Священномученик гермоген, епископ тобольский и сибирский и иже с ним убиенный иерей петр карелин. Мощи святых Епископ гермоген присутствующий в синоде 1895 г

Гермоген (Долганов), священномученик, епископ Тобольский.
Обретение его Мощей в 2005г.

Святитель Гермоген управлял Тобольской епархией в 1917-18 годах и принял мученическую кончину от рук безбожников в ночь с 28 на 29 июня 1918 года недалеко от села Покровского близ Тобольска и был похоронен в северном приделе кафедрального Софийско-Успенского собора Тобольского Кремля. На архиерейском соборе 2000 года епископ Тобольский и Сибирский Гермоген был причислен к лику святых новомучеников и исповедников Российских. Неоднократно предпринимавшиеся попытки обрести его мощи были безуспешными.

В результате многолетней исследовательской работы во время реставрации Софийско-Успенского собора Тобольского Кремля было обнаружено место погребения священномученика Гермогена (Долганова), епископа Тобольского и Сибирского. По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II 2-3 сентября 2005 года состоялось обретение святых мощей мученика.

К началу сентября в Тобольск стали во приезжать паломники. Во время освидетельствования паломники молились в Покровском храме, а в Софийско-Успенском на вечернее богослужение собрались учащиеся и преподаватели Тобольских Духовных школ, чтобы совместной молитвой поддержать архипастырей в таком трепетном и благоговейном деле. К вечеру пошел осенний дождь, но он не испугал множество благочестивых людей, устремившихся к храмам под торжественный благовест. В полночь Крестный ход во главе с пятью архиереями, вынесшими честные мощи священномученика Гермогена из алтаря Софийско-Успенского храма, мерно двинулся вокруг двора Тобольского Кремля. Обойдя двор, Крестный ход вступил под своды Покровского храма. Честные мощи священномученика Гермогена поместили прямонапротив Царских врат и началась Божественная литургия.

На следующий день на пресс-конференции журналистам были даны пояснения о торжествах: «Еще в 1995 году производилась реконструкция собора и был найден склеп в приделе. Поскольку никаких указаний не было, документов было очень мало, то предположили, что это и есть тот склеп, в котором покоится святитель. На открытие склепа нужно благословение Святейшего Патриарха, священноначалия Церкви, но в то время не было благословения открыть склеп. Необходимо было изучить все материалы более подробно. Студенты Тобольской семинарии писали курсовые и дипломные работы, работая в архивах, все больше узнавали, где покоятся мощи. И вот с 2004 года начались серьезные работы по укреплению фундамента Софийского собора, но попытки обрести останки не увенчались успехом. Наконец, еще более досконально поработав в архивах, было узнано, что место захоронения святителя находится вблизи трещины на стене Софийского собора, который укрепляли в начале 19 века. Когда исслодователи в своих поисках стали пользоваться старыми измерениями – вершками и аршинами, то стали находить один склеп за другим, и так, в конце концов, подошли к склепу, где покоился святитель Гермоген.

В ходе этой крупной реконструкции было найдено 10 захоронений преосвященных архиереев Тобольских. Были найдены останки двух митрополитов, уже причисленных к лику святых, они прославлены в соборе святых, в земле Сибирской просиявших. Из всех захоронений только одно было выложено с использованием цемента, а это строительный материал 20 века, а останки лежали в цинковом ковчеге. Все это удостоверяло, что поиски велись в правильном направлении. Получив благословение Святейшего Патриарха, поисковая группа приоткрыла ковчег и увидела, что многое совпадает с описанием в документах. И вот 2 сентября приехали митрополит Чебоксарский и Чувашский Варнава, архиепископ Красноярский и Енисейский Антоний, епископ Абаканский и Кызылский Ионафан и епископ Барнаульский и Алтайский Максим. Начались работы по освидетельствованию. Был вскрыт склеп, изъят гроб и тогда все увидели чудное полное совпадение с документами. Гроб хорошо сохранился, он полностью совпадает с изображением гроба на фотографиях во время похорон священномученика Гермогена. Есть несколько фотографий с похорон, и буквально все детали гроба совпадают. Совершив молитву, архипастыри его вскрыли. И там увидели дальнейшее свидетельство того, что это останки священномученика Гермогена. Дело в том, что когда его предавали мученической смерти, он пел «Христос воскресе!», а безбожники за это били его прикладами. Один из палачей свидетельствовал потом, что у епископа были выбиты все передние зубы. То же было обнаружено при осмотре останков. Все свидетельствует о том, что обретены мощи священномученика Гермогена, епископа Тобольского и Сибирского. Огромная духовная радость посетила город Тобольск, Сибирскую землю и всю Русскую Православную Церковь. Обрелись мощи еще одного священномученика.»

Мощи святителя Гермогена почивают в Покровском храме Тобольского Кремля.

По материалам "Сибирской православной газеты"

Краткое житие священномученика Гермогена

Священномученик Гермоген (в миру Георгий Ефремович Долганов), родился 25 апреля 1858 года в семье единоверческого священника Херсонской епархии, впоследствии принявшего монашество.14 января 1901 года в Казанском Соборе Санкт-Петербурга отец Гермоген был хиротонисан во епископа.

Владыка часто объезжал приходы епархии и служил с таким благоговением, трепетом и молитвенным настроем, что люди действительно забывали - на Небе они или на земле, многие плакали от умиления и духовной радости. Во время политических беспорядков 1905 года Владыка успешно вразумлял одурманенных бунтовщиков своими проповедями.

С большой любовью и уважением относился к епископу Гермогену святой праведный Иоанн Кронштадтский, говоря, что за судьбу Православия он спокоен и может умереть, зная, что епископы Гермоген и Серафим (Чичагов) продолжат его дело. Предрекая мученическую кончину Святителя, батюшка писал ему в 1906 году: «Вы в подвиге, Господь отверзает Небо, как архидиакону Стефану, и благословляет Вас».

После Февральского переворота 1917 года священомученик Гермоген был назначен на кафедру в Тобольск. Особой заботой Владыки были вернувшиеся с фронта одурманенные большевицкой пропагандой русские воины, и он создаёт особый солдатский отдел при Иоанно-Димитриевском братстве. Большевики, старавшиеся озлобить солдат, чтобы легче управлять ими, были вне себя, видя проявляемую о бойцах церковную заботу. В это мятежное время Святитель призывал свою паству «не преклонять колена пред идолами революции», борясь против коммунизма, денационализации и искажения русской народной души.

На Литургии Владыка всегда вынимал частички за Царскую Семью, свято храня любовь к Ней. Есть сведения, что во время пребывания Государя в Тобольской ссылке Владыка испросил у него прощения за то, что поверил наговорам на Г.Е. Распутина, и Государь со смиренным сердцем простил его.

В январе 1918 года, после принятия большевиками декрета об отделении Церкви от государства, ставившего верующих в действительности вне закона, архипастырь обратился к народу с воззванием, которое заканчивалось словами: «Станьте на защиту своей веры и с твёрдым упованием скажите: «Да воскреснет Бог и расточатся врази Его»». Власти стали усиленно готовиться к аресту непреклонного епископа, но Владыка, не смущаясь, назначил на Вербное Воскресенье 15 апреля 1918 года Крестный ход. Он говорил: «Я от них пощады не жду, они убьют меня, мало того, они будут мучить меня, я готов, готов хоть сейчас. Я не за себя боюсь, не о себе скорблю, боюсь за жителей - что они сделают с ними?». Накануне праздника, 13 апреля, в архиерейских покоях появились вооруженные красноармейцы. Не обнаружив епископа, они учинили обыск в его покоях и осквернили алтарь домовой церкви. Крестный ход собрал множество верующих. Со стен городского Кремля хорошо был виден дом, где томилась в заключении Царская Семья. Владыка, подойдя к краю стены, высоко поднял крест и благословил Августейших Мучеников, которые смотрели из окон на Крестный ход. Сопровождаемый пешими и конными отрядами милиции, Крестный ход привлёк много верующих, но на обратном пути (ход окончился в половине пятого) ряды народные стали редеть, так что милиция без труда (сначала при помощи обмана) разогнала оставшихся прикладами и арестовала Владыку. На колокольне рядом с архиерейским домом ударили в набат. Большевики выстрелами согнали с колокольни звонарей. Остальные возмущавшиеся были также разогнаны.

Владыка был заключён в Екатеринбургскую тюрьму. В заточении он много молился. В одном из писем, которое удалось переслать на волю, Святитель писал, обращаясь к «благоговейно любимой и незабвенной пастве»: «Не скорбите обо мне по поводу заключения моего в темнице. Это моё училище духовное. Слава Богу, дающему столь мудрые и благотворные испытания мне, крайне нуждающемуся в строгих и крайних мерах воздействия на мой внутренний духовный мир... От этих потрясений (между жизнью и смертью) усиливается и утверждается в душе спасительный страх Божий...». Продержав Владыку несколько месяцев в заточении, областной совнарком потребовал выкуп - сначала в сто тысяч рублей, но, убедившись, что такой суммы ему не собрать, уменьшили её до десяти тысяч рублей. Когда деньги, пожертвованные местным коммерсантом Д.И. Полирушевым, были принесены духовенством, власти дали расписку в получении требуемой суммы, но вместо освобождения епископа арестовали и троих членов делегации: протоиерея Ефрема Долганова, иерея Михаила Макарова и Константина Минятова, о дальнейшей участи которых ничего более не известно. Видимо, их мученическая кончина предварила кончину Владыки. Вскоре Святитель был перевезён в Тюмень и доставлен на пароходе к селу Покровское. Все узники, за исключением епископа и священника церкви Каменского завода, благочинного второго округа Камышевского уезда Екатеринбургской губернии, иерея Петра Карелина, были расстреляны. Владыка и отец Пётр были заключены в грязном трюме. Пароход направился к Тобольску. Вечером, 15 июня, когда священномучеников переводили с одного корабля на другой, Владыка, подходя к трапу, тихо сказал лоцману: «Передайте, раб крещёный, всему великому миру, чтоб обо мне помолились Богу». Около полуночи с 15 на 16 июня большевики сначала вывели на палубу парохода «Ока» иерея Петра Карелина, привязали к нему два больших гранитных камня и сбросили в воды реки Туры. Та же участь постигла и Владыку (по некоторым сведениям, Владыку привязали к пароходному колесу, которое затем привели в движение. Это колесо искромсало живое тело Владыки).

Честные останки Святителя были вынесены на берег 3 июля и обнаружены крестьянами села Усольского. На следующий день они были похоронены крестьянином Алексеем Егоровичем Маряновым на месте обретения. В могилу был положен и камень. Вскоре город был освобождён войсками Сибирского Правительства и останки Святителя были извлечены, облачены в архиерейские одежды, и торжественно погребены в склепе, устроенном в Иоанно-Златоустовском приделе на месте первой могилы святого Иоанна, митрополита Тобольского.

С вященномученик Гермоген (в миру Георгий Ефремович Долганов), епископ Тобольский и Сибирский, родился 25 апреля 1858 года в семье единоверческого священника Херсонской епархии, впоследствии принявшего монашество. Он окончил полный курс юридического факультета в Новороссийске, здесь же прошёл курсы математического и историко-филологического факультетов. Затем Георгий поступает в Санкт-Петербургскую Духовную Академию, где и принимает монашество с именем Гермоген. 15 марта 1892 года он становится иеромонахом.

В 1893 году иеромонах Гермоген окончил Академию и был назначен инспектором, а затем ректором Тифлисской Духовной Семинарии с возведением в сан архимандрита. Не желая содействовать антицерковному и материалистическому духу времени, он поощряет распространение миссионерства среди населения Российской окраины.

14 января 1901 года в Казанском Соборе Санкт-Петербурга отец Гермоген был хиротонисан во епископа Вольского, викария Саратовской епархии. В 1903 году его назначили епископом Саратовским и вызвали для присутствия в Святейшем Синоде.

Служение Владыки отличалось неослабевавшим горением духа: процветала его трудами миссионерская деятельность, устраивались религиозные чтения и вне богослужебные беседы, программу для которых составлял сам же епископ и он же руководил ими.

С большой любовью и уважением относился к епископу Гермогену святой праведный Иоанн Кронштадтский, говоря, что за судьбу Православия он спокоен и может умереть, зная, что епископы Гермоген и Серафим (Чичагов, память 28 ноября) продолжат его дело. Предрекая мученическую кончину Святителя, батюшка писал ему в 1906 году: «Вы в подвиге, Господь отверзает Небо, как архидиакону Стефану, и благословляет Вас».

В конце 1911 года на очередном заседании Святейшего синода Владыка резко разошёлся с обер-прокурором В.К. Саблером, который с молчаливого согласия многих архиереев спешно проводил некоторые учреждения и определения прямо противоканонического характера (корпорация диаконисс, разрешение отпевания инославных).

7 января преосвященному Гермогену был объявлен указ за подписью Государя об увольнении от присутствия в Святейшем синоде и отбытии в свою епархию до 15 января. Не уложившись ввиду болезни в отведённый промежуток времени, Владыка был сослан в Блоруссию в Жировицкий монастырь. Одной из причин этой ссылки явилось также и резко отрицательное отношение Владыки к Г.Е. Распутину.

Положение опального епископа в монастыре было тяжёлым. Ему не разрешали часто служить, а когда разрешали, то не оказывали должных почестей его епископскому сану. Иногда Владыке даже запрещалось выезжать из монастыря.

Святитель часто скорбел о будущем Отечества, и плача говорил: «Идёт, идёт девятый вал; сокрушит, сметёт всю гниль, всю ветошь; совершится страшное, леденящее кровь - погубят Царя, погубят Царя, непременно погубят».

В августе 1915 года Владыку перевели в Николо-Угрешский монастырь Московской епархии, а после Февральского переворота 1917 года он был назначен на кафедру в Тобольск. Особой заботой Владыки были вернувшиеся с фронта одурманенные большевицкой пропагандой русские воины, и он создаёт особый солдатский отдел при Иоанно-Димитриевском братстве. Большевики, старавшиеся озлобить солдат, чтобы легче управлять ими, были вне себя, видя проявляемую о бойцах церковную заботу.

В это мятежное время Святитель призывал свою паству «не преклонять колена пред идолами революции», борясь против коммунизма, денационализации и искажения русской народной души.

Находясь на Тобольской кафедре во время пребывания там в заточении Царственных Мучеников, по его благословенно в утешение Им была принесена Абалацкая икона Божией Матери.

25 декабря 1917 года в Покровском храме города Тобольска, в присутствии Царской Семьи диакон Евдокимов провозгласил им многолетие - как и положено по Богослужебному Уставу. Вслед за этим последовал арест настоятеля и диакона. Настоятель храма протоиерей Васильев на допросе заявил, что «не подотчётен рачьим и собачьим депутатам», а диакон Евдокимов сказал: «Ваше царство минутное, придёт скоро защита Царская. Погодите ещё немного, получите своё сполна».

На запрос об этом происшествии из местного органа большевицкой власти Владыка Гермоген ответил письменно, отказавшись от какого бы то ни было личного общения: «Россия юридически не есть республика, никто Её таковой не объявлял и объявить не правомочен, кроме предполагаемого Учредительного Собрания. Во-вторых, по данным Священного Писания, государственного права, церковных канонов, а также по данным истории, находящиеся вне управления своей страной бывшие короли, цари и императоры, не лишаются своего сана как такового и соответствующих им титулов, а потому в действиях причта Покровского храма ничего предосудительного не усмотрел и не вижу».

Власти стали усиленно готовиться к аресту непреклонного епископа, но Владыка, не смущаясь, назначил на Вербное Воскресенье 15 апреля 1918 года Крестный ход. Он говорил: «Я от них пощады не жду, они убьют меня, мало того, они будут мучить меня, я готов, готов хоть сейчас. Я не за себя боюсь, не о себе скорблю, боюсь за жителей - что они сделают с ними?».

Накануне праздника, 13 апреля, в архиерейских покоях появились вооруженные красноармейцы. Не обнаружив епископа, они учинили обыск в его покоях и осквернили алтарь домовой церкви. Крестный ход собрал множество верующих. Со стен городского Кремля хорошо был виден дом, где томилась в заключении Царская Семья. Владыка, подойдя к краю стены, высоко поднял крест и благословил Августейших Страстотерпцев, которые смотрели из окон на Крестный ход.

Сопровождаемый пешими и конными отрядами милиции, Крестный ход привлёк много верующих, но на обратном пути (ход окончился в половине пятого) ряды народные стали редеть, так что милиция без труда (сначала при помощи обмана) разогнала оставшихся прикладами и арестовала Владыку. На колокольне рядом с архиерейским домом ударили в набат. Большевики выстрелами согнали с колокольни звонарей. Остальные возмущавшиеся были также разогнаны.

Продержав Владыку несколько месяцев в заточении, областной совнарком потребовал выкуп - сначала в сто тысяч рублей, но, убедившись, что такой суммы ему не собрать, уменьшили её до десяти тысяч рублей. Когда деньги, пожертвованные местным коммерсантом Д.И. Полирушевым, были принесены духовенством, власти дали расписку в получении требуемой суммы, но вместо освобождения епископа арестовали и троих членов делегации: протоиерея Ефрема Долганова, иерея Михаила Макарова и Константина Минятова, о дальнейшей участи которых ничего более не известно. Видимо, их мученическая кончина предварила кончину Владыки.

Вскоре Святитель был перевезён в Тюмень и доставлен на пароходе к селу Покровское. Все узники, за исключением епископа и священника церкви Каменского завода, благочинного второго округа Камышевского уезда Екатеринбургской губернии, иерея Петра Карелина, были расстреляны. Владыка и отец Пётр были заключены в грязном трюме. Пароход направился к Тобольску. Вечером, 15 июня, когда священномучеников переводили с одного корабля на другой, Владыка, подходя к трапу, тихо сказал лоцману: «Передайте, раб крещёный, всему великому миру, чтоб обо мне помолились Богу».

Около полуночи с 15 на 16 июня большевики сначала вывели на палубу парохода «Ока» иерея Петра Карелина, привязали к нему два больших гранитных камня и сбросили в воды реки Туры. Та же участь постигла и Владыку (по некоторым сведениям, Владыку привязали к пароходному колесу, которое затем привели в движение. Это колесо искромсало живое тело Владыки).

Вскоре город был освобождён войсками Сибирского Правительства и останки Святителя были извлечены, облачены в архиерейские одежды, и торжественно погребены в склепе, устроенном в Иоанно-Златоустовском приделе на месте первой могилы святого Иоанна, митрополита Тобольского.

Священномученики Гермоген, Ефрем, Пётр, Михаил и мученик Константин причислены к лику святых Новомучеников и Исповедников Российских на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 года для общецерковного почитания.

Игумен Дамаскин. "Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви XX столетия".

Тверь, Издательство "Булат", т.1 1992,т.2 1996, т.3 1999, т.4 2000, т.5 2001.

Священномученик Гермоген Тобольский (в миру Георгий Ефремович или Долганёв; 25 апреля (7 мая) 1858, Херсонская губерния – 29 июня 1918, близ Тобольска) родился в семье священника, который впоследствии принял монашество и был возведен в сан архимандрита в Саратовском Спасо-Преображенском монастыре. С детских лет был глубоко религиозным человеком.

Среднее образование получил в духовной семинарии, выдержал экзамены на аттестат зрелости при классической гимназии города Ананьева Херсонской губернии. Окончил юридический факультет Новороссийского университета (1886), прошел также курс математического факультета, слушал лекции и на историко-филологическом факультете университета. Окончил Петербургскую духовную академию (1893) со степенью кандидата богословия.

В 1890 пострижен в монашество, посвящен в сан иеродиакона, а 15 марта 1892 – в сан иеромонаха.

С 1893 – инспектор, с 1898 – ректор Тифлисской духовной семинарии с возведением в сан архимандрита. Тогда же он был назначен членом Грузино-Имеретинской Синодальной конторы и Председателем училищного епархиального совета. Являлся редактором «Духовного вестника Грузинского экзархата». В период его службы ректором семинарии из этого учебного заведения был исключен Иосиф Джугашвили.

Развернул широкую миссионерскую деятельность, к которой привлекал и мирян. Организовал внебогослужебные чтения и беседы, разрабатывал программы для воскресных школ.

Своим собственным примером, а также частыми беседами с епархиальным духовенством и особыми циркулярами призывал духовенство к истовому, неспешному и строго-уставному совершению церковного богослужения. Значительное внимание уделял борьбе с сектантством, в рамках которой устраивал внебогослужебные пастырские беседы. В Саратове они проводились под руководством епископа во все воскресные и праздничные дни, предварялись кратким молебном, чередовались духовными песнопениями в исполнении архиерейского хора и оканчивались пением всех присутствующих. Для пропаганды православных идей преобразовал и расширил епархиальный печатный орган - «Саратовский духовный вестник» и создал еженедельный «Братский листок», учредил еженедельные печатные органы в Балашове, Камышине и Царицыне. За время его служения на Саратовской кафедре было построено свыше пятидесяти храмов, значительно увеличилось количество церковно-приходских школ.

Во время революции 1905 года выступал с ярко выраженных антиреволюционных позиций, часто выступал с проповедями, проявив себя как убежденный и последовательный монархист. Один из организаторов отделения Союза русского народа в Саратове.

Один из самых консервативных русских архиереев начала XX века. Выступал с резкой критикой современных ему тенденций в литературе и театральной жизни. Так, крайне негативно оценил пьесу Леонида Андреева «Анатэма», в своей проповеди призвав губернатора уберечь русское юношество от темной и злой силы, направил в Св. Синод ходатайство о запрете этой пьесы. Автор брошюры «Нынешние исследователи анатэмы и его крамолы». Предлагал отлучить от церкви Леонида Андреева, Дмитрия Мережковского, Василия Розанова. Отменил назначенную в кафедральном соборе панихиду по знаменитой актрисе В.Ф. Комиссаржевской и запросил Ташкент (где она скончалась во время гастролей от черной оспы), чем она болела, была ли православною и когда исповедовалась.

Участвовал в заседании Святейшего Синода, в которым выступил против предлагавшегося московским митрополитом Владимиром (Богоявленским) и великой княгиней Елизаветой Федоровной введения чина диаконисс в православной церкви. Апеллировал в резкой форме по этому вопросу к императору – направил ему телеграмму, в которой утверждал, что Святейший Синод учреждает в Москве «чисто еретическую корпорацию диаконисс, фальшивое подложное учреждение вместо истинного». Также в этой телеграмме критиковал проект введения особого чина заупокойного моления об инославных, заявив, что этим оказывается «открытое попустительство и самовольное бесчинное снисхождение к противникам Православной Церкви».

3 января 1912 года был уволен императором от присутствия в Синоде; ему было предписано выехать во вверенную ему епархию. Отказался подчиниться этому распоряжению, давал интервью газетам, в которых критиковал членов Синода. В результате 17 января 1912 года был уволен от управления епархией и направлен в Жировицкий монастырь.

Его увольнению способствовали еще два фактора. Во-первых, он поддерживал деятельность черносотенного иеромонаха Илиодора (Труфанова), который первоначально поддерживался церковными и светскими властями, видевшими в нем успешного антиреволюционного пропагандиста. Но затем они дистанцировались от его демагогии (позднее Илиодор снял сан и объявил о разрыве с церковью). Гермоген же остался союзником Илиодора вплоть до сложения им сана. Во-вторых, епископ вступил в конфликт с Григорием Распутиным, которого первоначально поддерживал.

В августе 1915 года был переведен в Николо-Угрешский монастырь Московской епархии.

С 8 марта 1917 года – епископ Тобольский и Сибирский; назначен на этот пост как «жертва старого режима». Сохранил монархические убеждения, призывал паству «сохранять верность вере отцов, не преклонять колена перед идолами революции и их современными жрецами, требующими от православных русских людей выветривания, искажения русской народной души космополитизмом, интернационализмом, коммунизмом, открытым безбожием и скотским гнусным развратом». Резко критиковал Декрет об отделении церкви от государства.

Обвинен советскими властями в симпатиях к находившемуся в Тобольске Николаю II (есть данные, что бывший император и епископ простили друг другу прежние обиды), а также в попытках организовать помощь бывшим фронтовикам (большевики расценили это как стремление сорганизовать их в контрреволюционных целях).15 апреля 1918 в Тобольске прошел большой крестный ход, после окончания которого епископ был помещен под домашний арест. Затем был отправлен в Екатеринбург, куда прибыл 18 апреля; был заключен в тюрьму, где занимался чтением Нового Завета в переводе Константина Победоносцева и житий святых, молился и пел церковные песнопения.

Тобольский епархиальный съезд направил в Екатеринбург делегацию, которая просила выпустить епископа под залог. В состав делегации входили: протоиерей Ефрем Долганёв, брат епископа Гермогена; священник Михаил Макаров; присяжный поверенный Константин Александрович Минятов.

Делегация выплатила установленный залог в размере десяти тысяч рублей (первоначально власти требовали сто тысяч), однако епископ не был освобожден, а члены делегации оказались сами арестованы и вскоре расстреляны.

В июне 1918 года епископ и еще несколько заключенных (священник села Каменского Екатеринбургской епархии Петр Карелин, бывший жандармский унтер-офицер Николай Князев, гимназист Мстислав Голубев, бывший полицмейстер Екатеринбурга Генрих Рушинский и офицер Ершов) были увезены в Тюмень и доставлены на пароход «Ермак». Все узники, кроме епископа и о. Петра были расстреляны на берегу, близ села Покровское. Владыка Гермоген и о. Петр погибли несколько позднее. Вначале их заставили работать на строительстве укреплений около Покровского, затем перевели на пароход «Ока», который направился к Тобольску. На пути к этому городу священнослужители были утоплены в реке Туре.

Тело епископа Гермогена было обнаружено 3 июля и на следующий день захоронено крестьянами села Усольское. 2 августа 1918 года останки епископа были перезахоронены в склепе, устроенном в Иоанно-Златоустовском приделе Софийско-Успенского собора Тобольска (склеп и мощи новомученика были обнаружены во время ремонта собора в 2005 году).

В октябре/ноябре 1981 года канонизирован Собором Русской Православной Зарубежной Церкви.

В августе 2000 года Деянием Юбилейного Освященного Архиерейского Собора Русской Православной Церкви его имя было внесено в Собор новомучеников и исповедников Российских для общецерковного почитания. Тем же Деянием к общецерковному почитанию в Соборе новомучеников и исповедников Российских были канонизированы пострадавшие вместе со св. Гермогеном священномученики Ефрем Долганев, Михаил Макаров и Петр Карелин и мученик Константин Минятов.

Икона священномученика Гермогена, епископа Тобольского и Сибирского

Молитва

История обретения мощей

АКАФИСТ СВЯЩЕННОМУЧЕНИКУ ГЕРМОГЕНУ ЕПИСКОПУ ТОБОЛЬСКОМУ

В нашем храме находится частица мощей священномученика Гермогена, епископа Тобольского и Сибирского.

Каждый пришедший в храм может обратиться с молитвенной

помощью к святому, заказать молебен.

Святитель Гермоген (в миру - Георгий Ефремович Долганов, 1858-1918 гг.) управлял Тобольской епархией в 1917-1918 гг. и принял мученическую смерть от большевиков летом 1918 г. в с. Покровское близ Тобольска. Мученическую кончину предрекал ему в 1906 г. св. прав. Иоанн Кронштадтский, который писал: «Вы в подвиге; Господь отверзает небо, как архидиакону Стефану, и благословляет Вас».

На Архиерейском соборе 2000 года епископ Тобольский и Сибирский Гермоген был причислен к лику святых новомучеников и исповедников российских.

Молитва священномученику Гермогену, епископу Тобольскому и Сибирскому.

Частица мощей священномученика Гермогена, епископа Тобольского и Сибирского

О, пастырю добрый, священномучениче Гермогене, ты бо Христа Иисуса всею душею возлюбил еси, и от юности тому усердно послужив, в учительстве добре подвизался еси и епископство достойно восприяв, Церкви Православной послужив, многие скорби претерпел еси веру сохранив и Бога прославив, напоследок же мученическим венцем венчался еси и ныне в Небесных обителях пребываяй паству свою назираеши и духовно окормляеши. Услыши молебный глас чад своих, пред святым твоим образом предстоящих и место погребения твоего чтущих, и заступника и ходатая тя пред Господом ведуще, умоли Господа, да утвердит в стране Российской веру православную, да дарует пастырем и пастве ревность о благочестии и спасении, отроком учащимся наук разумение, всем же друг ко другу любовь и согласие, заблудших да обратит и соединит Церкви Своей святей, ереси, расколы да упразднит, и вся православныя христианы да спасет и помилует и сподобит Небесного Царствия, идеже ты радостно по трудех и подвизех ныне почиваеши, прославляя со всеми святыми Бога, в Троице славимаго, Отца, и Сына, и Святого Духа, в безконечные веки. Аминь.

Тропарь свщ. мч. Гермогену Тобольскому, гл. 7
Во святителех дивен показался еси / ревностию по Бозе окрыляем священномучениче Гермогене. / И пастве Сибирстей путевождь во страданиях являяся / с Державнствующим узы и заключения разделяя / и страдальчески путь скончавши / на небесех мзду трудов твоих восприял еси / молися за народ наш ко Господу.

Кондак свщ. мч. Гермогену Тобольскому, гл. 4
Подвиг святительский добре свершившего / и течение мученическое мужественно скончавшаго / прославляем тя Священномучениче Гермогене яко предстателя тя пред Господем / за страну Российскую.

Величание:
Величаем тя / священномучениче Гермогене / и чтим честная страдания твоя / яже за Христа претерпел еси.

Житие священномученика Гермогена Тобольского

«Исполненный глубокой, пламенной веры, он является не кабинетным администратором, не далеким от жизни ученым, а живым, практическим деятелем, чутко и горячо отзывающимся на духовные нужды своей паствы, не находящим себе ни минуты покоя, жаждущим быть на народе, молиться с ним, утешать его, наставлять его, нести на себе его немощи и болезни. Это Архипастырь, по преимуществу, народный, и народ саратовский полюбил и оценил его…»

Протоиерей Сергий Четвериков, 1911 г.

Будущий свт. Гермоген (в миру Георгий Ефремович Долганев) родился 25 апреля 1858г. в семье священника Херсонской епархии. Георгий окончил полный курс юридического факультета в Новороссийске, здесь же прошел курсы математического и историко-филологического факультетов. Затем поступил в Санкт-Петербургскую Духовную академию, где и принял монашество с именем Гермоген.

В 1892 г. он рукоположен в сан иеромонаха. В 1893г. окончил академию и был назначен инспектором, а затем и ректором Тифлисской Духовной семинарии с возведением в сан архимандрита. Деятельность Гермогена на Кавказе, распространившаяся гораздо далее семинарских стен, стала подготовкой к его святительскому служению.

14 января 1901 г. в Казанском соборе Санкт-Петербурга состоялась хиротония архим. Гермогена во епископа Вольского, викария Саратовской епархии. На Вольской кафедре владыка Гермоген пребывает два года, и это время связано со значительным оживлением церковной жизни в Вольске. 21 марта 1903 г. он назначен епископом Саратовским и Царицынским и вызван для присутствия в Святейшем Синоде.

Служение владыки на Саратовской кафедре отличалось неослабевающим го-рением духа: процветала его трудами миссионерская деятельность, устраивались религиозные чтения и внебогослужебные беседы, программу для которых составлял сам владыка, он же и руководил ими. Владыка часто объезжал приходы епархии и служил с таким благоговением, трепетом и молитвенным настроем, что многие плакали от умиления и духовной радости. Большое число верующих собиралось на вечерни с акафистом пред чудотворным образом Спаса Нерукотворного, совершаемые им по средам в Троицком соборе Саратова.

Особое значение епископ придавал печатному слову. В епархии была создана комиссия по изданию брошюр, листков, картин и изображений духовного и религиознонравственного содержания для распространения их в народе. Был преобразован и расширен епархиальный печатный орган «Саратовский духовный вестник», учрежден еженедельный «Братский листок». Широко развивалась благотворительная деятельность – помощь неимущим, голодающим, сиротам.

В это же время интенсивно строились храмы, монастыри, церковно-приходские и миссионерские школы. В 1903–1912 гг. в епархии было освящено 50 храмов, основано или восстановлено 8 монастырей и подворий… Трудно назвать область деятельности, где владыка не стремился бы свойственные ему упорство, актив-ность, ревностность употребить во благо Церкви.

Пекущийся о спасении душ, архипастырь не боялся враждующего против Истины мира и, подобно свтт. Василию Великому и Иоанну Златоусту, защищал православие от проповедей безбожия и разврата, которые стали тогда громко раздаваться с театральных подмостков. В 1907 г. саратовское духовенство выразило протест против зрелищ, имеющих безнравственный и богохульный характер, и было поддержано преосвященным Гермогеном.

С большой любовью и уважением относился к владыке Гермогену праведный Иоанн Кронштадтский, говоривший, что за судьбу православия он спокоен и может умереть, зная, что епископы Гермоген и Серафим (Чичагов) продолжат его дело. Предрекая мученическую кончину святителя, он писал ему в 1906 г.: «Вы в подвиге, Господь отверзает небо, как архидиакону Стефану, и благословляет Вас».

Протоиерей Сергий Четвериков так вспоминал о служении преосвященного Гермогена в Саратове: «С первых же дней моего пребывания в Саратове я узнал владыку Гермогена как народного молитвенника и народного наставника. Потом еще я узнал его как щедрого благотворителя… Особенно поражала в нем совершенно юношеская отзывчивость на всякое доброе начинание и полное пренебрежение к своему собственному удобству и покою. Он себе не принадлежал. В любое время дня к нему являлись гимназисты, и он выходил к ним беседовать… он мог поехать в гости к какому-нибудь мещанину… Когда я, будучи еще едва знаком с ним, заболел, он приехал навестить меня…»

В своей жизни епископ Гермоген был прост и нестяжателен. У него не было ничего своего, белье он носил общее с братией монастыря, где жил; когда у него изнашивался подрясник, ему выдавали другой из тех, которыми пользуются послушники; пищу он получал из общей монастырской трапезы; все определенные ему законом средства и те, что ему жертвовали, целиком отдавал на церковные нужды и раздавал неимущим. Его называли архиереем-аскетом.

Не для всех владыка был «удобен» в общении. Как человек прямой и нелицеприятный, он говорил всегда то, что считал нужным для пользы дела, невзирая на саны, титулы и могущие для него быть последствия. Защищая Церковь, мог быть резким, «непокладистым» и бескомпромиссным.

В конце 1911 г. на очередном заседании Св. Синода владыка резко разошелся во мнениях с обер-прокурором В. К. Саблером, который с молчаливого согласия многих архиереев спешно проводил некоторые учреждения и определения противоканонического характера (введение чина диаконис и богослужебного чина отпевания инославных). 7 января преосвященному Гермогену был объявлен указ за подписью Государя об увольнении от присутствия в Св. Синоде, 17 января 1912 г. последовало увольнение от управления епархией и направление на покой в Жировицкий монастырь Гродненской епархии. Одной из причин этой ссылки было резко отрицательное отношение владыки к Г. Распутину.

Начальник департамента полиции С. П. Белецкий писал, что, пребывая в Жировицах, «владыка смиренно переносил все невзгоды, служил в церкви, не отапливаемой зимой, с разбитыми рамами, жил, во всем себе отказывая, а на присылаемые ему изредка его попечителями деньги содержал фельдшера и аптеку, помогая фельдшеру, оказывая и сам медицинскую помощь всем, приходившим за таковой».

Святитель часто скорбел о будущем Церкви, Царя и Отечества и, плача, говорил: «Идет, идет девятый вал, сокрушит, сметет всю гниль, всю ветошь; совершится страшное, леденящее кровь – погубят Царя… непременно погубят».

В августе 1915 г. владыку перевели в НиколоУгрешский монастырь Московской епархии, где его ссылка и вынужденный «покой» продолжились…

Возвращение свт. Гермогена к активной деятельности практически совпало с отречением Николая II от престола: в начале марта 1917 г. владыка был назначен на Тобольскую кафедру и вновь стал епархиальным архиереем. Непоколебимо отстаивая истину во времена монархии, он с тем большей ревностью противостал лжи и насилию государственного безбожия. Свою тобольскую паству он призывал «сохранять верность вере отцов, не преклонять колена пред идолами революции и их… жрецами…» В то время Тобольск был местом заточения царственных узников; святитель как пастырь негласно оказывал им духовную поддержку, а большевики собирали на него «досье», намереваясь обвинить его в контрреволюционном монархическом заговоре – в условиях революционной России это могло стать самым тяжким преступлением.

Власти готовились к аресту владыки, а он, невзирая на это, назначил на Вербное воскресение 15 апреля 1918 г. крестный ход, перед началом которого призвал всех вознести всенародное моление Господу Богу о спасении погибающей Родины… После крестного хода его арестовали и заключили в Екатеринбургскую тюрьму. От ареста до мученической гибели оставался короткий период в 2 месяца. В одном из писем святитель писал: «Не скорбите обо мне по поводу моего заключения. Это мое училище духовное. Слава Богу, дающему столь мудрые и благотворные испытания мне, крайне нуждающемуся в строгих и крайних мерах воздействия на мой внутренний духовный мир».

Продержав владыку некоторое время в заточении, власти потребовали выкуп, но, получив его, вместо освобождения епископа арестовали членов делегации: протоиерея Ефрема Долганева, иерея Михаила Макарова и Константина Минятова. Их мученическая кончина предварила кончину владыки.

Вскоре владыку в числе других заключенных перевезли в Тюмень и доставили на пароходе к селу Покровское. Всех расстреляли, кроме епископа Гермогена и священника Петра Карелина. Их бросили в трюм, и пароход направился к Тобольску. Вечером 15 июня, когда священномучеников переводили с одного корабля на другой, владыка, подойдя к трапу, тихо сказал лоцману: «Передайте, раб крещеный, всему великому миру, чтобы обо мне помолились Богу».

Около полуночи с 15 на 16 июня на палубу парохода «Ока» сначала вывели иерея Петра Карелина, привязали к нему два больших гранитных камня и сбросили в воды реки. Та же участь постигла и владыку, до последней минуты непрестанно молившегося и благословлявшего палачей…

Честные останки епископа вместе с камнем весом более пуда были вынесены на берег реки, 3 июля обнаружены крестьянами и захоронены на месте обретения. 2 августа состоялось торжественное погребение сщмч. Гермогена в Софийско-Успенском соборе г. Тобольска.

Сщмчч. Гермоген, Ефрем, Михаил, Петр и мч. Константин причислены к лику святых на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 г.

3 сентября 2005 г. обретены мощи сщмч. Гермогена и перенесены в Покровский храм Тобольского кремля. В 2011 г. частица мощей святителя передана в Свято-Троицкий собор г. Саратова. Жители и гости города имеют счастливую возможность, приходя сюда, поклониться святому, который оказался готовым принять смерть, чтобы засвидетельствовать свою веру.

ИСТОРИЯ ОБРЕТЕНИЯ МОЩЕЙ

3октября 2005 года

Обретены мощи священномученика Гермогена, епископа Тобольского и Сибирского

Как рассказал архиепископ Тобольский и Тюменский Димитрий (Капалин), было известно, что святитель захоронен в северном приделе кафедрального Софийско-Успенского собора Тобольского кремля, однако точное место захоронения было неизвестно. При ремонте собора в 1995 г. было найдено десять захоронений архипастырей, относящихся к XVIII-XIX вв., а также цементный склеп, в котором находился гроб, запаянный в металл. Тут и возникло предположение, что это склеп священномученика (так как цемент - строительный материал ХХ века), однако чтобы удостовериться в этом, пришлось не один год изучать все относящиеся к делу архивные материалы, проводить изыскания и исследования, в которых принимали участие студенты Тобольской духовной семинарии. Окончательной идентификации места захоронения помогла трещина в стене собора, которая, согласно старым описаниям, стала основной приметой искомого места.

Получив благословение Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II на вскрытие захоронения, при большом стечении верующих, в присутствии архиереев мощи были вскрыты. По словам Тобольского архиерея, все детали подтверждали, что найдены останки именно святителя Гермогена, причем тело и облачения хорошо сохранились, но были несколько увлажненными из-за проводимых некогда в соборе работ по осушению крипты. Последним и окончательным доказательством стали зубы почившего: по свидетельству архиепископа Димитрия, «они были как пилка» - известно, что когда архипастыря предавали мученической кончине, он пел «Христос воскресе!», и палачи били его прикладами по лицу, сбив зубы.

От гроба с телом исходило благоухание. Крестным ходом он был обнесен вокруг двора Тобольского кремля и помещен в Покровский храм, где была отслужена Божественная литургия. Сейчас мощи открыты для поклонения верующих.

Акафист священномученику Гермогену епископу Тобольскому

Для келейного чтения

Кондак 1
Взбранный воине Царя Небесного / и Христова стада наставниче, / добрый и изрядный пастырю священномучениче Гермогене / возсиявый на земли Сибирстей яко звезда Богосветлая / тем же яко имея дерзновение ко Господу, / просвещение нам даруй, да зовем ти: /
Радуйся, священномучениче Гермогене, / Сибирския земли светильниче.

Икос 1
Ангелов Творец, в Троице славимый, предуведевый чистого сердца твоего изволение, показа тя мирови быти истинного ревнителя благочестия и любви Христовой воплощение. Ведуще тя инока славна и пастыря предобра, дарова тебе подвигом добрым подвизатися и течение жизни временныя мужественно скончати, нас же научая тебе воспевать таковая:
Радуйся, Богом избранный наш пастырю;
Радуйся, увенчанный архиерейской благодатию;
Радуйся, чистым разумом Бога возлюбивый;
Радуйся, Господу усердно послуживый;
Радуйся, сердце твое в незлобии хранивый;
Радуйся, иго Христово от юности восприявый;
Радуйся, земли Сибирстей благодатное дарование;
Радуйся, со всеми святыми неба Церковного украшение;

Кондак 2
Видя благопромыслитель Господь души твоея доброту, направил твой помысл ко исканию единаго на потребу; ты же спасение души возжелав, навыкл еси взывати Богу: Аллилуиа.

Икос 2
Разум божественный имея, всю суету привременныя жизни презрел еси, тем же оставив мир и вся яже в мире, приял еси чин ангельский, возрадовав и родителя своего в иерейском чине Богу служившего, сие изволение твое восхваляюще глаголем ти тако:
Радуйся, путем правым шествовал еси;
Радуйся, Царствие Божие обрел еси;
Радуйся, дом родительский оставивый;
Радуйся, за Христом последовавый;
Радуйся, образе кротости и смирения;
Радуйся, восприемниче Христова терпения;
Радуйся, яко Исаак в руки Божий себе отдавый;
Радуйся, любовию к небеси воспаривый;
Радуйся, священномучениче Гермогене, Сибирския земли светильниче.

Кондак 3
Силою Божиею укрепляем, в иноческом подвизе потщался еси Христу Богу непорочным житием благоугодити, в Троице певаемому Богу, яко орган златострунный, взывал еси: Аллилуиа.

Икос 3
Имея благодать священства, добре носиму в благоухающем сосуде души твоея, во граде Тифлисе нраву чистому и благочестию церковному, отроков юных научал еси, тем же видя тя, ревностью учительства пламенеющего, вопием ти сицевая:
Радуйся, помощи Божией непрестанное призывание;
Радуйся, отроков учащихся доброе воспитание;
Радуйся, юности присное вразумление;
Радуйся, буйства ея премудрое исправление;
Радуйся, страху Божию научаяй,
Радуйся, юные сердца благодатию исполняяй;
Радуйся, к жизни вечной руководствуяй;
Радуйся, от смерти греховныя спасаяй;
Радуйся, священномучениче Гермогене, Сибирския земли светильниче.

Кондак 4
Борения сердечныя и печаль душевную претерпел еси, священномучениче Гермогене, в подвизе учительстем неленостно пребывая, юноши к церковному служению уготовляя и преуспевати в житии благонравием, отечески наставляя, они же в грядущее жития своего время, с благодарностью пели Богу: Аллилуиа.

Икос 4
Видя премногия труды твоя, Предвечный Архиерей наш, Господь Иисус Христос, жезл архипастырский и паству Саратовскую смотрению твоему вручи. Мы же о сем веселящеся, глаголем ти таковая:
Радуйся, вся степени иночества прошедый;
Радуйся, на престоле святительском возседый;
Радуйся, страже Церкви неустрашимый;
Радуйся, делателю винограда Христова неутомимый;
Радуйся, словам жизни научающий;
Радуйся, овцы заблудшие ко Христу призывающий;
Радуйся, во тьме седящия просветивый;
Радуйся, от погибели их сохранивый;
Радуйся, священномучениче Гермогене, Сибирския земли светильниче.

Кондак 5
Боготечную звезду показа тя на небесех в сонме священномучеников, Господь Вседержитель, зане и на земли был еси звезда светлая, осиявающая царство православное и путеводствуя ко угождению Единому Богу, во еже воспевати Ему: Аллилуиа.

Икос 5
Видевше тя Россия, яко дерзновеннаго служителя в годину тяжкую для Церкви и народа православного, возвышающаго голос свой за веру и Отечество и сохранение в чистоте заветов апостольских, дивишася подвигу твоему, сего ради и мы до сего дне озаряеми светом твоим, взываем ти:
Радуйся, молитвами сердце свое освятивый;
Радуйся, умныя очеса твоя к небесем возводивый;
Радуйся, вечное спасение возвестивый;
Радуйся, добрый воине Христов явивыйся;
Радуйся, славу небесную паче всего возлюбивый;
Радуйся, в Едином Бозе спасение улучивый;
Радуйся, устами твоими премудрость глаголавый;
Радуйся, светильниче, во тьме века сего возсиявый;
Радуйся, священномучениче Гермогене, Сибирския земли светильниче.

Кондак 6
Проповедник Евангелия и ревнитель благочестия, словом и житием твоим был еси святителю Гермогене. Не устрашился еси поношения человеческого и нападений вражиих. С кротостию и долготерпением принимал еси их яко из руки Божии, Ему же и взывал еси: Аллилуиа.

Икос 6
Возсиял еси на тверди церковней яко светильниче Божий, отче Гермогене, в пастве твоей явился еси наставниче веры, высоты духа и крепосте благочестия. Во граде Саратове и Царицыне во всенародном пении, ходы Крестные и Богослужения непрестанныя, совершал еси, предъуведа времена смутныя. Тем же достойно славим тя:
Радуйся, пастырю не себе угождаяй;
Радуйся, стадо Христово добре сохраняяй;
Радуйся, жезлом правды нечестие сокрушивый,
Радуйся, врагов церкви ревностно обличивый;
Радуйся, ограда крепкая неправедно обидимым; (или:
Радуйся, Иоанном Кронштадтским благословенный;)
Радуйся, защищение, правды ради ненавидимым; (или:
Радуйся, защищение страждущим усердный;)
Радуйся, меча духовнаго в ножны не вложивый;
Радуйся, венец мученичества от Господа получивый;
Радуйся, священномучениче Гермогене, Сибирския земли светильниче.

Кондак 7
Хотя Человеколюбец Господь, испытати тя яко злато в горниле, разлучив тя от паствы Саратовския и в обитель Жировицкую всели, идеже всецело предавшись подвигу и молитве, братиею возлюблен был еси, за вся благодаря Бога и радостно вопия Ему: Аллилуиа.

Икос 7
Новая и необоримая стена и ограждение нерушимое обители Жировицкия дарова тя Господь, яко подвижника благочестия, преподобне Гермогене. В молитве и плаче о неведущих и заблудших, непоколебимо подвизался еси, и в подобие Христово облеклся еси. Сего ради молитвами твоими свободи нас от работы вражия и научи нас Единому Богу служити, восхваляющих тя сице:
Радуйся, ангелов житием удививый;
Радуйся, от страстей себя свободивый;
Радуйся, горняя мудрствовати научивый;
Радуйся, человечество во Христе прославивый;
Радуйся, Христовых заповедей исполнителю;
Радуйся, благочестия ревнителю;
Радуйся, непреклонный Православия исповедниче;
Радуйся, иноческих уставов защитниче;
Радуйся, священномучениче Гермогене, Сибирския земли светильниче.

Кондак 8
Смутное время бед и скорбей попусти Господь народу Русскому, хотя отделити пшеницу от плевел и прославити рабов своих, мы же терпению их непоколебимому за веру Православную научаемся, славяще Христа Бога, дивного во святых Своих, поюще Ему: Аллилуиа.

Икос 8
Вся премудро устрояя, Господь, дарова тя архипастыря земли Сибирския, быти уставам церковным хранителю и в дни смуты для всех покровителю, радующееся о твоем к нам пришествии, воспеваем ти таковая:
Радуйся, веры утверждение
Радуйся, надежды вселение;
Радуйся, любовь Христову являяй;
Радуйся, Богомудрыя умы услаждаяй;
Радуйся, Боголюбивых душ увеселение;
Радуйся, телес наших исцеление;
Радуйся, об отечестве нашем печальниче;
Радуйся, Тобольския кафедры священноначальниче;
Радуйся, священномучениче Гермогене, Сибирския земли светильниче.

Кондак 9
Вси люди паствы Тобольския видевши тя, святителю, немолчного проповедника и щедрого благотворителя, любовию Христовою, яко отца о чадех своих исполненного, и пред престолом Божиим о нас предстателя, единогласно воспеша Богу: Аллилуиа.

Икос 9
Витийство песненное наше не возможет по достоянию изрещи труды твоя, святителю Гермогене, подвигом бо добрым подвизался, службы Божественныя совершая, благочестие проповедал и любовию ко Господу Иисусу горя, сего ради прими от нас похвалы сия:
Радуйся, святыя молитвы совершаяй;
Радуйся, в трудах неленостных пребываяй;
Радуйся, яко во бдениих усердствовал еси;
Радуйся, яко бесстрастие Христово стяжал еси;
Радуйся, смирения и незлобия учителю;
Радуйся, терпения и миролюбия хранителю;
Радуйся, враги своя любити научаяй;
Радуйся, любовию вражду побеждаяй;
Радуйся, священномучениче Гермогене, Сибирския земли светильниче.

Кондак 10
Спасение вечное всем устрояя, определи тебе Господь краткое время святительства твоего на земли Сибирстей, идеже волны нестроений и междуусобныя брани воздвизаемые врагом спасения быша. Ты же, яко адамант веры непоколебимо пребыл еси, поя Богу: Аллилуиа.

Икос 10
Стена тверда и град необорим пребывая прещения мучителей не убоялся еси, святителю, крестным ходом град Тобольск освящая и царственных узников с высоты Кремля благословляя. Мы же дивящеся крепости духа твоего поем тебе таковая:
Радуйся, Царя Небеснаго добрый воителю;
Радуйся, царя земнаго верный служителю;
Радуйся, мирскаго мятежа укрощение;
Радуйся, христианскаго подвига возвышение;
Радуйся, мучителем посмеявшийся;
Радуйся, за подвиг исповедничества крепко взявшийся;
Радуйся, сие до конца претерпевший;
Радуйся, верным чадам образ добрый явивший;
Радуйся, священномучениче Гермогене, Сибирския земли светильниче.

Кондак 11
Подвиг мученический, оковы тяжкие, изгнание дальнее и заключение темничное претерпел еси, святителю, егда на мученичество взят был еси людьми злонравными и неверными и во единем граде, во едино время с царственными страстотерпцами пребывал еси, дондеже достигл еси восхода на Голгофу страданий твоих, поя укрепляющему тебя Богу: Аллилуиа.

Икос 11
Слышавши, верныя чада твоя о узах твоих во Екатеринограде, потщашася о освобождении твоем, но не возмогоша преодолети коварство мучителей и от них пострадавши победными почестьми от Господа венчалися есте, положивше души своя вкупе с пастырем своим. Мы же подвиг ваш восхваляющее вопием вам сице: Радуйтеся, священномученицы: Ефреме, Петре, Михаиле, подвиг свой совершившии; Радуйтеся, мучителевым обманам пренебрегши.
Радуйся, мучениче Константине, на подвиг себе отдавый;
Радуйся, священномучениче Гермогене, за Господа пострадавый.
Радуйся, за Камень веры, Христа, в воду вверженный.
Радуйся, с каменем на персех твоих обретенный;
Радуйся, яко тело твое нетленно явися; Радуйтеся, яко Царствие Божие вам верно дадеся;
Радуйся, священномучениче Гермогене, Сибирския земли светильниче.

Кондак 12
Благодарение возсылая Богу и путь земного жития мученически скончавая, кротко молился еси с пострадавшими с тобою в реце Туре и по мале времени, нетленно обретается на брезе речнем тело твое и честне во град Тобольск приносится и во гробе святителя Иоанна погребается, и ныне прославляется от христианских родов, вопиющих Богу: Аллилуиа.

Икос 12
Пение у гроба твоего, угодниче Божий святителю Гермогене, прими от нас, совершающих память твою, аще и на многая лета сокрыта бысть память твоя, но невозможно есть укрытися светильнику под спудом. Богу же вся мудро устрояющему и светильник веры твоей на свешнице поставляющий и скорого помощника нам являющаго, да вопием тебе таковая:
Радуйся, добрый подвиг совершивший;
Радуйся, тело нетленное благодатию явивший;
Радуйся, яко сие честне в церкви погребеся; ,
Радуйся, яко оное на исцеление верным дадеся;
Радуйся, яко силу воскресения Христова являеши;
Радуйся, яко зарю всеобщего воскресения показуеши;
Радуйся, истины Православия несомненное уверение;
Радуйся, веры благодатной неложное извещение;
Радуйся, священномучениче Гермогене, Сибирския земли светильниче.

Кондак 13
О священная главо, святый священномучениче Гермогене, ты бо Господа Иисуса Христа всею душею возлюбил еси и за веру Православную и Церковь святую пострадати изволил еси и на небесех мзду трудов твоих восприял еси, но и нас на земли тебе чтущих не оставил еси, услыши нас прославляющих и молящих Тя: да умножится в нас благодать Божия очищающая и освящающая души наша, да улучивши спасение вечное благодарственная вопием Богу: Аллилуиа.
Сей Кондак читается трижды. Посем Икос 1 и Кондак 1

Подготовлено по материалам.

Получив начальное приходское образование, он поступил в классическую гимназию, а затем в Новороссийский университет, где обучался сразу на трех факультетах - юридическом, математическом и историко-филологическом. Окончив университет в 1889 году, он, с юных лет тянувшийся к подвижнической жизни, оставил светскую науку и поступил в Санкт-Петербургскую духовную академию, где принял монашество с именем Гермоген. 15 марта 1892 года он был рукоположен во иеромонаха и зарекомендовал себя как прилежный пастырь и проповедник.

Окончив академию со степенью кандидата богословия, он в 1893 году был назначен инспектором, а затем в 1898 году ректором Тифлисской духовной семинарии с возведением в сан архимандрита. Одновременно с этим он исполнял обязанности члена Грузино-Имеретинской синодальной конторы, представителя епархиального училищного совета, а также редактора «Духовного Вестника Грузинского Экзархата».

В 1901 году архимандрит Гермоген стал викарным, а в 1903 - правящим Епископом Саратовской епархии и в том же году был вызван для присутствия в Святейший Синод. Служение владыки отличалось особым духовным горением, трепетом и молитвенным настроем. Его трудами процветала миссионерская деятельность, устраивались религиозные чтения и внебогослужебные беседы.

Во время революционных событий 1905-1907 годов владыка активно выступал в защиту государственного строя, в своих проповедях обличал и вразумлял одурманенные бунтовщиками народные массы. Святой праведный Иоанн Кронштадтский относился с большой любовью и уважением к Епископу Гермогену, говоря, что за судьбу православия он спокоен, зная, что Епископы Гермоген и Серафим (Чичагов) продолжат его дело.

В 1912 году за непримиримую и принципиальную оппозицию обер-прокурору Синода и в связи с выступлениями против влияния Григория Распутина Епископ Гермоген был уволен от присутствия в Святейшем Синоде, а затем и от управления епархией и сослан в Белоруссию в Жировицкий монастырь под Гродно.

Время ссылки только способствовало молитвенному подвигу и не сломило характера «яркой, пророческой ревности, гражданской доблести», укрепило «могучий дух его, дух высокой, христианской настроенности, дух величайшей христианской любви», дух, который «свойственен одним избранным натурам и который, по справедливости, не только у друзей, но даже и врагов его, получил название «гермогеновского», - писали современники святителя.

В августе 1915 года в связи с наступлением немцев владыку перевели в Николо-Угрешский монастырь Московской eпapxии, а после Февральского переворота 1917 года он был назначен на кафедру в Тобольск.

В это мятежное время святитель призывал свою паству «сохранить верность вере отцов, не преклонять колен пред идолами революции и их современными жрецами, требующими от православных русских людей выветривания, искажения русской народной души». В июле 1917 года Владыка создает «Православно-церковное общество единения клира и мирян». Почти ежедневно он участвует в соборных Богослужениях, всегда на виду, всегда с народом, разъясняет, учит, молится, убеждает. Помощником ему был давний друг по Тифлису и Саратову викарный Епископ Березовский Иринарх. В июле 1917 года был созван Епархиальный Собор для решения и обсуждения всех текущих дел епархии. С 21 августа по 6 декабря 1917 года владыка Гермоген находился в Москве, где вместе с делегатами от своей епархии участвовал в работе Поместного Собора. Заботясь о судьбе демобилизованных солдат-фронтовиков, в своей массе одурманенных большевистской пропагандой, владыка создал в Тобольске особый солдатский отдел при Иоанно-Димитриевском братстве для оказания им посильной помощи.

В январе 1918 года, после принятия большевиками декрета об отделении Церкви от государства, поставившего верующих вне закона, архипастырь обратился к народу с воззванием, которое заканчивалось словами: «Станьте на защиту своей веры и с твердым упованием скажите: «Да воскреснет Бог и расточатся врази Его!»

Выждав время, большевистские власти решили расправиться с епископом. В 1918 году Патриарх Тихон, видя негативное отношение советской власти к Православной Церкви, благословил, чтобы по всей России двинулись Крестные ходы. Владыка вопреки запрету местных большевистских властей назначил Крестный ход в Тобольске на Вербное воскресенье 15 апреля 1918 года. Накануне праздника, в ночь с 13 на 14 апреля, в архиерейских покоях с намерением арестовать владыку появились вооруженные красноармейцы (латышские стрелки). Не обнаружив укрытого прихожанами Епископа Гермогена, они учинили обыск в его покоях и осквернили алтарь домовой церкви.

Но, невзирая на опасность, владыка в Вербное воскресенье вместе с сонмом духовенства и множеством верующих совершил Крестный ход вокруг Софийского двора и по улицам города. Власти не посмели тронуть архипастыря в присутствии многочисленной паствы, но на обратном пути, когда толпа заметно поредела, милиция разогнала оставшихся прикладами и арестовала владыку. На колокольне рядом с Архиерейским домом пытались бить в набат и собрать горожан, но большевики выстрелами согнали с колокольни звонарей. Владыка был вывезен из Тобольска и заключен в екатеринбургскую тюрьму, где провел несколько месяцев. В заточении он много молился. В одном из писем, которое удалось переслать на волю, святитель писал, обращаясь к «благоговейно любимой и незабвенной пастве»: «Не скорбите обо мне по поводу заключения моего в темнице. Это мое училище духовное. Слава Богу, дающему столь мудрыя и благотворные испытания мне, крайне нуждающемуся в строгих и крайних мерах воздействия на мой внутренний духовный мир... От этих потрясений (между жизнью и смертью) усиливается и утверждается в душе спасительный страх Божий...».

Продержав владыку в заточении, областной совнарком в ответ на ходатайства паствы потребовал выкуп. Узнав об этом, владыка отказывался от такой помощи, обременявшей прихожан и друзей. Когда деньги были принесены духовенством, власти дали расписку в получении требуемой суммы, но вместо освобождения епископа арестовали троих членов делегации: брата владыки протоиерея Ефрема Долганева, иерея Михаила Макарова и Константина Минятова, о дальнейшей участи которых ничего не известно. Видимо, их мученическая кончина предварила кончину владыки. Вскоре святитель был отправлен из Екатеринбурга в Тюмень и под вооруженной охраной переведен на пароход «Ермак». На пути в Тобольск большевики, готовясь к столкновению с войсками Сибирского правительства, возводили укрепления и заставили трудиться над ними арестантов, в том числе и Епископа Гермогена. Все это время красноармейцы обращались с ним со зверской жестокостью, но, несмотря на побои и издевательства, владыка не переставал петь пасхальные песнопения. После неудачного боя с войсками Сибирского правительства, при отступлении в ночь с 28 на 29 (по нов. ст.) июня священномученика перевели на пароход «Ока». Владыка, подходя к трапу, тихо сказал лоцману: «Передайте, раб крещеный, всему великому миру, чтоб обо мне помолились Богу».

Около полуночи большевики вывели на палубу парохода вместе со святителем-страдальцем священника Петра Карелина и, привязав к нему два больших гранитных камня, сбросили в воду. Та же участь постигла и владыку. Когда «Ока» подошла к селению Карабаны, его вывели на нос парохода в одном нижнем белье, связали за спиной руки, прикрепили к ним на короткой веревке камень и столкнули в воду. По рассказам очевидцев, владыка до самой последней минуты творил молитву. Когда палачи привязывали камень, он пастырски благословлял их; даже когда руки его были стянуты на спине, он пытался сделать знак креста.

Честные останки святителя были вынесены на берег 3 июля, обнаружены и похоронены на месте обретения крестьянами села Усольского. В могилу был положен и камень, привязанный к телу. После освобождения Тобольска войсками Сибирского правительства честные останки святителя были извлечены из земли, облачены в архиерейские одежды и 28 июля Епископом Березовским Иринархом доставлены в Тобольский кафедральный Софийский собор. Весь город приходил проститься со священномучеником, благоговейно лобызая мощи владыки. Ко всеобщему удивлению, тело, долгое время пролежавшее в воде и влажной земле, не издавало запаха тления. Пять суток горожане прощались с почившим архипастырем. 2 августа состоялось погребение тела святителя. Духовенство Крестным ходом обнесло мощи по кремлю и положило их в первой могиле святителя Иоанна Тобольского в Иоанно-Златоустовком приделе Софийско-Успенского собора.

До времени повторного захвата города большевиками в дни памяти епископа Гермогена в Тобольске совершались Крестные ходы и панихиды, организовывались вечера, была образована общественная комиссия по увековечиванию его имени.

Священномученики Гермоген, Ефрем, Петр, Михаил и мученик Константин причислены к лику святых Новомучеников и Исповедников Российских на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 года для общецерковного почитания.

Прим.:
Более подробное жизнеописание священномученика Гермогена составил Игумен Дамаскин (Орловский) . Подробную информацию о священномученике можно найти на открытой православной энциклопедии «Древо» .

Толкование на “Откоровение” Иоанна Богослова Священномученика Гермогена, епископа Тобольскго и Сибирского датировано 5 мая 1917 года, место написания - Москва. Из жизнеописания Гермогена Тобольского известно, что после назначения на Тобольскую кафедру (7-8 марта по ст.ст.) «вла-ды-ка тут же вы-ехал в То-больск и по-след-нюю неде-лю Ве-ли-ко-го по-ста уже слу-жил в ка-фед-раль-ном со-бо-ре» . В Москву владыка попал 21 августа 1917 года и находился там по 6 декабря 1917 года. Нельзя исключать ошибку в датировке даты или места написания. Сам труд владыки сохранился в рукописном варианте и был опубликован его учениками. В источнике есть комментарий:

«Православные христиане!
Простите нас, недостойных рабов Божиих, ради Христа, за дерзость, с какой мы осмелились предложить Вам для доступности понимания "Откровения" святого апостола Иоанна Богослова "Толкование" Преосвященного Гермогена. Простите нас за возможные при этом ошибки, ведь до нас оно дошло в рукописном варианте. Мы только постарались, чтобы всякому доброму христианину был понятен смысл всей истории христианства.
Слава Отцу и Сыну и Святому Духу и ныне и присно и во веки веков.
Господи, спаси нас, грешных! Аминь!
Нальчик, 1997 г. ». (дата обращения 19.05.2016).