной железной дороге через 400-км пространство, через бушевавшую контрреволюционную Донскую область.

Германское командование, заняв районы Черткова, Миллерова и Луганска, самым внимательным образом следило за отрезанными от севера войсками и эшелонами тов. Ворошилова. План германского командования заключался в том, чтобы ударом от Миллерова на юг и выделением необходимых сил на Лихую, Каменскую не дать эшелонам 5-й армии проследовать на Белую Калитву. Немцы посредством воздушной разведки зорко следили за каждым шагом движения красных эшелонов. Участники этого великого похода хорошо помнят почти беспрерывные полеты германских самолетов в районе Миллерово и затем во время движения эшелонов на юг к Лихой.

В сложившейся обстановке тов. Ворошилов принимает смелое решение взять инициативу действий в свои руки и коротким ударом в направлении контрреволюционной казачьей станицы Гундоровской занять район этой станицы и удерживать его до тех пор, пока эшелоны 5-й армии благополучно не проследуют на юг через Каменскую на Лихую. Каменские и гундоровские белоказаки во сне видели, как им с помощью германских отрядов удастся захватить эшелоны 5-й армии, где, по их разведывательным данным, было много ценнейшего имущества и оружия, столь необходимого новым белогвардейским формированиям, в это время интенсивно развертывавшимся во всей Донской области Денисовым, Мамонтовым, Фицхелауровым и др.

Тов. Ворошилов приказал передовым отрядам луганских металлистов, сулинских шахтеров и старым, испытанным бойцам отрядов 5-й армии высадиться к югу от района станции Глубокая и ударом со стороны Глубокой совместно с отрядами тов. Щаденко отбросить белоказаков от Гундоровской.

Этот маневр оказался совершенно неожиданным для белоказаков. Внезапный организованный удар на Гундоровскую от Глубокой и Каменской с энергичным распространением сразу же в западном направлении от Каменской буквально ошеломил руководителей контрреволюции Гундоровского района. Они сами намеревались, притаившись к западу от Гундоровской, ударить внезапно в район железнодорожного моста у Каменской, пропустить головные эшелоны, где, по расчетам белоказаков, должны были пройти от Глубокой бронепоезда и бронелетучки, прикрывающие красные эшелоны, а затем мощным ударом обрушиться на эшелоны, внести в них панику и с помощью германских полков захватить в плен всю 5-ю армию с ее эшелонами богатейшего имущества, вывезенного из районов Луганска и Миллерова.

План белоказаков был сорван. Вместо задуманного ими удара последовал внезапный удар тов. Ворошилова. Передовые белоказачьи части бросились отступать в западном направлении от Гундоровской, дав сигнал к поголовному уходу белоказаков из окружающих станиц. Быстрое бегство врага подняло настроение красных бойцов. Некоторые были настолько сильно охвачены наступательным порывом, что стали подумывать о возможности наступления сейчас же прямо от Гундоровской к родному Луганску. Но отступавшее белое казачество предприняло ряд решительных мер. Оно разослало во все направления просьбы о помощи. Особенно раболепно оно взывало к помощи германского оккупационного командования, соблазняя его перспективами захвата такой богатой добычи, как многочисленные эшелоны 5-й армии.

Кайзеровское командование отдало своим дивизиям приказ ускорить удар в направлении Каменская, Лихая. Между тем бойцы 5-й армии во главе с тов. Ворошиловым продолжали свое движение на запад от станицы Гундоровская. Белое казачество уходило поголовно, и с каждым новым километром продвижения красных войск становилось яснее, что враг, собрав силы с помощью германских интервентов, вот-вот перейдет в контрнаступление от Гундоровская. Тов. Ворошилов внушил командирам отрядов, что необходимо быть начеку и не зарываться. Глубокое наступление в сторону Луганска командование 5-й армии считало нецелесообразным и несвоевременным, так как основная задача заключалась в создании временного заслона в сторону Гундоровской только для того, чтобы быстро и благополучно пропустить из Миллерова через Каменскую все эшелоны 5-й армии. На левом фланге уступом вперед выступал отряд тов. Латышева. Он уже миновал станицу Гундоровская.

Вот как об этом пишет замечательный боец-организатор Михайловский :

«Коротким ударом нескольких объединенных отрядов Гундоровская нами взята. Наш первый Луганский имени Ворошилова отряд (в составе которого чуть ли не 3 / 4 президиума Луганского совета) под командой тов. Латышева, заменившего тов. Ворошилова , дерется на левом фланге наступающих.

С боем проходим станицу, преследуя отступающих казаков. Мы рвемся вперед, соревнуясь в перебежках. Победа подгоняет нас. Мы не чувствуем усталости. Зарвавшись далеко вперед, примерно на 2–3 км за Гундоровскую, располагаемся на высотах. Среди нас ликование. Мы уже рисуем себе картины наших дальнейших побед и обратного возвращения на Украину. Но воевать мы еще совсем не умеем. Мы не ведем разведки. Мы не держим связи между отрядами. У нас нет даже непосредственного охранения. А враг не дремлет. Он пользуется балками и оврагами, тем, что на военном языке называется „складками местности”, и обходит нас.

И судьба всех нас, если бы не выручил Клим Ворошилов, была бы судьбой богураевцев» .

Одновременно с этим отрядом в центр, прямо на станицу наступали Харьковский отряд и отряды тов. Щаденко. Наступление велось цепями плечом к плечу, развернутым фронтом. Но местность была довольно пересеченная, а поэтому, особенно после форсирования реки Большая Каменка (перед Гундоровской), требовалось установление твердой связи между наступающими отрядами. Белоказаки, отойдя на несколько километров к западу от Гундоровской, соединились с подошедшей германской дивизией. Германское командование решило вести совместно с белоказаками решительное контрнаступление, обходя Гундоровскую с севера от Донца, а также по обеим сторонам Северо-Донецкой железной дороги.

Первый удар противника обрушился на слишком выдвинувшийся Луганский отряд Латышева. Этот удар оказался неожиданным для красных бойцов и внес в их ряды замешательство. Поднялась беспорядочная стрельба; бойцы стали рассыпаться по полю, управление было потеряно. Отряд Латышева, ушедший на 3 км вперед к западу от Гундоровской, фактически оказался отрезанным. Белоказаки и германцы продолжали наносить удары от хуторов Власово, Нижний Шевыревский на северо-восток в обход Гундоровской. Удары стали обрушиваться и на отряд Локотоша, который пишет следующее:

«Вдруг с Северо-Донецкой железной дороги показалась немецкая колонна с кавалерией, около 300 всадников, и артиллерией, быстро двигавшаяся к нам. Для удобства принятия боя я свой отряд начал отводить на противоположную сторону станции, с тем чтобы занять командные высоты, но не успели мы перейти мост [имеется в виду мост через р. Большая Каменка. – Вл. М. ], как по нам был открыт сильный артиллерийский огонь. Здесь же некоторые наши части проявили полную неорганизованность, рассеявшись к беспорядочном бегстве по лугу, без определенного направления и даже не без опасности для себя, не ища никаких прикрытий».

В этот переломный момент наступательных боев тов. Ворошилов увидел, что отряд тов. Латышева, не выполнивший указания о том, чтобы не слишком зарываться, вести разведку, держать связь с соседом, почти окружен противником и ему грозит полное истребление под перекрестным огнем противника. Тов. Ворошилов послал в отряд ординарцев с категорическим приказанием организованно отходить за реку Бол. Каменка, а сам, пустив коня в карьер, бросился к Луганскому отряду. Тов. Михайловский пишет:

«На взмыленном коне влетел он [К.Е. Ворошилов. – Вл. М. ] на наш курган.

„Немедленно отходить назад. Нас обходят справа от Донца. Если не успеете, вас всех перерубят!”

Команда быстро воспринята Отстреливаясь, отходим цепью назад через пылающую Гундоровскую. У нас в тылу глубокая балка – самое опасное место. Под фланговым ружейно-пулеметным и артиллерийским обстрелом белых, что называется в последний момент удается проскочить через нее. Если бы мы задержались еще на полчаса, то уже было бы поздно».

Начинало смеркаться. Разосланные тов. Ворошиловым ординарцы с предупреждением об отходе на восток от Гундоровской не все справились с порученной им задачей, а контрнаступление и огонь противника продолжались. Тов. Ворошилов лично, верхом на коне, принужден был под непрерывным огнем противника принять меры к тому, чтобы упорядочить отступление за линию реки Большая Каменка. Участники этих боев пишут:

«Ряды смешались. Всем показалось, что из огненной ловушки не вырваться, не уйти из-под ураганного огня. Люди бежали, падали, поднимались и снова бежали. И именно здесь тов. Ворошилов проявил свое исключительное присутствие духа. Верхом на коне, под ураганным огнем, вместе с Сашей Пархоменко носился он среди бежавших людей. В панической толпе на лету он выхватывал лучших людей и через некоторое время организовал первую цепь из луганчан. А через два-три часа была установлена и вторая цепь. Огонь начал утихать».

После долгих усилий тов. Ворошилову удалось к вечеру навести порядок и начать медленный отход к станице Каменская.

В это время эшелоны 5-й армии двигались на юг к Лихой. Тов. Ворошилов приказал самым тщательным образом организовать боевое охранение эшелонов – так, чтобы впереди шел бронепоезд, по бокам двигались броневики. Целый ряд пульмановских вагонов был превращен в своего рода бронепоезда; в арьергарде двигались бронелетучки. Так как эшелонов было 80, и они шли друг за другом, а скорость была незначительной, до 20 км в час, бои в районе Гундоровской и к западу от железной дороги Глубокая, Каменская, Лихая позволили выиграть целых двое суток. Этот выигрыш имел огромное значение: он дал эшелонам возможность благополучно проскочить контрреволюционный очаг Каменская, Гундоровская, пересечь железнодорожный мост через Донец и проследовать далее на юг, к Лихой.

Кроме того, эти бои и исключительное мужество тов. Ворошилова необычайно подняли его авторитет как командующего. Надо иметь в виду, что многие из бойцов Донецкой армии, 3-й Украинской армии и др., влившиеся в 5-ю армию из Украины и Донбасса, еще не знали тов. Ворошилова как непосредственного руководителя и организатора боя. В этих же боях те, кто его не знал, увидели его исключительную смелость и геройство, умение вовремя находить выход из крайне тяжелой обстановки.

Кровавые бои у Каменской и Гундоровской фактически положили начало беспримерно тяжелым боевым испытаниям, которые 5-й армии пришлось перенести на протяжении 70 суток. Удачное продвижение эшелонов через железнодорожный мост у станицы Каменская, как очень скоро выяснилось, далеко еще не решало общего вопроса о благополучном проходе к Белой Калитве, так как к моменту подхода эшелонов 5-й армии к станции Лихая (20 км к югу от Каменской) здесь творилось что-то трудно описуемое. Оказалось, что к Лихой двигались со всех сторон эшелоны с отрядами других отступавших украинских армий. На станции Лихая скопилось такое количество вагонов, на которое никогда не была рассчитана пропускная способность станции, в силу чего получился затор, пробка.

Тяжелое положение осложнялось еще тем, что железнодорожный мост у Белой Калитвы был взорван и надо было потратить несколько дней для его исправления . Почти беспрерывная бомбардировка авиацией оккупантов всего района Лихой вносила хаос и неразбериху. К станции Лихая продолжали двигаться потоки эшелонов, к западу от Гукова и к югу от Зверева. Начальники целого ряда эшелонов, двигавшихся от Гукова и Зверева к Лихой, находясь в силу всего пережитого и перенесенного за последние месяцы в нервном состоянии, не желали никому подчиняться, категорически требуя скорейшего пропуска именно их эшелонов. На станции царило полное безначалие. Об этом безотрадном положении было доложено командующему 5-й армией тов. Ворошилову. Надо было немедленно принимать решение, так как каждый упущенный час играл на руку противнику, который с запада вел решительное наступление на фронт Каменская, Лихая.

В феврале 1918 года IV областной съезд Советов провозгласил на территории Донбасса и Кривого Рога независимую от Украины самостоятельную рабочую Донецко-Криворожскую республику. Был избран Совнарком во главе с председателем Артемом (Сергеев). В связи со вторжением оккупационных австро-германских войск на Украину и в Донбасс предсовнаркома тов. Артем отправил резкий протест германскому командованию; он требовал отказа от оккупации территории независимой от Украины Донецко-Криворожской республики. Кайзеровское правительство и командование в ответ на этот протест приказали командованию 1-го резервного германского корпуса продолжать наступление дальше с целью скорейшей оккупации Донбасса. Члены правительства Донецко-Криворожской республики после занятия немцами Донбасса отступали к Царицыну вместе с эшелонами армии тов. Ворошилова. (Прим. авт.)

Г. И. Кулик (1890–1950) – артиллерист, старший фейерверкер, член РСДРП (б) с 1917 года, в начале 1918 года был начальником Харьковского гарнизона. Впоследствии командовал артиллерией ряда армий, в том числе 1-й Конной. С 1921 года – начальник артиллерии СКВО, с 1926 года – начальник Главного артиллерийского управления. В 1932 году закончил Академию имени Фрунзе, в 1936–1937 годах находился в Испании в качестве советника командующего Мадридским фронтом, после чего вновь занимает пост начальника ГАУ. С 1940 года – маршал. В феврале 1942 года отдан под суд за сдачу Керчи и Ростова и разжалован до генерал-майора, в следующем году произведен в генерал-лейтенанты, но весной 1945-го вновь разжалован за «барахольство». После войны занимал пост заместителя командующего войсками Приволжского военного округа, в 1946 году снят с этого поста, в следующем году арестован и в 1950 году вместе с командующим ПриВО генерал-полковником Гордовым приговорен к ВМН по «делу недовольных генералов». В 1956 году реабилитирован и восстановлен в звании маршала. (Прим. ред.)

Е. А. Щаденко (1885–1951) – выходец из рабочих, член РСДРП с 1904 года. С марта 1917 года являлся председателем Каменского комитета большевистской партии под Донецком, с ноября – командир красногвардейского отряда, с августа по ноябрь 1918 года – комиссар штаба СКВО, затем до ноября 1919 года – член РВС 10-й армии. Затем был членом РВС Украинского фронта, 1-й и 2-й Конных армий, заместителем наркома по военным делам Украины. После Гражданской войны командовал кавалерийской дивизией, затем был помощником инспектора кавалерии РККА, комиссаром Академии имени Фрунзе. С ноября 1937 года по 1940 год – заместитель наркома обороны и начальник кадрового управления РККА, в 1941–1943 годах замнаркома обороны и начальник Главупраформа. Все мемуаристы дружно отмечают его злобный характер. (Прим. ред.)

Этим отрядом, как мы уже писали в главе II, командовал во время похода к Конотопу в марте 1918 года тов. Ворошилов.

Имеется в виду гибель в районе станции Суровикино Богураевского отряда в 450 человек. Посланный для выполнения боевой задачи, но не ведя разведки и не имея охранения, он на марше внезапно был атакован белоказаками и вырублен до последнего человека. (Прим. авт.)

February 22nd, 2015

"Мы находились в Чертково, ожидая дальнейших указаний. Итальянские продовольственные и промышленные склады были в руках немцев. Наши службы, занимающиеся снабжением войск продовольствием, бросили их, когда в городе появились первые русские танки.
Немцы, защищавшие город, сочли склады своей военной добычей. Только в самый первый день итальянские солдаты сумели разжиться кое-какими продуктами. Уже на второй день немцы поставили у складов вооруженных часовых.
В результате солдаты начали воровать, причем нередко при попустительстве своих офицеров. Немцы без зазрения совести открывали по ним огонь. Очень обидно расстаться с жизнью таким образом...
За время существования итальянского гарнизона в Чертково его численность колебалась от пяти до семи сотен человек. Говорили, что немцев там около четырех тысяч. По моему мнению, их там было намного больше.

Горловка.

Все их подразделения были полностью укомплектованы и готовы к бою. У немцев был приказ ставки Гитлера - закрепиться и любой ценой удержать крепость Чертково. Поэтому они вовсе не собирались выделять нам танки для сопровождения.
Без танков мы не могли пройти 60 километров, отделяющих нас от своих. Даже одного русского танка хватило бы, чтобы с нами было покончено.
А тем временем русские получили подкрепление, и кольцо вокруг города сомкнулось. Мы оказались в полном окружении. На много тысяч итальянцев, попавших в Чертково, приходилось всего около 500 винтовок. У большинства офицеров также имелись пистолеты.
После наступления нового года тяжелые самолеты, сбрасывавшие припасы: немецкие - в больших количествах, на парашютах, итальянские - совсем чуть-чуть (в основном медикаменты), больше не прилетали, потому что русские подошли вплотную к аэродрому и простреливали тяжелыми орудиями взлетную полосу.
Теперь в Чертково приземлялись только "шторхи" - небольшие немецкие разведывательные самолеты, которым требовалось всего несколько десятков метров для взлета и посадки.

Утром 7 января 1943 года атаку начали немцы. Они имели целью отбросить русских на ранее занимаемые ими позиции. Бой длился все утро. В итоге русские отступили и закрепились на расстоянии нескольких километров от немецких позиций. Тем не менее, дальние подступы к городу все еще были в их руках.
Штыковая атака не миновала этого места. Здесь вперемешку с трупами итальянцев встречались и русские, хотя итальянцев было явно больше.
Утром прошел слух, что немцы расстреляли всех русских пленных. Рассказывали, что пленных строили в шеренги по 10 человек, вдоль которых ходил солдат и стрелял. Чаще всего в голову.
Насколько мне известно, ни одному из пленных не удалось уцелеть. Я видел тела некоторых из них. Помню русского мальчика, одетого в солдатскую форму. Ему было не больше шестнадцати лет. Он лежал, раскинув руки и ноги и глядя широко раскрытыми, невидящими глазами вдаль.
Маленькая дырочка на виске показала, куда попала пуля, убившая юношу. Свидетели убийства русских пленных рассказывали, что они стояли перед своими палачами, высоко подняв головы, и ни о чем не просили, но в их глазах метались страх и отчаяние.

В конце мы должны были перейти через деревянный мост, изогнувшийся над широкой, затянутой льдом речкой. Под ним на льду догорал немецкий грузовик, окруженный горящими лужами бензина и воды.
Здесь немцы совершили отвратительное преступление. Этот грузовик подбили партизаны. Отстреливаясь, они засели в доме, но их сумели окружить и взять живыми. Партизан было шесть или семь человек. Немцы бросили их в горящий бензин.
Очевидцы рассказывали, что живые факелы какое-то время бегали, отчаянно крича, затем стали срывать с себя горящие одежды и бросаться в оттаявшие от пламени лужицы воды. Там они умирали в страшных мучениях.
Немцы ввели в бой танки. Два из них были подбиты, остальные вернулись в плачевном состоянии. Это было третье и последнее из больших сражений в районе Чертково.

Тем временем в городе мы близко познакомились со всеобщим кошмаром, названным ласковым женским именем Катюша. Шестнадцать 130-миллиметровых снарядов один за другим сыпались на наши головы.
Заслышав звук летящих снарядов, все бросались плашмя наземь. За пронзительным свистом следовали взрывы. "Катюши" предпочитали стрелять по большим скоплениям людей. Когда обстрел прекращался, мы вскакивали и сломя голову бежали прочь, стремясь укрыться подальше от страшного места. А на снегу оставались трупы - пять, шесть, семь... как повезет.
Один карабинер стоял на улице в группе из пяти или шести солдат, когда вокруг них начали взрываться снаряды "катюши". Его друзья попадали на землю, а он сам остался на ногах.
Когда дым рассеялся, карабинер с ужасом убедился, что его спутники в полном смысле этого слова разорваны в клочья. Между тем сам карабинер не получил ни одной царапины. Из-за страшного шока у него помутился рассудок, и он поверил, что тоже умер.
Он решил, что жива только его душа. В этом убеждении провел несколько дней. Ходил в атаки, старался всячески поддержать своих товарищей, но сам не стрелял и не укрывался от вражеских пуль, считая, что мертвого человека нельзя убить дважды.

После 10 января итальянцев перестали использовать для работ на немецких позициях. Теперь этим занималось русское гражданское население и пленные.
Мы часто видели немецких солдат, высматривающих на улицах русских. Они хватали всех, невзирая на возраст, гнали на работы даже семидесятилетних стариков. Однажды я спас пожилого хозяина нашей избы от совершенно озверевшего немца, который явился, чтобы забрать его на работу.
Позже, когда стало ясно, что русских слишком мало, немцы снова начали привлекать итальянцев, причем обращались с нами ничуть не лучше, чем с пленными.
По запросу немецкого командования в разных полках формировались рабочие смены, которые являлись в штаб, откуда отправлялись к немцам. Каждый вечер немцам требовалось 300-400 человек. Они копали траншеи, ходы сообщения, сооружали укрытия.
Немцы решили предпринять попытку прорвать кольцо окружения. Когда дорога будет свободна, мы пойдем по направлению к Беловодску, то есть на запад.

Поток людей четко разделился на две параллельные струи: справа шли люди в темной итальянской форме, слева двигались немцы в своих весьма громоздких светлых одеждах. Причем обувь последних была подбита толстым войлоком. Разница между нами была очевидна каждому.
Между прочим, у немцев было топливо и достаточно большое количество транспортных средств. У них было много саней и телег, каждую из которых тянули две или даже три лошади. В такие повозки помещалось восемь - десять человек. Это давало возможность солдатам отдыхать по очереди на санях.
Кроме того, они ничего не несли на себе, даже оружия. Но если падающий с ног от изнеможения итальянский солдат делал попытку забраться на немецкие сани, его незамедлительно сгоняли прочь.

Я шел и думал о наших правителях, ввязавшихся в войну. Сейчас они находились в далеком Риме, в привычной неге своих роскошных жилищ...
При этом они послали своих солдат воевать в этот убийственный климат, даже не позаботившись о соответствующей одежде! Как их можно назвать? Негодяи! Сукины дети!
Даже если мы пройдем через войну и найдем способ донести до остальных, особенно до непосредственных виновников, настоящий смысл ее, в будущем войны все равно будут продолжаться, вопреки человеческой логике. Но чтобы действительно их предотвратить, необходимы совместные усилия всего человечества.

Трупы итальянских солдат окруженного под Горловкой полка и похороны после прорыва.

По нашим расчетам, из 30 тысяч итальянцев, служивших в 35-м армейском корпусе, которые были окружены на Дону, около восьми тысяч добрались до Черткова. Вечером 15 января мы производили подсчет войск.
Получилось около семи тысяч. Примерно пять тысяч человек ушло из Черткова. Из "котла" выбралось не более четырех тысяч. Из них, как минимум, три тысячи были ранены или серьезно обморожены. Но и среди уцелевших не было здоровых: нервные расстройства, болезни...
На больших деревянных дорожных указателях было написано: "Беловодск", "Старобельск". Наступила ночь, ветер еще больше усилился. Наши лица вновь покрыли ледяные маски. Через час я уже сомневался, что смогу одолеть расстояние до Беловодска.
Я узнал, почему приказ покинуть Чертково был отдан столь внезапно. 19-я бронетанковая дивизия немцев (правда, бронетанковой она была только по названию, поскольку к тому времени танков в ней уже не осталось), которая совместно с несколькими батальонами старалась пробиться к осажденному городу, больше не могла сопротивляться превосходящим силам противника. Ее отступление было вопросом даже не дней, а часов.
Пятьдесят километров от Беловодска до Старобельска, где разместилось командование 8-й армией, я преодолел на грузовике. Вскоре после моего отъезда Беловодск подвергся массированной бомбардировке русскими самолетами, значительно уменьшившей число счастливцев, вышедших из окружения.
После я через Ворошиловград на попутном транспорте добрался до станицы Ясиноватой на Донце - пункта сбора оставшихся в живых однополчан. Отсюда на специально оборудованном санитарном поезде мы отбыли во Львов." - из воспоминаний Э. Корти, лейтенанта-артиллериста из дивизии Pasubio 35.

Браво маршировавшие летом 1942-го по улицам Алчевска, Красного Луча, Луганска итальянские войска уже зимой 42-43-го уносили ноги, попадая из одного "котла" в другой.
Италия первой из германских сателлитов в 1943 году заявила о выходе из войны. Так итальянцам аукнулись потери, полученные ими во время военных действий на востоке Украины.

...Вследствие развала итальянской армии и бегства почти всех румынских войск... противник мог продвигаться... не встречая почти никакого сопротивления. Только в районе Миллерово, как одинокий остров в красном прибое, оказывала сопротивление вновь созданная на правом фланге группы армий «Б» группа Фреттер-Пико.

Э. Манштейн. Утерянные победы

Строки, вынесенные в эпиграф, хорошо иллюстрируют то значение, которое придавалось в германских штабах в декабре 1942 г. удержанию Миллерово; значение тем большее, чем упорнее оборонялся миллеровский гарнизон посреди беспорядочного отступления итальянских и румынских войск.

Безусловно, Миллерово был не единственным очагом немецкой обороны в междуречье Дона и Северского Донца, который продемонстрировал устойчивость и упорство в ходе наступательных операций Красной Армии в декабре 1942 - январе 1943 гг. Удалось также закрепиться и организовать оборону немецко-итальянским гарнизонам Чертково, Стрельцовка, Гартмашевка, а также некоторым другим. Однако из всех этих населенных пунктов районный центр и крупный железнодорожный узел Миллерово имел, пожалуй, наибольшее оперативное значение, его гарнизон был самым большим и продержался он дольше других.

Тем не менее, несмотря на значимость этих боев в рамках операции «Малый Сатурн», их всесторонний анализ еще не написан, а в тех немногих работах, в которых бои за Миллерово так или иначе затрагиваются, часто встречается недостоверная информация.

Так, в советской историографии можно даже встретить утверждение, что немецкие войска были выбиты из Миллерово уже в середине 20х чисел декабря . Также в отечественной литературе, вслед за сводкой Совинформбюро от 19 января (см например ), традиционно утверждается, что немецкий гарнизон был почти полностью истреблен при попытке прорыва.
Как увидит читатель ниже, если для второго утверждения, выдающего желаемое за действительное, хотя бы были объективные предпосылки, то первое вообще не соответствует действительности.

В немецкой историографии единственной работой, целиком посвященной боям за Миллерово, является . Эти литературно обработанные воспоминания Э.Турнера (Erwin Turnher), она дает представление о тех условиях, в которых оказались немецкие войска в Миллерово, о быте и досуге окруженного гарнизона, описывает ряд боевых эпизодов. Однако, являясь фактически мемуарной «лейтенантской прозой», в ней не сделано попытки проанализировать происходящее с тактическом или оперативном плане.

Такой анализ боев за Миллерово содержат работы, посвященные боевому пути 3-й горно-егерской дивизии . Эти работы весьма информативны, в них связно изложен ход событий, показаны основные решения, принимаемые в германских штабах и те трудности, с которыми немецкий гарнизон оборонял Миллерово, а затем прорывался из него. Очевидным недостатком этих, написанных в разгар «холодной войны» работ, является использование лишь немецких источников и некоторая тенденциозность в изложении, что, впрочем, присуще всей военно-исторической литературе того периода.

В современных политических реалиях и при современном развитии информационных технологий доступ к исследованиям и оперативным документам обеих сторон значительно упростился. Это позволило выйти на новый качественный уровень в работе с источниками, и за последние годы вышли несколько работ, так или иначе затрагивающих бои за Миллерово
(например, ). Впрочем, пространственный и временной охват этих работ оказался слишком велик, чтобы детально осветить эту тему; кроме того, в них присутствует ряд неточностей.

Отдельный пласт работ составляют местные издания, а также публикации прессы города Миллерово, в которых обычно содержатся интересные факты и подробности, в т.ч. воспоминания очевидцев - жителей города и района. Из последних публикаций такого рода упоминания заслуживает материал ; миллеровским боям декабря-января посвящена значительная его часть. К сожалению, опыт этот нельзя признать удачным: авторы ограничились некритичной компиляцией разнородных данных из открытых источников; полученный в итоге текст содержит множество ошибок.

В этом кратком очерке мы попытаемся подробно проанализировать ход боев за Миллерово, впервые опираясь, помимо ранее выполненных исследований и воспоминаний участников, на оперативные документы обеих противоборствующих сторон и другие архивные материалы. Повествование мы будем строить на реконструкции действий сторон по каждому дню боев, начиная от начала организации обороны города Миллерово и заканчивая выходом его гарнизона из окружения.

На наш взгляд, подробное рассмотрение этого значимого, но сравнительно мало изученного эпизода второго года войны поможет лучше понять, каким предельным напряжением сил и какой ценой доставались Красной Армии победы в борьбе с ее умелым и опасным противником. Отдельный интерес представляет организация Вермахтом круговой обороны населенного пункта и действия по выходу из окружения.

Отметим, что исследования боев зимы 1942/43 года затруднены малым объемом сохранившихся немецких документов, которые в условиях отступления велись нерегулярно, не сохранились (как, например, большая часть документов 3-й гпд) или погибли (например, часть документов 304-й пд). Все это в полной мере относится к боям за Миллерово: некоторые численные данные нам удалось лишь оценить примерно, а значительную их невозможно установить в принципе. Кроме того, реконструкция событий была осложнена еще и тем, что немецкие и советские документы часто дают противоречивые, иногда в корне отличающиеся друг от друга версии событий; более того, у советской стороны разногласия присутствуют и в документах соседних соединений. Это особенно заметно, когда события реконструируются не по дням, а по часам. Причины этого различны: так, за регулярно упоминаемым в советских документах «отражением контратак противника» и т.н. «огневым боем» подчас скрывается бездействие, отсутствие поддержки действий соседа и невыполнение задачи нашими частями; известны также примеры сокрытия неудобных для себя эпизодов и в немецких документах.

Военно-полевой дневник Л.В.Цинговатова

Воспоминания детства. 1941 год.
Работа художника Ильи Бройдо . 1981 г.

Лев Викторович Цинговатов родился 4 февраля 1920 г. в Саранске. Среднюю школу окончил в Поиме, Пензенской обл., где его отец служил лесничим Морозовского лесничества. В 1939 г. поступил в Ленинградский педагогический институт им.Герцена. Летом 1941 г. приехал к родителям на каникулы, а в ноябре 1941 г. призван в армию. С июля 1942 г. в составе минометного дивизиона 153 сд 63 армии Сталинградского фронта, (с 28 сентября 1942 г. Донской), с 22 октября 1942 г. Юго-Западного фронта служит на различных должностях рядового и политического состава, участник Сталинградской битвы. После увольнения в запас работал сельским учителем. С 1954 г. – преподаватель Пензенского педагогического института. Автор «Календаря природы Пензенской области», многочисленных работ по фенологии, инициатор создания в Пензе отделения Географического общества, популяризатор научных знаний. Состоял в обширной переписке с известными советскими учеными, общественными деятелями. Среди его корреспондентов академики Н.И.Вавилов, В.А.Обручев, Ю.М.Шокальский, писатель А.С.Серафимович, сестра писателя М.П.Чехова. Умер в 1963 г. в Пензе.

Летом 1941 г. Лев Викторович вел дневник. В общую тетрадь в картонном переплете он кратко записывал свои дневные впечатления. Спустя несколько месяцев после призыва в армию, несмотря на запрет вести дневниковые записи, он продолжал это делать в карманной записной книжке, вероятно, исходя из известного замечания: если б люди строго следовали всем запретам, они, наверное, вообще перестали бы размножаться.

22 июня. С утра день жаркий. Был в Поиме на ярмарке. Картина пестрая: мордва, киргизы – в национальных костюмах.

23 июня. Вчера неожиданно узнал от мамы, что немцы бомбили наши города: Киев, Севастополь... По радио сообщили, что наступление началось с утра по всему фронту от Черного до Балтийского морей. Несмотря на сопротивление наших войск немцам удалось продвинуться на нашу территорию на 10 – 15 км. Сбито 65 немецких самолетов. Везде проходят митинги, собрания. Надо писать письма друзьям - может быть больше не увидимся. Пустяки - увидимся!!! Хорошо бы под Берлином! В нашей победе я не сомневаюсь.

30 июня. Пали наши города: Каунас, Вильно, Белосток. Пока значительный перевес у немцев. Почему это так? Мало танков, орудий?!

1 июля. Вторник. Справедливая война сплачивает и единит народ. Раньше я в это не верил. Теперь убеждаюсь в этом ежедневно.

3 июля. По радио выступил Молотов. Речь интересная, но все ждали выступления Сталина. Был в Поиме, заходил к Лиде и Васке. У них тоже нет писем от наших общих друзей.

25 июля. Пятница. Заходил в военкомат. Военком пригласил в кабинет и сообщил, что вышел приказ направлять всех студентов в военные училища. Завтра быть готовым к отправке. Сбор в 8 утра с вещами. Дома собрали меня быстро. Было и грустно и радостно.

26 июля. Наутро простился со всеми и ровно в 8 был в военкомате. Когда садился в телегу – потекли слезы. Прошел медкомиссию и был признан годным в авиацию. Военком сказал, что это будет Вольская летная школа и… отпустил домой. Обещали вызвать повесткой в начале августа. Не знаю как сообщить об этом СМН, жизнерадостно или трагически.

4 августа. Письмо из Ленинграда: въезд в город категорически запрещен. Учебу можно продолжить в каком-нибудь провинциальном вузе. В провинцию не поеду.

24 августа 1941 г. Сегодня ездили на воскресник в поле. Помогали вязать снопы. Урожай преобильнейший.

29 августа. В Студенке провожают мобилизованных – человек сорок. В пестрой толпе преобладают белые бабьи платки. В стороне стоят лошади. Доносится плач, но чаще – смех. Некоторые выпивают, поют. Наконец, лошади тронулись, последние поцелуи, рыдания. Одна женщина падает без чувств. Смерть немцам!

21 сентября. Был с папой в Поиме. Заходил в военкомат. Никаких изменений. Велели ждать. Купили книгу Ш.Руставели «Витязь в тигровой шкуре».

23 сентября. Утром над домом пролетело несколько самолетов. Потом по небу тихо-тихо ползла какая-то «колбаса». Пришла почта. Сестра Лида просит прислать в Ленинград сухарей. Хлеба дают мало – по 200 грамм. Она советует мне не ехать в Питер. Письмо от Алексея Яковлевича Цинговатова (находится в эвакуации в Елатьме под Рязанью). Интересуется можно ли приехать пожить в лесничество. Ответил, что будем рады видеть его в любое время.

Через село тянутся беженцы из Смоленска, Москвы, Харькова. Гонят скот из Могилева, Орловской области. Девушки-погонщицы, бредущие за стадом, одеты в домотканные поддевки. Здесь такие уже редкость.

7 октября 1941 года. В ночь с 6-го на 7-ое октября скончался папа. Скоропостижно. Ночью лил дождь... Похороны 9-го в дендрарии.

9 октября 1941 г. Вчера весь день вчера приходили прощаться. Получили телеграммы из Чембара и Н.Ломова (из Лесхоза). Из Ломова трогательная большая телеграмма. Лесхоз выдал 40 руб. на похороны и от них никто не приехал. Лесники и служащие на свой счет пригласили оркестр и фотографа. Дорога на питомник покрыта еловыми ветками. Дует сильный ветер.

В 6 часов вечера митинг у могилы, звучит траурная мелодия, ее перекрывает ружейный залп. Гроб опускают в могилу и укрывают дубовым срубом. Вечером поминки, закуска, просмотр альбомов...

На книге Руставели “Витязь в тигровой шкуре” в конце 72 страницы под, строфой: ”Все уж позабыто, и с тех пор промчались годы; Рассказать все сразу трудно, сердцу тяжко от невзгоды; Вероломен мир коварный, лжи и зла растит он всходы, Вихри искр его нас мучат, жгут, как огненные своды”… помечено: “Кончил читать отец 6.Х-41 г.”

10 октября. Льет дождь вперемешку со снегом... Взят Орел, бои под Вязьмой, бомбят Калугу. Говорят, что над Поимом несколько дней тому назад пролетали немецкие самолеты - на Пензу.

13 октября. Снег. Ветер. Утром с Игорем отправились в Поим. Он за деньгами - за корову, а я искать работу. Был в военкомате. Барбашов сказал, что я кандидат Саранского летного училища, но пока могу устроиться на работу. Был в Районо - мест нет. Был в редакции - мест нет. В райкоме комсомола обещали устроить. Просили позвонить через 2-3 дня.

20 октября. Вчера заготовляли дрова. Спилили 6 деревьев. Я таскал на спине здоровенные бревна.

Для Москвы наступили мрачно-грозные дни. Одессу-сдали. Долгушевы и бабка плачут: Иван Тихонович - коммунист. Немцы придут - повесят.

Вчера написал предложение в Совнарком, чтобы разрешили колхозникам убирать сельхозкультуры для себя с известным вычетом для государства. В противном случае - все пропадет в поле.

24 октября 1941 г. Вот уже четыре месяца войны. Результат: Львов, Минск, Вильно, Рига, Ревель, Киев, Николаев, Кривой Рог, Днепропетровск, Орел, Брянск, Вязьма, Мариуполь, Таганрог...- взяты. В Студенке пульс войны с каждым днем становится все ощутимее. Вчера и сегодня идут бойцы - тысячами, едут военные обозы, строят дороги. Старухи выносят бойцам хлеб, морковь, молоко.

С Игорем заготовляли дрова.

27 октября. Вчера весь день шли войска. Вечером в лесничество привели бойцов для расквартирования. К нам поставили 9 человек. Все пекари. Некоторые даже не знают устройства винтовки.

28 октября. Вчера передали, что взяли Сталино. Правительство и дипломатический корпус переехали в Куйбышев. Был в Поиме, в военкомате просил, чтобы скорее отправили на фронт.

1 ноября. Через лесничество прошла кавалерийская бригада и курсанты Тамбовского кавалерийского училища. Комбриг и его адъютант находились в моей комнате. Вечером вместе ужинали. Поступать в кавалерию оба не советуют. Тяжелая служба – только на чистку лошадей отводится 5 часов в день. После ночевки бригада и курсанты выступили в поход. Перед конторой лесничества состоялся настоящий парад кавалерии.

7 ноября 1941 г. Пятница. На улице холодно, ветер, идет крупа. По телефону слушал радио, но ничего не расслышал. Телефонистка сказала, что вчера вечером по радио выступал т.Сталин.

Несколько раз по радиоприемнику попалась Германия: музыка, марши.

В дневник вложен машинописный текст: “Удостоверение. Н.К.О. Поимский районный военный комиссариат. Выдано тов. Цинговатову Льву Викторовичу в том, что он действительно является старшим команды призывников в числе двух человек следуемых в распоряжение Пензенского Обкома ВЛКСМ на 21.11.41г. На проезд по ж.д. выдано требование по ф.№1 в один конец. Райвоенком-политрук - Деянов. Пом. Нач. 2 части - Барбашов.” Имеется также: “Вещевой аттестат. Выдано: шапка-ушанка, шинель-суконная, полотенце-холщевое, сапоги армейские кирз., рубахи теплые, портянки теплые, вещмешок и т.д. Датирован 27 декабря 1941 г. Печать: Курсы усовершенствования Политсостава Запаса».

Синяя карманная записная книжка. Внутри надпись: “Военно-полевой дневник 1942/43 год. ЛЦ.”

13.4.-42 г. Понедельник. С 8 числа в Чапаевске. Сколько бардака на этом свете! Приехали 8, а 9 и 10 есть не давали абсолютно. Вчера дали только суп. Второго и в помине нет. Я в минометно-артиллерийском дивизионе 120мм... Грязь невероятная. Стою на квартире. Вчера хозяева угощали оладьями и поили козьим молоком.

31.5.- 1942 г. Воскресенье. За этот период есть перемены. Меня выбрали комсомольским секретарем миндивизиона. И самое интересное: 16-го мая предложили вступить в кандидаты ВКП(б). Для этого надо получить рекомендации от коммунистов, которые меня знают. Как только выдали увольнительную, отправился тут же. Ехал на товарном. Утром 18-го был уже в Башмакове, а днем – в лесничестве. Дома застал всех ленинградцев, за исключением дяди Пети - он умер в Ленинграде от голода в феврале. Тетя Поля очень больна, Лида и Боря - ничего. Поправляются и крестный и т.Зина. О ленинградской зиме 42-го рассказывают ужасы. Даже не могу представить, что такое возможно. Получил рекомендации в партию от Петра Петровича Богатикова и Деянова (комиссара). Дома - до 29 мая - уехал утром. Ел за десятерых: блины, блинчики, молоко пресное, молоко кислое… Выпивали за победу.

3.6.- 42 г. Вчера с 7 часов утра погрузились в Чапаевске в эшелон и отправились на фронт. Проводы были суровые, но трогательные.

7.6.- 42 г. Проехали Кузнецк, Пензу, Ртищево и вчера прибыли в Урюпинск (бывшая казацкая станица). Очень хороший городок. Население радушнее, чем в Чапаевске. Ребята разыскали столовую, пообедали. Обед - 3 р. 80 коп., мясные 1-е и 2-е.

8.6. - 42 г. Сегодня получили 120 мм минометы.

12 июня 1942 г. в дивизионной газете “Мы победим” (№ 229) опубликована заметка В.Дорогова “Прием в партию”. “Парторганизация подразделения тов.Баркова приняла в свои ряды кандидатом в члены ВКП(б) зам.политрука тов.Цинговатова. Хочу биться за родину коммунистом. Ни крови, ни самой жизни не пожалею для защиты нашего правого дела,- писал в заявлении тов.Цинговатов».

14 июня. Вчера подъем был в 3 часа ночи. Выехали в поле на тактические занятия. Целый день сидели в окопе. Оказывается с проверкой приезжал Ворошилов. В нашем полку его не было. Ровно месяц назад он также появлялся в Чапаевске.

19.6.- 42 г. Накануне получили винтовки. Ремней нет. № моей - И.Ш. 1256.

25.6.- 42 г. Вот уже четвертые сутки в пути. Идем на юго-запад, на фронт. Выступили в ночь с 21-го на 22-е. Первые две ночи шли, а две другие спали. На спине - скатка, винтовка, 40 патронов, на шее - бинокль, на поясе - фляга. Сейчас стоим у хутора Березовского. Получили масло, мясо-консервы, крупу, турецкий табак “машок”.

1 июля 1942 г. 4-й день стоим на хуторе Липовый Куст. Расположились в саду. Спали в шалаше. Позавчера ходил на хутор в политотдел.

3 июля 1942 г. (№237) под заголовком “Напряженная учеба” публикуется заметка зам.политрука Л.Цинговатова: “Минометчики подразделения командира тов.Баркова в эти дни живут особенно напряженной жизнью. Как только заняли оборонительный рубеж, весь личный состав с новой энергией принялся за детальное изучение своего оружия, чтобы в совершенстве овладеть им.” В поле роем окопы, ходы сообщения, строим блиндажи. Уже два месяца ни от кого нет писем.

7 июля. Сегодня с утра немцы бомбят мост через Дон в Казанской. Вчера вечером заняли новые позиции.

11 июля. Суббота. Вот уже пятый день бомбежка не прекращается. Ночью объявили боевую тревогу. Сообщили, что немецкая мотомеханизированная колонна прорвала нашу оборону и движется к Дону. Наш полк уже вступил в бой. Сегодня подвезли мины. В окрестностях бродит много бойцов из потрепанных частей. Ночью вокруг расположения пускают ракеты. Очень жарко.

14 июля. Вчера во второй половине дня прошел проливной дождь. Спали мокрые и дрожали. Ночью подняли по тревоге. Поймали двух изменников. Один отрубил себе пальцы, другой дезертировал на марше и занимался разбоем в округе. Их поставили на колени перед ямой и дали залп. Все время слышны орудийные выстрелы. В воздухе висят немецкие и итальянские самолеты.

В «Правде» за 19 июля видел снимки Петергофских дворцов. У меня выступили слезы, когда увидел развалины прекрасного дворца и фонтана. Самсона распилили и увезли в Германию. Из сообщения Информбюро: “В течение 19 июля наши войска вели бои с противником в районе Воронежа и южнее Миллерово. По приказу командования наши войска оставили город Ворошиловград. На других участках фронта никаких изменений не произошло.”

21 июля 1942 г. В газете “Боевой товарищ”(№157) под заголовком “Комсомолец Цинговатов” лейтенант О.Луковников пишет: “С первых дней пребывания в армии комсомолец Лев Цинговатов стал хорошим бойцом и политработником. Хороший агитатор стал групповодом политзанятий, далее его назначили заместителем политрука роты. Во время марша в его роте не было ни одного отставшего. Цинговатов помогал бойцам успешно завершить марш, поддерживал в них дух бодрости веселой шуткой и метким словом. Он наладил в пути выпуск “боевых листков”. Недавно Цинговатов принят в кандидаты партии и после занятия подразделением оборонительного рубежа назначен политруком батареи.”

23 июля. Вызывали к комиссару полка. Он сообщил, что моего начальника –Долгова переводят политруком во вторую роту, а меня на его место – политруком батареи. Я не стал говорить, что уже знаю об этом из газеты.

Если меня убьют, то прошу переслать этот дневник по адресу: Рязанская обл. Кустаревское лесничество, СМН. В письме написать, при каких обстоятельствах я погиб и, что я ее любил.

2 августа. Воскресенье. Вчера командир читал приказ Сталина №227. Приказ такой нужен был давно, а то отступаем без конца.

6 августа. Погода стоит жаркая, а бои на юге, очевидно, еще жарче – немцы в районе Сальска. Нашу батарею переводят в артиллерийский полк. Некоторые наши расчеты снова выезжали на передовую. Из дома все еще нет писем на новый адрес. Кто-то уже получил. Вчера ночью плакал. Жаль, очень жаль Россию.

21.8.- 42 г. Пятница. Вчера получил письмо от жены Алексея Яковлевича Цинговатова из Горьковской области. Она сообщила печальную весть - Алексей Яковлевич умер от болезни сердца 14 мая 1942 г. Письмо от мамы: Игоря взяли в армию. Лида - в Поиме, работает в банке. Мама сама заготовляет сено для коровы. Крестный варит мыло.

31.8.- 42 г. Позавчера утром с батальонным комиссаром вернулись с передовой (были один день). На обратном пути съели целый мешок арбузов. Вчера в политотделе дивизии видел пленного немца. Ничего особенного - ефрейтор. Здорово его наши поколотили.

4 - 6.9.- 42 г. Был на передовой. Била “катюша”, артиллерия и минометы. Поддерживали 6-ю роту. Задача была добыть “языка”, но - не достали. В политотделе дивизии слет снайперов. Из бойцов нашего подразделения отметили комсомольцев Бабича, Егорова, Кулова и Брокова, истребивших 55 фашистских солдат и офицеров.

22 сентября. Дни стоят хорошие – золотая осень. Вчера привезли два мешка писем. Я получил от крестного и от Лиды. Она пишет, что ее мобилизовали на военный завод в Новосибирске.

3 октября. Суббота. Достал Пушкина. Читаю «Онегина». Когда читаю Пушкина, чувствую себя замечательно.

8.10 – 42 г. Годовщина смерти папы. Как будто это было вчера. Вечная ему память.

10.10.- 42 г. С третьей ротой был на передовой. Исключительно сильный артиллерийско-минометный обстрел. Ночью разведчики захватили в плен офицера, но случайно убили его. Добыли еще станковый пулемет.

13.10.- 42 г. Мне присвоили звание «мл. политрук». Мама пишет, что устроилась на работу в колхоз. Получает 600 гр хлеба и денежные переводы по моему аттестату. Оклад мой 812 руб.

15.10.- 42 г. В третьей роте было комсомольское собрание. Прошло хорошо. После собрания три бойца приняли присягу и я отправился с ними на передовую. Был на переправе через Дон.

19.10.- 42 г. Позавчера наш полк перебазировался из Липового Куста в Новый Лиман.

22 октября 1942 г. В сегодняшней газете “Мы победим” моя заметка “Слово с делом не расходится”. Комсомольцы подразделения обязались: - из всех видов оружия бить фашистов по-снайперски. На их счету уже более 200 солдат и офицеров противника.

Между страниц дневника заложена листовка: “УБЕЙ! Вот отрывки из трех писем, найденных на убитых немцах: Управляющий Рейнгардт пишет лейтенанту Отто фон Шираху: “Французов от нас забрали на завод. Я выбрал шесть русских из Минского округа. Они гораздо выносливей французов. Только один из них умер, остальные продолжают работать в поле и на ферме. Содержание их ничего не стоит и мы не должны страдать от того, что эти звери, дети которых может быть убивают наших солдат, едят немецкий хлеб. Вчера я подверг легкой экзекуции двух русских бестий, которые тайком пожрали снятое молоко, предназначенное для свиных маток”... Некто Отто Эссман пишет лейтенанту Гельмуту Вейганду: “У нас здесь есть пленные русские. Эти типы пожирают дождевых червей на площадке аэродрома, они кидаются на помойное ведро. Я видел, как они ели сорную траву. ” Мы поняли: немцы не люди, Отныне слово “немец” для нас самое страшное проклятье... Если ты не убил за день хотя бы одного немца, твой день пропал... Если ты убил одного немца, убей другого - нет для нас ничего веселее немецких трупов. Убей немца! Не промахнись. Не пропусти. Убей!” - писал Илья Эренбург.

3 ноября. Ура! Пришло письмо от СМН. Очень теплое и милое. О чувствах, правда, ни слова, но она будет рада если письмо поднимет мой боевой дух!

7 ноября. ХХУ годовщина Октября. Вчера было торжественное собрание личного состава батальона, выступали артисты и самодеятельность. Утром вместе с командиром поздравили бойцов с праздником. На завтрак дали белый хлеб, блинчики, жареную картошку с колбасой, шоколад.

13.11.-42 г. Вечер. Позавчера получили праздничные подарки из Уфы. Мне досталась плитка шоколада, пряники, зубной порошок, кисет с “машком”, химический карандаш и бумага.

26.11-42 г. 19 ноября под Сталинградом началось наступление. У нас тоже жарко. Писать некогда. Наши расчеты на передовой. Бьем по частям 3-й румынской армии.

2 декабря. Из сообщения Совинформбюро: “Северо-западнее Сталинграда наши войска вели наступательные бои на левом берегу реки Дон. Сломив сопротивление немцев, наши подразделения заняли многочисленные дзоты, блиндажи, траншеи, окопы и другие полевые сооружения противника”.

3 декабря 1942 г. В газете “Мы победим” (№317) опубликована заметка ст.лейтенанта Артамонова и лейтенанта Цинговатова “Спохватились макаронники, да поздно”. ”Ноябрьский вечер верный союзник разведчика. Пользуясь темнотой, и зная местность, сержант Комелев скрытно и бесшумно провел разведчиков через минное поле и проволочное заграждение... Тотчас они заметили двух непрятельских часовых. Часовые мерзли и, чтобы согреться, бегали и толкали друг друга. Разведчики воспользовались их беспечностью, подползли к часовым почти вплотную. Бросившись на них, Комелев одного убил, а второго свалил и связал. В это время другие забросали гранатами блиндажи. Взяв пленного, документы и, уничтожив в блиндажах до 40 итальянцев, разведчики без потерь вернулись в подразделение. Макаронники спохватились слишком поздно. Они открыли пулеметно-минометный огонь, стали взрывать минные поля, но разведчики были уже далеко.”

3.12. Наш полк тоже перешел в наступление. В первый же день взяли Абросимово, Монастырщину, Новую Степановку. Я был со вторым батальоном. Ехали на трофейной машине. Полк захватил в плен 6 тыс. итальянцев, немцев, хорватов.

10.12.- 42 г. Вчера утром до батальона итальянцев переправилось через Дон около Казанской. К обеду большинство их перебили.

29 декабря 1942 г. “Красная звезда” сообщает из района наших боевых действий: “Железнодорожная станция и город Чертково были заранее подготовлены и укреплены немцами для обороны. Когда несколько дней назад наши части подошли близко к станции, противник предпринял контратаку. Наступающие с ходу отбили ее и отбросили немцев к железной дороге. Но и тут у неприятеля имелись сильные укрепления, которые дали ему возможность удержаться в Черткове. Тогда наступающие части атаковали соседние населенные пункты и, захватив их, предприняли фланговые атаки на город и станцию Чертково. Гарнизон, засевший в Черткове разбит окончательно. Немцы оставили здесь большое количество трупов, много автомашин, оружия и боеприпасов.”

1 января 1943 г. С Новым годом! Нам присвоено гвардейское звание. Теперь мы не 153 сд, а 57 гвардейская дивизия. Приказом НКО СССР « за проявленную отвагу в боях за отечество с немецкими захватчиками, за стойкость и мужество, дисциплину и организованность, за героизм личного состава 153 дивизия преобразована в 57 гвардейскую стрелковую дивизию». За время боев в районе среднего Дона бойцами дивизии освобождено 30 населенных пунктов, уничтожено 8,5 тысяч гитлеровцев, взято в плен 10 тысяч немецких солдат и офицеров, наголову разгромлены итальянские дивизии «Челлере» и «Торино», тяжелое поражение нанесено еще двум дивизиям макаронников, захвачены огромнейшие трофеи. Весь личный состав дивизии дрался с противником мужественно и стойко.

Новый год встречал с Артамоновым в Новой Степановке. Выпили, хорошо закусили. Потом встречали опять в батарее 120 мм минометов. Выпивали за победу, играли на гармошке, пели.”

1 января 1943 г. Газета “Мы победим” (№ 332) под заголовком «Конец “Быстрой»: “Они пришли на Дон как “завоеватели”. На шляпах и касках их командиров развевались перья... Почти полгода хозяйничали итальянцы на советской земле. Они было почувствовали себя хозяевами положения. Но вот грянул бой. Дивизия “Челлере”, что в переводе на русский язык значит “Быстрая”, покатилась назад. С первыми выстрелами большая часть ее солдат сдалась в плен. Отдельные батальоны, пытавшиеся сопротивляться, бесславно легли костьми на высотах и по дорогам наголову разбитые нашими бойцами. Нет теперь дивизии “Челлере”. Командир ее застрелился, остатки солдат под конвоем советских бойцов уходят за Дон, в глубокий тыл.» К заметке приложена листовка-пропуск на итальянском и русском языках: “Каждый итальянский солдат имеет право с этим пропуском переходить через фронт в плен к русским. Каждый воин Красной Армии и советский гражданин обязан сопроводить его в ближайший штаб Красной Армии. Командование Красной Армии гарантирует пленному жизнь, хорошее обращение и возвращение на родину после войны”.

Следующая запись в дневнике сделана карандашом. Строчки пляшут, почерк неразборчив.

22.1.- 43 г. Балашов. Вот уже несколько дней лежу в госпитале. Из Калача эвакуировали на самолете. Перелет прошел прекрасно, но в госпитале нестерпимый холод.

28.1.- 43 г. Все еще в Балашове. Нога опухла и сильно болит. Хирург сказал, что пролежу еще месяца три. Готовят к эвакуации.

6.2.- 43 г. Первого числа выехали. Немного отъехали и остановились. Стоим уже третьи сутки. Уже выходят все продукты.

Немецкая группировка под Сталинградом уничтожена полностью. Командующий Паулюс взят в плен.

Наконец, снова двинулись на восток: - 8 февраля - Рязань, 1 марта - Уфа. Опухоль на ноге спала.

21 мая. Вчера в обед ко мне заходила Лида. Пришла сразу, как получила открытку с моими координатами. Выглядит хорошо. Это здорово встретить родных далеко от дома.

На этом служба отца в армии закончилась. Его комиссуют и отправляют в запас.

25 ноября 1943 г. Вчера днем приехал домой. В Башмакове сразу нашел подводу. Доехали до Поима с двумя военными. В Поиме закусили. Позвонил в лесничество насчет лошадей. Побрился в парикмахерской и приехал. Как все здесь запустело. В сельсовете получил хлебные карточки - 500 гр. День теплый, моросит дождь. На душе и грустно, и радостно…

Специально для «ХРОНОСА» подготовил Ю.Цинговатов.