Костюмы эпохи династии Тан. Фото: Великая Эпоха (The Epoch Times)

Самым блистательным периодом, периодом расцвета китайской цивилизации, считаются VII, VIII, IX века прошлого тысячелетия, времена правления династий Суй и Тан .

В период правления династий Суй и Тан Китай развивался особенно динамично. Происходило объединение народностей, что сплачивало страну. Широко распространяли свои учения многие философские школы. Это было время экономической мощи и стабильности Китая. В отношениях с другими странами царили мир и процветание торговли. В Китае мирно сосуществовали буддизм, даосизм и конфуцианство, развивалась наука, литература, искусство.

Из пастей каменных драконов истекают воды источника Байфу, далее они текут на Восток страны, впадают в реку Тунхуэй и затем - в Великий канал. Воды источника Байфу являются самым северным источником, питающим двухтысячакилометровый Великий канал.

Великий канал – одно из уникальных творений древних китайцев. Он эксплуатируется и в настоящее время. «Великий Канал» состоит из четырёх каналов и простирается от Пекина до Ханчжоу, соединяя реки Хуанхэ, Уайху и Янцзы, идёт на Юг.

В 589 году, время правления династии Суй, Китай был вновь объединён после длительного периода (280 лет)разделения его на царства.

Ранее четыре императора династии Западная Хань потратила 70 лет своего правления, чтобы сделать страну процветающей. Но династия Суй смогла сделать Китай вновь процветающим уже при её первом императоре.

В хрониках есть записи о том, что в период правления императора Яна династии Суй в двух хранилищах хранились почти 2600 гектолитров зерна и десятки миллионов рулонов ткани. Археологи, раскопавшие амбары Ханьцзя династий Суй и Тан в 1970 году, обнаружили сооружения, способные вместить огромное количество зерна.

Объединив страну, династия Суй построила систему водных каналов для соединения Севера с Югом. 5000-километровая водная система берёт своё начало в Чанъане, бывшем тогда столицей страны, и идёт от провинции Цзецзун на Севере до провинции Цзецзян на Юге.

Профессор Пекинского Университета Синь Дэён сказал: «Великий канал, построенный при императоре Ян династии Суй, – блистательнейший проект за всю мировую практику водных сооружений Китая. Канал включал некоторые части водных путей, прорытых для соединения Хуанхэ с Янцзы. Эти пути легли в основу всей системы. Великий канал оказал большое влияние на будущее развитие китайской нации и ее истории. Он играл важную роль в обеспечении товарами и продовольствием Чанъаня, самого большого города того времени».

Реки Китая в основном текут с Запада на Восток, и до династии Суй история Китая повествовала о событиях, происходивших от Запада до Востока, но с завершением строительства Великого канала, который соединил Север и Юг страны, и, начиная со времени династии Тан, история Китая стала описывать события, происходившие от Юга до Севера.

Великий канал способствовал появлению новых городов на пути его следования. А с середины периода правления династии Тан он способствовал включению долины Янцзы в экономический оборот страны. Экономический центр Китая переместился с Севера на Юг.

Династия Тан была основана в 618 году императором Тайцзуном (Ли Шиминь). Период правления династии Тан в Китае был самым процветающим, что можно объяснить высокими нравами, царившими тогда. Высокая мораль правителя и его подданных – путь к процветанию страны. Династия Тан совершенствовала устои, полученные от династии Суй.

Однако императорский двор династии Тан уделял большое внимание поддержке народа, чего никогда не делал двор Суй. Император Тайцзун считал уважительное отношение к людям основой государства.

По мнению Чжан Гуогана, профессора университета Цзинхуа, Китай воспринимал понятие отношения к людям, как основу государства, и император Тайцзун эффективно воплотил это понятие в жизнь. Он обсуждал с первым министром отношения между императором и людьми. Он верил, что император – это корабль, а люди - вода. Вода могла не только нести корабль, но и поглотить его.

Во время правления династии Суй было отменено много жестоких законов предшествующих династий, а в ранние годы правления династии Тан было пересмотрено законодательств Суй.

В 637 году династия Тан ввела закон Цзэнван, который утверждал ценность человеческой жизни. Затем этот закон был усовершенствован императором Гауцзуном династии Тан, став первым проработанным сводом законов Китая. Через весь закон красной нитью проходит гуманитарный аспект.

Законодательство Тан ставило во главу угла человека. Династия Тан отменила жестокие телесные наказания, очень осмотрительно применяла смертную казнь. Последнее слово к применению смертной казни было за императором, ему докладывали о каждом деле. Подобный приговор мог быть вынесен только после трёхкратного рассмотрения дела.

В период правления императора Тайцзуна Китай стал более открыт всему новому, что было достигнуто за его пределами, он стал более гостеприимным и радушным. Народности объединялись, проявлялась веротерпимость к разным вероисповеданиям, талантливые люди поощрялись.

Чанъань - столица династии, была не только центром международных контактов, но также привлекательным местом для писателей и артистов. До династии Тан столицей династий Чжоу, Цзинь, Хан и Суй более 3000 лет был город Чиэн. Династия Тан использовала столицу Суй город Дасин, как свою собственную, без всяких изменений, только переименовав её в Чанъань (Чангэн).

В то время Чанъань занимал площадь в 84 кв. км. Городская стена Чанъаня имела ширину в 12 метров и в длину 37 километров. Город был тщательно спланирован, улицы разделяли город на 110 районов. Улица Цюэцюэ на центральной оси города имела ширину в 150 метров, что в два раза шире сегодняшней улицы Чанъань в Пекине.

Народ восхвалял императора Тайцзуна его и его чиновников за храбрость и любовь к народу. Император был человеком сентиментальным. Он не скрывал своего горя после смерти первой жены. Он также грустил о своих лошадях, которые служили ему в военных походах. Он приказал известному художнику Йен Ли Бэну нарисовать по своим воспоминаниям тех коней. Были созданы и скульптуры этих скакунов. Позже они были помещены в мавзолей Чжаолин, где была похоронена его первая жена. Мавзолей Чжаолин был построен в память императора Тайцзуна династии Тан.

Император Ли Шиминь или Тайцзун был не единственным человеком династии Тан, позволявший себе проявить особую сентиментальность и добрые чувства. Другим таким человеком был великий учёный того времени, монах Сюаньцзан . В 628 году Сюаньцзан, монах из Храма Белой лошади в Лояне, отправился из Китая в Западный рай за буддийскими писаниями-сутрами. Путь его пролегал по Шёлковому пути.

Сюаньцзан, правда, не проходил через Тибет, так как в то время это было далеко небезопасно. Но в 640 году тибетский властитель Сузэнгэнбу попросил руки принцессы из династии Тан. Ли Шиминь согласился и позволил тому взять в жёны принцессу Вэньчэн. Она прожила в Тибете 40 лет, и была глубоко любима тибетцами. Принцесса принесла с собой в Тибет буддизм, под её руководством там было построено множество буддийских храмов и монастырей.

Когда монах Сюаньцзан проходил мимо города Гаочжан, описанном в своём известном «путешествии на Запад», он обнаружил, что большинство жителей там были ханьцами, и жили тут из поколения в поколение. Они поселились здесь ещё при династии Хань, вдали от центра Китая, убегая от войн. Начиная с 1950 года прошлого века, в этих местах было раскопано около 500 древних могил и найдены десятки тысяч древних реликвий.

Все эти находки подтверждают процветание этих мест в период правления династии Тан. Тем временем Сюаньцзан вернулся в Чанъань, пройдя за 17 лет Шёлковый путь. Путь длиной в 25 тысяч километров провел его по 110 странам. Китайский классический роман [У Чэнъэня] описывает его путешествие в Индию за буддийскими священными писаниями.

В Храме Великого Будды в Чжане в Ганьсу находится фреска «Путешествие на Запад». Когда Сюаньцзан вернулся в Чанъань, он обнаружил страну ещё более процветающей, чем в момент его ухода на Запад.

Сюаньцзан привез в Китай 657 буддийских текстов и был тепло встречен императорским двором. Император Тайцзун приказал Сюаньцзану заняться переводом текстов в городском храме Хунфу. В следующие десять лет Сюаньцзан перевёл 1330 томов этих писаний. Он написал книгу «Записки о западных странах», в деталях описывающую географию и местные обычаи посещённых им мест. Книга популярна и по сей день, как важный источник для изучения Индии.

Книга американского историка Роудса Мёрфи, «История Азии», включает описание Чанъаня династии Тан. В ней говорится, что столица Чанъань правила самой большой в мире империей, большей, чем империя Хань и Древний Рим. На её улицах можно было встретить жителей всей Азии. Это были турки, индусы, персы, сирийцы, вьетнамцы, японцы, иудеи, арабы и даже европейцы и византийцы. Найдены статуэтки династии Тан, изображающие чернокожих. Её улицы походили на международный рынок, который никогда не закрывался.

Учитель Ли Хунчжи, основатель духовного учения , в своих трудах объясняет более тонкую духовную причину, как самого процветания династии Тан, так и уникальность истории китайской нации в целом, истории самой продолжительной и непрерывной в мире.

Династия Тан (18 июня 618 - 4 июня 907 гг. н.э.) - китайская императорская династия, основанная Ли Юанем. Его сын - император Ли Шиминь, после окончательного подавления крестьянских восстаний и сепаратистских феодальных сил начал проводить прогрессивную политику. Эпоха династии Тан традиционно считается в Китае периодом наивысшего могущества страны, Китай в этот период опережал остальные современные страны мира в своём развитии.

С приходом к власти в 618 г. н.э. династии Тан - начался один из лучших периодов в истории Китая. Деятельный и гуманный характер правления основателей династии - Гао-Цзу и его сына Тай-Цзуна позволили восстановить империю.

Западные регионы были присоединены к владениям Китая. К императорскому двору направляли свои посольства Персия, Аравия и другие западно-азиатские государства. Кроме того, были расширены границы на Северо-Востоке страны; к имперским владениям была присоединена Корея. На юге была восстановлена власть Китая над Аннамом.

Поддерживались отношения с другими странами Юго-Восточной Азии. Таким образом, территория страны по своим размерам стала почти равной территории Китая периода расцвета династии Хань.

Если проследить китайскую историю с самых древних династий, можно увидеть, что она постоянно повторяется, как будто подчиняясь величественному ритму времени. Из руин и хаоса появляется талантливый правитель, который основывает новую династию, возрождающую империю.

Государство достигает небывалых высот в развитии, затем начинается упадок, империя распадается, вновь погружаясь в хаос. Так было и с династией Тан, основанной Ли Юанем в 618 году.

История Династии Тан

Китайская династия Тан была основана Ли Юанем, крупным землевладельцем родом с северных границ Китая, населённых народностью табгач - китаизированными потомками степняков-тоба. Ли Юань вместе со своим сыном Ли Ши-минем одержал верх в гражданской войне, поводом к которой послужила жёсткая и безрассудная политика последнего императора династии Суй - Ян-ди, и вскоре, после его смерти в 618 г. взошёл на престол в Чанъани под династическим именем Гао-цзу.

Ли Юань вошел в историю под посмертным именем Гао-Цзун, а правил под именем У-ди. Это был талантливый феодал и полководец, любивший охоту, пышные представления и верховую езду. Говорят, что свою прекрасную жену он выиграл, состязаясь в стрельбе из лука и поразив мишень - оба глаза нарисованного павлина.

При императоре Гао-цзу, столица была перенесена в Дасин, переименованный в Чанъань в честь расположенной неподалеку древней столицы Поднебесной. Император потратил около 10 лет на достижение мира с соседними государствами и внутри страны. Постепенно благодаря разумным дипломатическим мерам он смог привлечь на свою сторону мятежников и разбитые отряды противника.

Продолжилось восстановление денежного обращения и системы экзаменов; торговля стала жестко контролироваться центральным правительством. Одно из главных достижений императора Гао-Цзу - создание нового свода законов, насчитывающего 502 статьи. Эти законы, в основе которых лежала философия инь-ян, теория пяти первоэлементов и конфуцианские принципы, просуществовали вплоть до XIV века и стали образцом для законодательных систем Японии, Вьетнама и Кореи.

У Гао-Цзу было три сына, наследником был объявлен старший из них, однако, на трон метил сын Ли Шиминь, принимавший активное участие в действиях, направленных на подавление мятежей внутри страны.

Узнав, что братья стараются настроить против него отца, он перешел к решительным действиям и объявил об их незаконной связи с наложницами из императорского гарема. Братья отправились во дворец, чтобы оправдаться перед Гао-Цзу, но у ворот их поджидал Ли Шиминь со своими сторонниками.

Ли Шиминь пронзил стрелой наследника, а второй брат был убит его людьми. Император, узнав о случившемся, уступил свой трон сыну и уехал доживать свой век в сельской глуши. Ли Шиминь приказал казнить десятерых детей своих братьев, чтобы избавиться от возможных противников.

В 626 году на трон взошел впоследствии самый могущественный император танской династии, получивший тронное имя Тай-цзун. Этот великий руководитель до сих пор считается образцом конфуцианского идеала правителя, который выступал за интересы крестьян, купечества, интеллигенции и землевладельцев.
Императору удалось окружить себя мудрыми и преданными чиновниками, чуждыми коррупции. Чиновники спали посменно, чтобы быть в распоряжении императора в любое время суток. Если верить истории, император трудился без устали, развешивая на стенах своей спальни бесчисленные доклады своих подданных и изучая их по ночам.

Бережливость, реформы в области военного строительства и власти на местах, улучшенная система транспорта и развитое сельское хозяйство принесли процветание всей стране. Империя Тан стала уверенным и стабильным государством, значительно обогнавшим в развитии другие страны этого периода. Чанъань превратился в настоящий город-космополит, принимавший многочисленные посольства.

За образованием сюда стекались отпрыски аристократов из ближайших стран, формировались национальные общины. С наибольшим энтузиазмом гостеприимством Китая пользовались японцы, которые после нескольких лет обучения и работы заграницей возвращались на родину, где формировали государственную структуру по примеру своих соседей. Именно в этот период Китай оказал огромное влияние на становление японской культуры.

Развитие культуры и народных промыслов

Экономические и административные нововведения династии Суй были восприняты и закреплены в танскую эпоху. В эпоху династии Тан, в Китае был введен в действие новый порядок долговременного владения землей, в соответствии с которым образование крупных земельных владений было ограничено, а крестьяне получили возможность поддерживать стабильный уровень жизни.

Наиболее значимым достижением стала созданная в эпоху династии Тан правовая система, которая, в конечном счете, порвала с нигилизмом периода Цинь. Был сформулирован обязательный свод социальных традиций и правил поведения, пропитанных духом конфуцианства.

Культура и искусство достигли небывалых высот и отличались роскошью и утонченностью. Знаменитый фарфор, ювелирные изделия, мебель, украшенная росписями и инкрустацией перламутра, живопись и поэзия эпохи Тан стали образцом наивысшего мастерства китайских художников, поэтов и ремесленников.

Сельское хозяйство, торговля, кустарные ремесла процветали. Развивались ткацкое и гончарное производство, кораблестроение и металлургия. Развитая транспортная система способствовала процветанию торговли, тесные экономические связи были установлены с Японией, Индией, Кореей, Персией и Аравией. Именно в эту эпоху чай становится ключевым элементом китайской культуры.

Также в период династия Тан в Китае произошел расцвет китайского искусства и литературы. Большинство танских императоров активно покровительствовали поэзии, театральному искусству и музыкальному творчеству, а многие и сами проявляли творческие способности.

Известные поэты эпохи правления династии Тан - Чэнь Цзыан, Ли Бо, Дуфу, Бо Цзюйи, Ли Шанъинь и Ду Му. Хань Юй и Лю Цзунюань выступили с инициативой создания произведений на древнекитайском литературном языке, что сильно повлияло на другие династии. Каллиграфия Янь Чжэньцина, живопись Янь Либэня, У Даоцзы и Ван Вэя, а также пещерное храмовое искусство получило известность. Были изобретены полиграфия и порох.

Тайцзун

Период правления Тай-цзуна также ассоциируется с попыткой создания синтетической культуры, которая бы объединила китайскую цивилизацию со степными тюркскими кочевниками. Помимо китайских мудрецов, при дворе Тай-цзуна находились и преданные степняки, среди которых - однорукий уйгурский военачальник Киби Хели.

Во время правления Тай-цзуна империя Династии Тан значительно расширила свои границы: войска императора отходили от столицы на расстояние 9 тыс. км, по дороге покорив более 70 городов Средней и Центральной Азии.

На 50-м году жизни император Тай-цзун внезапно заболел неизвестной болезнью, сопровождающейся головокружением, упадком сил и нарушением зрения, и в 649 г. умер, оставив после себя могущественную империю и память о себе, как о мудром, честном и великом правителе.

Трон занял 9-й сын императора, взявший себе имя Гао-цзун.

У-хоу

Новый император, обладавший слабым характером и здоровьем, фактически стал У-хоу Династии Тан в Китае марионеткой в руках своей жены У-хоу, бывшей служанки наложницы императора Тай-цзуна.

С помощью своего ума и красоты У-хоу смогла занять место законной жены Гао-цзуна и жестоко расправилась с женой и любимой наложницей императора: женщинам отрубили руки и ноги и оставили умирать в бочке из-под вина.

Очень скоро У-хоу стала единолично править страной, подчинив себе и императора, и правительство, жестоко расправляясь со всеми врагами. Необычайно честолюбивая императрица, готовая пойти на все ради власти.

В 674 году У-хоу присвоила себе и своему мужу титулы Небесной Императрицы и Небесного Императора.

После смерти мужа У-хоу правила страной за спиной сына - императора-марионетки, а в 690 году и вовсе объявила себя законной «властительницей Поднебесной», став первой и единственной женщиной-императором. В общей сложности У-хоу находилась у руля власти на протяжении 40 лет, пока в возрасте 82 лет ее не сверг вернувшийся из ссылки сын Чжун-цзун.

Еще несколько лет управление государством фактически находилось в руках женщин – распутной жены нового императора Вэй и ее дочери Ан-ло, коррупцией сколотившей себе целое состояние.

В 710 году после смерти императора Чжун-цзуна обе женщины были убиты, номинально власть перешла к Жуй-цзуну, а фактически – к его дочери, царевне Тай-пин. За годы правления императрицы У-хоу и последующие за ним годы борьбы за власть в высших слоях общества начался хаос, коррумпированная администрация напрочь прогнила.

В 712 году императором стал брат царевны Тай-пин - Ли Лун-цзы. После того как царевна попыталась его отравить, а также после неудачной попытки военного переворота, император приказал казнить сторонников царевны прямо перед залом приемов, а саму Тан-пин вынудили совершить самоубийство.

Так власть наконец-то оказалась в руках разумного правителя, взявшего себе императорское имя Сюань-цзун. Администрация была полностью заменена, новые реформы вновь начали восстанавливать страну после экономического и военного кризиса.

Империя Тан переживала новый виток расцвета. В этот период в Китае было изобретено книгопечатание, сыгравшее огромную роль в сохранении, распространении и развитии знаний.

Упадок Династии Тан

О причинах упадка могущественной династии Тан до сих пор ведутся споры. В целом центральная власть стала ослабевать в середине VIII века, когда Китай потерпел ряд военных поражений, и страну вновь стали сотрясать восстания. Самым разрушительным стало великое восстание Ань Ши, честолюбивого наместника, в жилах которого текла согдийская и тюркская кровь.

В результате 7-летней гражданской войны, развернувшейся после мятежа, согласно официальным записям, погибло около 36 млн. человек, что составляло 6-ю часть мирового населения того времени. Эта война стала самым крупным по числу жертв вооруженным конфликтом в истории человечества до Второй мировой войны и нанесла непоправимый ущерб Танской империи.

После восстания постепенно стало расти влияние провинциальных военных губернаторов-цзедуши, престиж центральной власти неотвратимо падал. Стихийные бедствия – наводнение и неурожай, повлекшие за собой ужасный голод, посеяли в народе молву о том, что династия прогневала небеса и утратила право на трон. Все эти события послужили поводом для ряда восстаний, среди которых власть окончательно подорвал мятеж Хуан Чао и его последователей. Мятежникам удалось захватить древние столицы Чанъань и Лоян.

Подавление бунта, сотрясавшего империи на протяжении 10 лет, к сожалению, не принесло мир в пошатнувшийся Китай.

Столица, когда-то процветающий многонациональный богатейший город, была разрушена: улицы поросли боярышником, по ним бегали лисы и зайцы. Последний император династии Ли Чжу был свергнут в 907 году военачальником Чжу Вэнем.

Династия Тан лишилась своего Мандата Неба не без участия природы. Чжу Вэнь основал свою династию Поздняя Лян. Страна вновь распалась на несколько государств, как это уже случалось несколько раз в истории Поднебесной. Начался период Пяти династий и десяти царств.

Во второй половине VI в. культурные, экономические и политические различия между Севером и Югом страны значительно смягчились. Варвары Севера постепенно ассимилировались с местным населением, а боеспособная тобийская конница - опора степняков - перестала существовать. Кочевники Центральной Азии, создав мощный союз - Тюркский каганат, - угрожали очередным вторжением. Опасность подчинения новым завоевателям стала реальной Неудивительно, что в этих условиях инициатива возрождения единства страны принадлежала северянам

В одном из многочисленных северных государств - Чжоу - к власти пришла военная группировка китайско-варварской знати Северо-Западного Китая, ставшая центром консолидации сил. В противоборстве с сепаратистскими устремлениями сильных домов она добилась воссоединения страны под властью китайцев, и в 581 г. военачальник Севера Ян Цзянь (Вэнь-ди) был провозглашен императором новой династии, получившей название Суй.

Сравнительно быстрое воссоединение огромной страны объяснялось следующими причинами. Культурные, экономические и политические интересы Китая требовали прекращения внутренних войн и объединения нестойких царств в единую империю. Мелкие и слабые царства не могли защитить огромную сухопутную границу земледельческих районов Китая от набегов кочевников-соседей. Затянувшиеся изнурительные междоусобицы подрывали сельское хозяйство, ремесло, торговлю, затрудняли использование огромной ирригационной системы, а сложившаяся еще в древности культура земледелия была немыслимой без искусственного орошения. Необходимость ликвидации последствий губительных разливов рек и опустошительных засух требовала единения средств и рабочих рук и была не под силу отдельным властителям.

Расчленение Китая, отсутствие сильного и прочного общегосударственного аппарата затрудняли возможность наладить жизнь в стране. В то же время ее объединению способствовали интенсивные культурные контакты, издавна существовавшие между Югом и Севером. Дальнейшее заселение северянами юга страны стимулировало тяготение жителей этих районов друг к другу.

Образование новой династии круто изменило течение китайской истории. На смену четырехвековой эпохе раскола и противоборства пришло время единения и централизации. Прекращение междоусобицы вызвало мощный экономический и культурный подъем в стране. Расширилась площадь посевов, выросло население.

Во время внутренних войн и нашествий кочевников в IV-V вв. почти все города Китая были разграблены или сожжены. Древние столицы Чанъань и Лоян превратились в руины. На юге Китая жизнь сохранившихся городов мало чем отличалась от деревенской. Однако уже в VI в. возродилось градостроительство. И на юге и на севере стали появляться новые города - как пограничные города-крепости, торгово-ремесленные центры на больших реках и в местах добычи сырья или как морские порты. Заново отстраивались поражавшие воображение современников столицы - центры культуры и ремесла, зримое средоточие функций государственного управления.

Ремесленники одной специальности селились на одной улице или в одном квартале, а на рынках лавки торговцев, лепясь друг к другу, составляли ряды. В VI в. на их основе сложились торгово-ремесленные объединения, получившие название туанъ и хан. Этими терминами обозначались и торговые ряды, и ремесленники одной профессии, и собственно ремесленные корпорации. Деятельность цехов регламентировалась обычным правом.

Император Ян Цзянь выдвинул, в согласии с конфуцианской доктриной, курс на упорядочение отношений в стране, стабильность и процветание. Новые власти снизили налоги, отменили соляную и винную монополии казны, выпустили новую монету. Будучи приверженцем конфуцианства, Вэнь-ди стал приглашать на службу ученых, заложил основы института экзаменов, успешная сдача которых открывала перспективу получения должности чиновника для каждого жителя Поднебесной.

Суйский двор заимствовал бюрократическую систему ханьского образца, было упорядочено административное деление, значительно сокращен штат государственных служащих.

Ян Цзянь настойчиво добивался укрепления власти центра и беспощадно расправлялся с местной знатью. Но в 604 г. он был убит своим сыном Ян Гуаном, который и вступил на престол. Основу политики Ян Гуана (Ян-ди) составляли мероприятия, направленные на обогащение казны, экономическую и политическую централизацию.

Ян Гуан учредил экзамен на степень цзиньши («продвинутого мужа»), ставший позднее одним из главных каналов выдвижения на службу, подчеркнув тем самым приоритет гуманитарного, гражданского начала в стране. Что касается военных, то их перевели в разряд податного люда, в подчинение провинциальным гражданским властям.

Новый император перенес столицу в Лоян, переселив в него до 10 тыс. богатых семей. Великолепный дворцовый ансамбль, громадный парк с редкостными растениями, диковинными зверями, прудами и каналами поражали современников сказочной роскошью.

Для усиления связи центра с периферией был сооружен водный путь, соединивший долины рек Хуанхэ и Янцзы. Великий канал, созданный на базе старых и новых каналов, рек и озер, имел множество шлюзов. Внутренний водный путь, проходивший с Юга на Север, способствовал развитию торговли, укреплению контактов столицы с провинцией, регулярности перевозок продуктов с Юга - рисовой житницы страны. Кроме того, он обеспечивал большую маневренность в случае необходимости переброски войск.

Другим крупным мероприятием того времени стало укрепление и реконструкция Великой стены (607-608). Строительство казенных сооружений, возрастающие расходы знати и двора требовали все больше средств. И власти произвели переучет населения, увеличили налогообложение и сроки повинности. Труд на отработках, особенно на сооружении казенных объектов, был сродни рабскому. Строители кораблей, перевозчики зерна, занятые подневольной работой, жили в тяжелейших условиях.

Грандиозное строительство, поражавшее современников своей пышностью, непомерные траты, обеспечивающие роскошь императорского двора, - все это стало возможным благодаря использованию властями традиционного средства - надельной системы, позволяющей, как это уже не раз случалось в китайской истории, молодым восходящим династиям, возродив «коренное», главное занятие - земледелие, наладить и все другие ветви древа государственности.

Длительные войны и междоусобицы начала VII в. привели к опустошению многих районов, к запустению полей и массовой гибели людей. Уже во время войн, развязанных Ян Цзянем, многие земли, ранее принадлежавшие знати и чиновникам, стали государственными, а надельная система распространилась по всей империи. Прекращение распрей способствовало обработке заброшенных и целинных земель и восстановлению ирригационной системы в широких масштабах. Установление единой власти в стране дало возможность упорядочить учет населения. При Ян Цзяне власти выявили более 1,5 млн. крестьян, не внесенных ранее в податные списки, официально сократили размер надела, налог же с двух с лишним даней зерна возрос до трех даней с четы, а трудовая повинность достигла 30 дней в году. Впервые на рабов предоставляли такой же надел, какой давался свободному земледельцу. При этом была сделана уступка хозяевам рабов: подать с их надела была вдвое меньше. Большая часть налога, собранного с крестьян, поступала в казну, а меньшая - в местные склады.

Во время правления Ян Гуана еще более возросли трудовые повинности. Источники свидетельствуют о привлечении на строительство Лояна 2 млн. человек, на сооружение Великого канала и Великой стены - 1 млн.

В империи Суй в рамках надельной системы были восстановлены так называемые «должностные земли (гуань-тянь)», доходы с которых шли в кормление чиновникам. Кроме того, из казенного фонда членам императорской фамилии, носившим титул вана, выделялись владения до 10 тыс. му земли. Ян Гуан, сократив ранги титулованной знати с девяти до трех, тем самым стремился ограничить эти владения.

На примере династии Суй отчетливо видна классическая динамика восходящей и нисходящей линий развития династии и государства в целом: сначала упрочение императорской власти, культурный взлет, уступки основным производителям, а затем - усиление агрессивной внешней политики, рост разорительных налогов и крупного землевладения и, наконец, развал страны.

Правители Суй вели затяжные, но малоуспешные войны на всем протяжении границ империи. Стабилизация внешнего положения рассматривалась как средство упрочения их позиций внутри страны. Тем же целям служила и гибкая дипломатия: натравливание одних племен на другие, разжигание внутриплеменной розни, задабривание титулами и подарками, династические браки, приглашение членов правящих родов почетными заложниками ко двору императоров. Эти методы наиболее ярко проявились в отношениях с Тюркским каганатом, распавшимся вскоре на Восточный и Западный. В борьбе за объединение страны в конце VI в. суйские власти иногда признавали свою зависимость от тюрок.

Действия китайцев на северо-востоке были направлены на овладение Ляонином и морскими путями в Желтом море. Так, объектом захватнической политики империи Суй стали государства Когуре и Пэкче (в северной и юго-западной частях Корейского полуострова). Силла (на юго-востоке полуострова) выступала союзником Суйской империи. В ожесточенной войне 612-614 гг. китайцы трижды совершали неудачные походы в Корею. Тяготы военных походов и особенно неудача корейских войн послужили одним из толчков к широкому народному выступлению против правящей династии. Особенно упорными и массовыми были восстания в Шаньдуне и Хэнани, где прошел с военными походами Ян Гуан и скопились беглые воины и возчики. Именно там в 610 г. повстанцы образовали самостоятельное царство, провозгласив его главой Доу Цзяньдэ, бывшего сельского старосту и воина.

Одновременно начались раздоры в правящем стане. В возникшей смуте сильнейшим оказался родственник Ян Гуана по женской линии Ли Юань. В 617 г. в Тайюане он поднял мятеж и вскоре с войском, усиленным конницей союзных тюркских племен, захватил Чанъань. После неудачи корейского похода Ян Гуан, спасаясь от мятежников, бежал на юг. В 618 г. в г. Цзянду он был убит дворцовой стражей, а Ли Юань провозгласил основание династии Тан.

2. Воцарение династии Тан (618-907)

Танский период стал эпохой расцвета средневекового Китая. Объединению страны под властью танского дома во многом способствовала политика Ли Юаня, сумевшего добиться поддержки различных групп населения. Он отменил податную задолженность за прошлые годы и ограничил сроки государственной барщины, освободил крестьян, проданных в рабство. Новые власти объявили о помощи голодающим, вели борьбу с последствиями наводнений. Политическим противникам было обещано помилование в случае изъявления покорности. Государство покровительствовало купцам и торговле.

Хотя Ли Юань обещал амнистию восставшим, он уничтожил повстанческие центры, а руководителя восстания Доу Цзяньдэ приговорил к казни. Вооруженная борьба за объединение страны и гибкая политика дома Тан обеспечили им к 628 г. полную победу. Важным этапом на пути к ней стало возвращение Ли Юаня к традиционной надельной системе в 624 г. Впервые в истории об этой аграрной системе можно судить не только по государственному законодательству, но и на основе данных подворных реестров (обнаруженных во время экспедиций в 1907-1914 гг. на северо-западе Китая - в Дуньхуане и Турфане), свидетельствующих о претворении указа в жизнь на всей территории огромной страны вплоть до самых ее окраин.

Длительные войны и междоусобия начала VII в. привели к опустошению страны -запустению полей, массовой гибели населения. Ведя борьбу с могущественными соперниками, Танский двор вновь обратился к надельной системе. По эдикту 624 г. каждый взрослый трудоспособный мужчина получал право на садово-огородный надел и пахотное поле в 80 му, подлежащее ежегодному переделу с учетом изменения возрастного и семейного состава хозяйств.

Вначале трудоспособным считали каждого, достигшего 18-летнего возраста (при нехватке рабочих рук), а впоследствии, когда все пустоши были распаханы, - 21 года. Размеры наделов зависели от качества почвы, от степени заселенности данной местности. На садово-огородном наделе следовало сажать тутовые и другие деревья. При некоторых ограничениях это наследственное владение семьи можно было покупать, продавать и закладывать. Распоряжаться подобным же образом с пахотным участком, кроме исключительных случаев, не разрешалось. Однако эти оговорки - лишнее свидетельство того, что купля-продажа и заклады всех видов земель практиковались. Новым при Тан явилось лишение женщин (кроме вдов) права на надел. В отличие от частных государственные рабы получали полный или половинный надел, что фактически превращало их в обыкновенных крестьян.

И чтобы ни один из податных не смог ускользнуть от налогообложения, над ними был усилен контроль. Учет населения по возрасту велся по пяти категориям: от рождения до 4 лет, от 4 до 16, от 16 до 21 года, от 21 до 60 и, наконец, после 60. Трудовая повинность была сокращена с 30 до 20 дней в году. В местах, где ткани не производились, взималось серебро, а у скотоводов - бараны. Если крестьянин отрабатывал больше положенного времени, его освобождали от части уплаты зерном и тканями. На время освобождались от податей поднявшие целину и перешедшие в малонаселенные районы. В танский период в половинном размере надел могли получить также купцы и ремесленники. В условиях надельной системы непосредственные производители становились вместе с наделами единым объектом собственности государства, облагаемым рентой-налогом.

Необходимые для проведения надельной системы детальный учет населения, фиксация повинностей, бесперебойное поступление налогов в казну обеспечивались принципом круговой поруки. Низшей административной единицей была общинная деревня, чьи традиционные органы самоуправления все более становились звеньями фискального аппарата государства. Вместе с тем анализ реестров показывает, что казна нередко шла на компромисс и община продолжала играть определенную роль в регулировании землепользованием крестьян на основе норм обычного права.

Надельная система заложила основу процветания страны. После нескольких лет упорной борьбы с соперниками танский дом смог стабилизировать положение. Однако само царствование Ли Юаня было непродолжительным. Его сын Ли Шиминь (Тай-цзун) хладнокровно расправился со своими братьями, а затем, заставив отца отречься от престола, занял его место. Процарствовал он 23 года (626-649).

Расцвет танского Китая не в последнюю очередь был связан с государственной мудростью его правителей. Первые танские императоры, сознательно следуя курсу своих суйских предшественников, учли и их печальный опыт упущенных возможностей. Особенно преуспел в этом Тай-цзун - властный и умный правитель, обладавший завидным политическим чутьем и тактом. Не случайно именно он в своей деятельности воплощал учение «о гармонизации мира (государства) ради блага народа» (цзин цзи), направленное на достижение социальной гармонии (как продолжения космической) и пресечение мятежа и хаоса. Автором этого учения, предложившего реальный путь к воплощению идеалов предков в современных условиях, был Ван Тун (584-617), создавший в подражание «Луньюю» «Изложение о середине» (Чжун шо). Его социально-политический проект достижения «Великого равновесия», представленный еще в суйское время, тогда был отклонен императором, но учение Ван Туна воплотили в жизнь его последователи - крупные танские сановники. Ли Шиминь, почитаемый традицией «образцовым правителем», умело трактовал заветы древних ради насущных задач современности, последовательно разделял суйскую версию конфуцианских канонов.

Учение о гармоническом управлении предполагало необходимость перенесения принципа природной гармонии с помощью космоткача в лице современного правителя на общество и государство. В этом виделось присущее китайской культуре представление о политике (как и любом созидании-творчестве в целом) как искусстве природосообразного действия, предусматривавшего соблюдение во всем принципа золотой середины (т.е. ритма и меры) с учетом расстановки сил в стране, чтобы балансировать на грани возможностей.

Действуя в этом духе, Ли Шиминь (много сделавший для усиления контроля над бюрократией, чтобы стабилизировать власть правителя) в то же время добивался при дворе более равномерного и целесообразного представительства важнейших регионов, последовательно поощрял приток свежих сил в администрацию. Показательно, что именно в этой среде появились ученые-сановники, «таланты, (разумевшие) цзин цзи». Они владели умением гармонизировать мир ради блага народа и считали себя наряду с правителем ответственными за состояние дел в стране. Одним из них был Вэй Чжэн, прозванный современниками Человек-зеркало, в чьи обязанности входило нелицеприятно указывать сыну Неба на его промахи и наставлять в политике. Недаром самого сановника, претендующего на роль «зеркала гуманности», рассматривали ретранслятором мудрости, почерпнутой из древних канонов.

Плодотворный диалог правителя и подданного, гармонично взаимодействующих как большой колокол и малая свирель, во многом благоприятствовал созданию политического курса двора, обеспечивая культурный и политический взлет Танской империи.

3. Социально-политическая структура Танской империи

В условиях средневекового Китая государственная организация складывалась по древним образцам, а все общество воспринималось как сложная иерархическая система. Основой этой системы служил тезис конфуцианства, гласивший о том, что благородный муж должен возвышаться, а низкий, недостойный - умаляться. Предполагалось, что членение общества на верхи и низы справедливо, если соблюден критерий совершенства. В основе иерархии лежал моральный принцип: социальную пирамиду увенчивал сын Неба, ставший им за свои добродетели, далее шли благородные (гуй), а большинство подданных назывались «добрым людом» и «низким людом».

Конечно, уже в древности, а тем более в средние века этот принцип был нарушен, а порой даже «перевернут»: те, кто был наверху, уже только поэтому считались благородными (часто не будучи таковыми). Но пока на уровне идеала этот принцип еще «работал», он обеспечивал потенции дальнейшей эволюции общества.

Все жители Поднебесной считались подданными государства, персонифицированного в особе императора. При этом каждая прослойка общества придерживалась определенных правил поведения и этикета, имела свое экономическое обеспечение, свой тип одежды, украшений и жилищ.

Высшим слоем общества была привилегированная наследственная аристократия. Она различалась по титулам и рангам и получала соответствующие по размеру земельные владения. К потомственной знати причислялись некоторые чиновники и сановники из числа «особо заслуженных». В Китае не было майората, и многодетность в знатных домах приводила к дроблению крупных землевладений и борьбе в среде титулованной знати.

Наиболее многочисленную часть правящего слоя общества составляли чиновники, служившие опорой централизованной власти. Они занимали различные ступени на иерархической лестнице чинов и делились на девять рангов. Чинам и рангам соответствовала оплата в виде земельного владения или жалованья. Ни звание, ни ранг, ни право на должностное землевладение не передавались по наследству. Новые поколения чиновничества пополнялись за счет молодых талантов: лишь сдавший экзамен и получивший ученую степень мог стать кандидатом на должность в государственном аппарате.

Большая часть населения (не считая знати и чиновников) причислялась к так называемому «доброму люду». В их обязанности входили обработка земли и своевременное выполнение всех видов повинностей. Подавляющее большинство «доброго люду» составляли крестьяне. Некоторые из них, прикупив земли, использовали труд арендаторов, «пришлых» и рабов. Занятие земледелием считалось почетным. К «доброму люду» причисляли и ремесленников, и купцов, облагаемых податями и повинностями так же, как и крестьян. На самом низу социальной лестницы находился «подлый люд», включавший тех, кто не платил налога (актеры, нищие, проститутки), а также лично-зависимых, слуг и рабов.

Социальная структура общества Китая, несмотря на дробление на обособленные социальные группы, не воздвигала между ними непроходимых перегородок и тем самым не исключала передвижения каждого по иерархической лестнице. Выходец из рядовых налогоплательщиков мог оказаться среди верхов общества. Имело место и обратное: сановника за преступление могли понизить в должности или, более того, разжаловать в простолюдины.

Система государственного устройства и бюрократический аппарат складывались на основе опыта, накопленного в древности. Верховная власть концентрировалась в особе императора, сыне Неба и одновременно отце своих подданных. А он, обладая неограниченными правами, должен был управлять страной на основе традиций и законов, опираясь на разветвленный бюрократический аппарат. По традиции государь считался представителем высших небесных сил и проводником их воли. Сын в общении с Небом, он одновременно выступал в качестве заботливого отца для любимых старших сыновей - чиновников - и неразумных младших детей - остальных подданных. Так природная по характеру семейная структура распространялась на все общество.

От императора требовалось, чтобы он вступал в контакт с великими предками и заботился о народе. Ближайшими помощниками сына Неба были два советника - цзайсяны. Их должности занимали члены императорского дома или влиятельные сановники. Управление страной осуществлялось через три палаты Кабинет министров, Совет Двора, Государственную Канцелярию. Эта трехчастная система центральных органов, пройдя долгую эволюцию приняла в танское время достаточно завершенный вид. Кабинет министров ведал в основном органами исполнительной власти, а две другие палаты готовили и публиковали указы императора.

Согласно традиции государственный аппарат как средство управления по своей структуре рассматривался уподобленным продолжением личности монарха. Тем самым личностные функции сына Неба - его телесная зримость (внешний облик), речь слух, зрение и мышление - посредством государственного аппарата рассредоточивались в социальном пространстве, воплощая коммуникативную способность правителя налаживать гармоничное общение с Небом и подданными. Поэтому понятно, что функции палат составляли единый организм и не были узкоспециализированы, а как бы дополняли друг друга. Император должен был лишь регулировать общение трех палат (порой успешно противопоставляя их друг другу), чтобы контролировать и держать всю систему в равновесии. В этом, в частности, проявлялась государственная мудрость, обусловленная характером всей китайской культуры, - добиться успеха в деле управления можно было лишь при соблюдении гармонии между целью и средством. Процедура функционирования государственного аппарата, нацеленная на выработку целесообразной политики, проходила несколько этапов, предусматривая рассмотрение любой проблемы с «трех сторон» (т.е. в трех палатах).

Так, например, указы правителя составлялись на основе информации, поступавшей в докладах с мест, доклады же направлялись для первичного рассмотрения в Кабинет министров, выполнявший совещательную функцию. Далее сведения, изложенные в докладах, проверялись в Совете Двора и лишь затем, после длительной дискуссии, Государственная канцелярия накладывала свою окончательную резолюцию. Если мнения Совета Двора и Государственной канцелярии расходились, в дело лично вмешивался сам император. Цикл выработки указа и его шлифовка общими усилиями замыкался на Кабинете министров, куда он уже в окончательной редакции вновь поступал для исполнения.

В свою очередь эта исполнительная функция Кабинета министров реализовывалась через шесть традиционных ведомств. Главным из них было Ведомство ритуала, который пронизывал все стороны жизни средневекового общества. Это ведомство следило за соблюдением обрядов, нравственностью подданных, их образованием, религиозными организациями. Кроме того, в его функции входили организация приема иностранных послов и посылки посольств, а также надзор над остальными пятью ведомствами. В обязанности Ведомства чинов входил контроль за назначением чиновников и их увольнением, своевременным перемещением по должности и награждением. Финансовое - вело учет податных и наделов, упорядочивало обложение налогами. Военное ведомство занималось военными чинами, войсками, охраной границ, ведало военными поселениями на окраинах империи. Ведомству наказаний были подчинены суды, тюрьмы, судопроизводство. Ведомство общественных работ определяло характер трудовых повинностей, проведение работ по строительству, устройству дорог, перевозки, обеспечивало функционирование ирригационной системы.

При дворе были специальные управления по обслуживанию персоны императора, императорских палат, гарема, охраны имущества казны.

Исключительная роль принадлежала палате инспекторов и цензорату, служившим как бы глазами и ушами правителя. Вместе с тремя палатами эти контрольные органы способствовали реализации власти сына Неба, обеспечивая непрерывность потока информации во всех звеньях государственного аппарата, снизу вверх к правителю и наоборот. Но прежде всего они контролировали бюрократический аппарат как в столице, так и в провинции, причем имели право подавать доклады непосредственно сыну Неба, минуя промежуточные инстанции. Само существование такого контрольного органа должно было служить единоначалию власти и предотвращать любые нежелательные тенденции в стране. Вся империя делилась на провинции, округа и уезды, различавшиеся по категориям в зависимости от числа податных и массы налоговых сборов.

Важной функцией государственного аппарата явилась организация экзаменов трех степеней. Испытания проводили главы администрации, причем столичные экзамены на высшую степень цзиньши устраивались при императорском дворе. Экзаменационная система обеспечивала высокий уровень конфуцианской образованности кандидатов в чиновники и высокое качество имперской администрации. Высшая ученая степень давала право на замещение ключевых административных постов. Кроме того, экзаменационная система служила методом проверки благонадежности кандидатов в чиновники, воздействия на направление умов образованной части общества и обновления чиновного аппарата власти, регулярно снабжая его новыми кадрами вплоть до уездного уровня.

Ниже уездных центров стояли деревенские организации, возглавляемые старостами. В деревне низшей единицей были объединения четырех или пяти дворов, в свою очередь входившие в более крупные общинно-административные деревенские организации. Старосты и общинные органы самоуправления вели учет населения, наблюдали за возделыванием полей и шелководством, своевременной уплатой налогов, выполнением трудовой повинности, обеспечением круговой поруки, отвечали за порядок и спокойствие в деревне, отправление религиозных церемоний. Им надлежало следить, чтобы в округе не было беглых разбойников и контрабандистов.

В эпоху Тан была кодифицирована традиционная правовая норма. После долгой и кропотливой работы в 737 г. опубликовали всеобъемлющий кодекс «Тан люй шуи», оказавший влияние не только на юридическую мысль Китая на протяжении нескольких столетий, но и ставший образцом для законодательства сопредельных с Китаем стран Дальнего Востока. Его мировоззренческой основой было конфуцианство, облекавшее полной юридической компетенцией лишь императора. Главным принципом государственного правления стала детально разработанная регламентация всех сторон жизни, строгая социальная иерархия и административная субординация. Жестко карались малейшие нарушения порядка при дворе и проступки против сына Неба.

В духе юридических норм, определенных еще в древности, кодекс отождествлял этические нормы в государстве с этикой семейной. Конфуцианская мораль нашла отражение в признании отцеубийства тягчайшим преступлением. Свод уголовных законов определял прежде всего отношения между родственниками, хозяевами и рабами. Большинство статей кодекса было посвящено привилегиям и обязанностям «любимых сыновей» сына Неба и одновременно «пастырей народа» - чиновников. Уложения, касающиеся этой прослойки, достигли в кодексе завершенной полноты и отточенности.

Чиновники, обладавшие рангами, пользовались привилегиями: личный ранг определял должность и реальный правовой статус чиновника. Они могли избежать физических наказаний путем понижения их ранга, должности или титула. Правда, это означало нежелательную для конфуцианцев «потерю лица», что было нестерпимым унижением для провинившегося. Родство с высокопоставленным чиновником становилось источником привилегий. В то же время все действия чиновников находились под неусыпным контролем. Более того, совершенные ими даже незначительные проступки, например нарушения нормативных сроков обработки документов правителя, карались весьма сурово.

Кодекс в целом стоял на страже интересов государства. Степень наказания обычно имела ситуационный характер, т.е. зависела от статуса виновного и жертвы. Так, хозяина за убийство провинившегося раба наказывали ста ударами большой палки, а неумышленное убийство господина рабом или слугами каралось смертной казнью.

Танская империя обладала значительными военными силами. Армия вербовалась из рекрутов, которые призывались на военную службу и проходили обучение. В каждой провинции и округе выставляли воинов, выделенных сельскими организациями. Войско обеспечивало империи успех обширных завоевательных походов. Армейские подразделения несли службу как в столице, так и в провинции. Императорский дворец и столицу охраняли гвардейцы. На границах военные поселенцы занимались хлебопашеством и несли военную службу. В случае надобности власти прибегали к услугам конницы кочевников. Военные чиновники по статусу, как и в эпоху Суй, считались ниже гражданских.

4. Внешняя политика Танской империи

В отличие от предшественников правители династии Тан пересмотрели свою политику в отношении Тюркского каганата. Если основатель династии даже платил им дань, то уже в 628-630 гг. при Ли Шимине был осуществлен грандиозный поход против тюрок. За ним последовала целая серия захватнических походов по Великому шелковому пути. В 640 г. танские войска уничтожили государство Гаочан, расположенное в Турфанской низменности. Затем они вели многолетнюю войну против уйгур. В 657 г. с их помощью, а в 679 г. в союзе с Восточным каганатом танские власти нанесли окончательный удар Западному каганату.

Китайские гарнизоны размещались по всему древнему Великому шелковому пути вплоть до Урумчи. Вместе с караванами из государств Средней Азии в Китай и из танской столицы на запад шли послы, путешественники, паломники. В 648 г. в Китай прибыла посольская миссия от киргизов. Продвижению китайцев на запад способствовал распад державы Сасанидов. Как известно, последний сасанидский царь Йездигерд III даже просил заступничества у Китая.

При Ли Шимине продолжалось завоевание Кореи. В 645 г. танские войска приблизились к Пхеньяну, но из-за сопротивления горожан вынуждены были отступить. В 660 г. 130-тысячная китайская армия высадилась на юге Корейского полуострова и разгромила Пэкче. Его окончательное падение произошло в 663 г., когда Китай в союзе с государством Силла нанес поражение японскому флоту, прибывшему на помощь Пэкче. Одновременно китайские армии вторглись в Корею с севера. В 668 г. они захватили Пхеньян. Территории Когуре и Пэкче были превращены в военные губернаторства и присоединены к Китаю. Борьба корейцев против поработителей привела к объединению Кореи во главе с государством Силла. Китайцам пришлось отступить. Ту же традиционную политику разжигания вражды между племенами китайские власти вели в отношении киданей и мохэ. Когда же в 698 г. было провозглашено новое государство Бохай, дипломаты Срединной империи тщетно пытались использовать его против корейцев. В 705 и 713 гг. между Бохаем и Танской империей завязались торговые отношения.

С начала VII в. Китай установил первые официальные связи с Японией, откуда в 607 г. прибыли послы для переговоров. Могущественный китайский флот совершил экспедицию на острова Тайвань и Рюкю. Позднее с островитянами поддерживались посольские отношения.

В начале VII в. китайские войска разгромили племя тогонцев, родственных сяньбийцам (в пров. Цинхай), включив их земли в состав Танской империи. В 634 г. в Чанъань прибыли послы из Тибета. Через несколько лет, в 647 г., между Китаем и Тибетом был заключен мир, скрепленный браком Сроцзангамбо с китайской принцессой Вэнь Чэн. В Лхасе поселились китайские чиновники, военные, купцы.

Начало официальных отношений между Китаем и Индией также относится к VII в. В 641 г. в Чанъань прибыли послы из государства на севере Индии - Харши, но с распадом этой державы посольский обмен был прерван. Когда китайские послы Ван Сюаньцэ и Цзян Шижэнь в 645 г. направились в Индию из Лхасы, на них было совершено нападение. Ван Сюаньцэ удалось бежать в Тибет, откуда он осуществил победоносный поход в долину Ганга. В VII-VIII вв. посольства в Китай приходили из Кашмира, Магадхи, Гандхары, из княжеств Южной Индии и Цейлона.

Частые военные столкновения происходили на юго-западе с образовавшимся в Юньнани государством Наньчжао. Эти войны, как правило, кончались поражением Китая. Захватническая политика танского Китая распространялась и на юг. В 602-603 гг. китайские войска вторглись в северную часть современного Вьетнама, а затем направились к государству Тямпа, откуда вскоре они были вытеснены. В Северном Вьетнаме в 679 г. танские правители учредили наместничество Аньнань (Умиротворенный Юг). С Камбоджей, островной империей Шривиджайей и Читу (на юге Малакки) Китай поддерживал посольские отношения.

Китайское правительство пыталось использовать обмен посольствами для поддержания своего авторитета как на международной арене, так и внутри страны. Основы дипломатии, выработанные еще в древности, в VII-IX вв. начали складываться в стройную систему. Сутью ее было признание Китая главенствующим в мире государством, которому в лице императора должны подчиняться все зарубежные страны. Прибывающие в Китай были обязаны изъявлять покорность, а привезенные дары рассматривались как дань. Сложился особый церемониал приема послов, призванный символизировать сюзеренитет Китая. Властители стран, приславшие посольства, объявлялись вассалами императора. В знак особой милости им передавали ритуальные регалии власти, подарки, китайскую одежду.

Такой чисто номинальный сюзеренитет признавался лишь китайцами. Другие государства обычно рассматривали свои отношения с империей как равноправные. Однако в некоторых случаях имел место реальный вассалитет как определенная форма зависимости, обусловленная давлением и военной угрозой со стороны Китая. Так, вполне реальной была зависимость от Китая вождей некоторых тюркских и других племен после разгрома каганата, временный вассалитет государств Силла и Наньчжао в момент их ослабления.

Рост внешних связей Китая в VII-VIII вв. расширил внешнеторговые и культурные связи с зарубежными странами. В Китай приезжали посольства византийского императора, неоднократно прибывали и посланцы арабских халифов. Оживленные торговые связи поддерживались с Ближним Востоком не только через Великий шелковый путь, но и морем. Один из таких путей протянулся от Гуанчжоу до Багдада. Вместе с арабскими купцами в Китай проникло и мусульманство, появились и христианские проповедники несторианского толка. Столь значительное расширение связей с внешним миром объяснялось подъемом культуры и экономики не только Китая, но и многих государств Востока.

5. Города, ремесло, торговля

Городская жизнь танского Китая была отмечена возрастанием значения города как культурного, экономического и политического центра. При этом стала очевидной и преемственность с древней традицией. Город, как живой организм, гармонически вписывался в природный ландшафт. Подобно любой структуре, построенной по законам традиционной китайской геомантии (фэншуйсюэ), он был ориентирован по частям света и, как правило, четко спланирован в виде прямоугольника. Пространство внутри городов, обнесенных земляными валами и стенами, делилось на замкнутые квадраты.

Не случайно композиция Чанъаня повторяла традиционную планировку дома-усадьбы Северного Китая, а сама столица строилась по канонам городов, сооруженных на равнинной местности. Расположенный напротив главных ворот императорский дворец с парком позади занимал место главного здания, за ним обычно находился сад или огород. Как и Чанъань, другие города, непременно с садами и огородами, естественно смыкались с сельской местностью. Более того, в самом городе широко культивировалось искусство разбивки парков, сотворенных по подобию первозданной природы, любование которой было эстетической потребностью китайцев. Как и в деревне, в замкнутых кварталах (при династии Северных Вэй - ли, а позже - фан) горожане, организованные в пятидворки и десятидворки, были связаны взаимной ответственностью, в том числе и перед казной. Квартальная застройка обеспечивала функционирование города по принципу сельской общины, зарекомендовавшей себя как устойчивая система.

Единство ритма пространства и времени в живом организме города проявлялось, в частности, и в развитой службе времени, направленной на регуляцию временных циклов жизни горожан. Подобная регламентация была единственно эффективным средством наладить городскую жизнь, не допуская в ней нежеланного хаоса. Так, ворота в городских стенах на ночь запирались, а специальные конные отряды, патрулируя улицы, следили за порядком. Всем, кроме чиновников высших рангов, ночью запрещалось выходить на улицу. Закон наказывал семьюдесятью палочными ударами каждого, кто в неположенное время осмеливался перебраться через городской вал или внутренние заграждения.

Четкое регулирование пространственной структуры города и временного распорядка его жителей во многом обеспечивало жизнеспособность городского организма, вобравшего в себя многочисленное население.

Славу и блеск Танской империи придавали три ее столицы Чанъань, Лоян и Тайюань. Они поражали современников роскошью и сказочной красотой императорских дворцов, храмов и пагод, парками, прудами и цветниками при домах знати. На этом фоне особо выделялся Чанъань, послуживший образцом для постройки японского города Нара.

В восточной части Чанъаня находились императорские дворцы, дома знати и богачей. В городах функционировали административные учреждения, суды, тюрьмы, монастыри и кумирни. Здесь жили влиятельные сановники, чиновники и военачальники, купцы и монахи. В столице селились и чужестранцы, выходцы из Ближнего и Среднего Востока. Позднее, в начале VIII в., кроме даосских и буддийских монастырей и храмов появились манихейские, несторианские, зороастрийские святилища, алтари Маздака и другие храмы. В тесных и узких переулках ютились ремесленники и простой люд.

Постройка Великого канала, проведение административной реформы и меры по унификации денежного обращения способствовали оживлению городской экономики. В начале VII в. недалеко от морского побережья на магистрали Великого канала возник Ханчжоу. На путях с севера на юг вырос Кайфын, а на Великом канале - Янчжоу. Крупными торгово-ремесленными центрами стали Чэнду, Чанчжоу, Сучжоу. Значительно расширились древние портовые города Цюаньчжоу, Гуанчжоу, Учан.

Широко развивалось городское ремесло. Возникли горнодобывающие и плавильные промыслы. В Цзянси сложился центр производства керамических и фарфоровых изделий, а Янчжоу славился кораблями. Шелковые ткани из Чэнду проникали на Запад по Великому шелковому пути. В широких масштабах вели добычу соли, обработку металлов и камня, вываривали сироп из сахарного тростника. Искусство каменотесов, резчиков по дереву и камню, лепщиков украшало дворцы, храмы, жилые помещения состоятельных горожан.

Танское время было отмечено дальнейшим укреплением цеховых организаций (хан или туань). В некоторые цехи входило до 400 семей. Ханы регламентировали весь уклад жизни, прием в ученики, определяли распорядок работы, строго охраняли цеховые секреты. Но цены на местных рынках находились под контролем казны. За землю, занятую под лавки и мастерские, казна взимала плату. Ремесленник работал на заказ и лишь оставшийся товар продавали на рынке. Часть ремесленников трудилась при монастырях. Большие ткацкие мастерские нередко принадлежали чиновникам.

В VII-VIII вв. значительно развилось казенное ремесло. Продукция многих казенных рудников и плавилен, оружейных и ткацких мастерских, монетных дворов, мастерских по производству печатей, изготовлению экипажей и т.д. обычно не шла на рынок. В отраслях ремесла, где требовалась высокая квалификация, занятие отца передавалось, как правило, по наследству сыну.

Подъем переживала и торговля. Торговые пути протянулись по Янцзы и Великому каналу, по рекам, сухопутным дорогам и тропам, вдоль морского побережья. Крупнейшим рынком стала столица Чанъань, а важнейшим перевалочным пунктом - Янчжоу. С заходом солнца торговля прекращалась. На рынках размещались меняльные лавки, склады, постоялые дворы, погреба винокуров, кабаки, публичные дома, а в местах скопления горожан устраивались театральные представления. Торговлю с отдаленными районами стимулировали периодические ярмарки. К народным и религиозным праздникам приурочивались ярмарки прихрамовые, городские и деревенские. Торговля с соседними народами шла на пограничных ярмарках.

Рост городской экономики, подъем внутренней и внешней торговли обеспечивались увеличением сельскохозяйственной продукции, расширением добычи металлов, ростом монетного обращения. Правительство осуществляло жесткий контроль над торговлей. Поборы, безвозмездные изъятия, налоги в пользу армии, вымогательства чиновников ущемляли торговцев.

Казна владела монополией на отливку медной монеты. С VII в. установили единую государственную денежную единицу цянь - в виде круга (символ Неба) с отверстием в форме квадрата (символ Земли) внутри. Счет обычно вели связками монет, нанизанных на шелковый шнур. Танские деньги ходили не только по всей империи, но и за ее пределами: в Согдиане, Японии, Корее.

Власти все более расширяли ассортимент облагаемых пошлиной товаров. В VIII в. казна ввела особый налог на чай, и за контрабанду чаем подвергали смертной казни.

Невычлененность многолюдного средневекового города из общества, его органическая вписанность в общую систему общественных связей обусловили тот факт, что юридическая мысль и практика Китая не различали по статусу горожан и сельских жителей и специальных правовых норм для городов и их жителей не было. Не было у китайского города, как в Европе, ни вольностей, ни самоуправления, ни коммунальных свобод. Даже верхи городского общества - аристократия и служилая знать - горожанами себя не осознавали.

6. Танская империя в VIII-IXвв.

Пик славы и процветания крупнейшей азиатской державы - Танской империи пришелся на годы правления императора Сюань-цзуна (713-755). Это время осталось в памяти потомков как период высочайшего взлета китайской культуры, который был подготовлен предшествующим периодом.

В VII в. значительных успехов достигла экономика страны. Развитие мелкого сельскохозяйственного производства стимулировалось проведением надельного землепользования. Расширилась площадь обрабатываемых полей, умножились сорта выращиваемых культур и урожаи. На юге стали больше выращивать сахарного тростника.

Строительство новых каналов и водоподъемных сооружений дало возможность возделывать поля в местностях, ранее не доступных для обработки. Одним из важнейших достижений было усовершенствование водоподъемного колеса (чаще бамбукового с глиняными кувшинами), приводимого в движение тяглым скотом или усилиями самих крестьян. Чтобы не истощать почву, землевладельцы чередовали посевы, оставляя часть земли под паром. Нередко на одном поле сеяли поочередно две культуры, поспевавшие в разное время.

Природная доминанта определяла общий принцип ведения сельского хозяйства, диктовала оптимальный вариант гармоничного соединения технических достижений и возможностей земли. Отличительной чертой танского земледелия стало выделение в нем двух главных регионов.

На Севере с его издавна антропогенным ландшафтом в условиях муссонного аридного климата технология земледелия отвечала уже давно сложившимся традиционным приемам, сводимым к высокому искусству общения крестьян с землей и навыкам владения сельскохозяйственными орудиями. Земледелец был «подключен» к сезонным циклам, ощущал, например, «спелость почвы», максимально готовой к посеву, сроки сбора урожая и т.п.

Целенаправленная деятельность государства на поддержание достигнутого ранее высокого уровня производительности труда и максимальное использование земли (при сохранении традиционных сельскохозяйственных орудий) дала свои плоды. Был достигнут значительный прирост производства зерновых, распахана (в основном реосвоена) в больших масштабах целина.

Что касается Юга, то там влияние антропогенной деятельности на вмещающий ландшафт ощущалось меньше, чем на Севере. В гористой местности с неглубокими мелкими долинами основным направлением в сельском хозяйстве стало террасирование горных склонов, расширение сети местной оросительной системы, рост применения тягловой силы скота. Хозяйственное освоение Юга шло под знаком природосообразной, высокопроизводительной технологии заливного рисоводства. Это обеспечивало меньшую уязвимость от непостоянства природной стихии. Созданные человеком поля были выровнены, а вода, подаваемая на них по мере надобности, - проточная, содержащая ил. Так постепенно наслаивался культурный слой чернозема. Сотворенная человеком грядковая культура риса на Юге гармонично вписывалась в естественные природные процессы и ритмы. Развитие шло по интенсивному пути и носило замкнутый натуральный характер. Учет своеобразия природных условий во многом способствовал общему подъему сельского хозяйства.

В течение VII в. увеличилось население страны. Вместе с расширением деревенской периферии возросло число городов и горожан. Рост общественного разделения труда стимулировал развитие ремесленного производства и общее благосостояние страны.

Таким образом, путем осуществления надельного землепользования (посредством которого государство реализовало свою верховную власть на землю и право распоряжаться налогами с нее, освещенное традицией) удалось гарантировать бесперебойность финансовых поступлений.

Но с происшедшими в VII-VIII вв. существенными изменениями в аграрных отношениях система контроля оказалась не в состоянии препятствовать безудержному росту крупных землевладений. Влиятельные частные дома, чиновники, купцы, прибегая к ухищрениям, а то и к открытому насилию, захватывали новые земли всеми доступными способами. Например, строя дамбы, сооружая каналы и водохранилища, они отводили воду и лишали крестьянские поля влаги, тем самым разоряя земледельцев. Вынужденные бросать свои наделы, те становились арендаторами и попадали в зависимость от хозяев земли.

На смену надельной системе с соответствующей ей формой землепользования постепенно пришла система земельных владений, обрабатываемых частнозависимыми арендаторами. Этот процесс протекал стихийно. К тому же императорский дом часто сам способствовал этому, жалуя родственникам и другим влиятельным лицам казенные земли (гуань-тянь) с крестьянами, часть этих земель сдавалась арендаторам.

Уменьшение числа государственных податных вело к сокращению налоговых поступлений и истощению казны. Бесконечно издаваемые императорские указы воспрещали «занимать поля без ограничений и скрывать податных», карали за «поглощение» полей и податных душ. Запреты купли-продажи пытались распространить и на земли, находившиеся в частном владении. Специальные комиссии двора пытались выявлять истинное положение дел, проверяли списки податных, наказывали тех, кто возводил сооружения, лишавшие крестьянские поля воды. Эдикт 736 г. побуждал беглых возвращаться к своим наделам, обещал вернуть им землю и предоставить налоговые льготы. Чтобы увеличить число налогоплательщиков, императорский двор пытался превратить в землепашцев даже демобилизованных воинов. Но все меры оказывались тщетными. «Поглощение» земли и разорение крестьян принимало все более широкий размах, и остановить этот процесс становилось все труднее. Налоговые реестры уже не отражали реального состояния дел: разорявшиеся крестьяне, покинувшие свои деревни, по-прежнему числились налогоплательщиками, но налогов не платили. Казна же не имела средств провести переучет земель и тем более не могла сохранить прежние аграрные порядки.

По мере того как к VIII в. произошли изменения в аграрных отношениях, все явственнее стали проявляться тревожные симптомы династийного кризиса. Прежде всего, катастрофически уменьшились доходы казны от сельского хозяйства. Империя все более теряла ранее завоеванные и вассальные территории. Потерпев поражение в битве с арабами при Таласе в 751 г., Китай лишился прежних позиций на Великом шелковом пути. Еще раньше от власти Тан освободилась Корея. На северо-востоке земледельческому Китаю угрожали племена киданей.

На юго-западе (в Юньнани) активизировалось государство Наньчжао. Не прекращались набеги тибетцев и уйгуров. Китайской империи пришлось вести на окраинах дорогостоящие оборонительные войны, отрывавшие крестьян от земледелия и истощавшие казну. Все тревожнее становилось положение при императорском дворе, где обострилась борьба политических группировок. Одной из болевых точек танского общества все более становилась угроза единству страны.

Еще в 711 г. ради защиты северных границ от кочевых племен и обеспечения безопасности торговых путей, ведущих в страны Западного края, танские власти создали институт генерал-губернаторства (цзедуши). В середине VIII в. среди губернаторов в особенности выделялся Ань Лушань. И если раньше занимавшие пост цзедуши были облечены лишь военными полномочиями, то Ань Лушань (располагавший крупными воинскими силами, несшими охрану границ) сумел сосредоточить в своих руках гражданские и финансовые функции. Опираясь на отборные войска из соседних племен, в 755 г. он двинулся на Чанъань и, вступив в заговор со столичными чиновниками, поднял мятеж против танского дома. Император бежал из столицы. И хотя в конце концов мятеж был подавлен, страна не сразу пришла в себя: посягательство на священную особу сына Неба недавно еще могущественной империи воспринималось властями как «потеря лица».

Война цзедуши с императорским домом и междоусобица в стане самих генерал-губернаторов дестабилизировали положение на севере страны. Налоги в пользу казны поступали лишь с мест, расположенных южнее Хуанхэ и Янцзы. Число налогоплательщиков сократилось на три четверти, а налоговое бремя на остальное население все увеличивалось. В этих условиях стало нецелесообразным сохранять прежние аграрные порядки, связанные с надельной системой. С «размыванием» слоя крестьян-землепользователей стала очевидной бесцельность сохранения отмирающей структуры, и в 780 г. по предложению первого министра Ян Яня был введен закон, упразднявший «триаду повинностей», выполняемую надельными крестьянами. Государственный аппарат, отказавшись от передела полей, перестал противодействовать «поглощению» земли. В соответствии с изменившимися условиями была выработана отвечающая реальной ситуации новая налоговая система. Отныне налог стал взиматься исходя из одного критерия - в зависимости от количества и качества земли. Возраст и трудоспособность облагаемых лиц в расчет не принимались. Все население (дворы) в соответствии с земельными владениями было поделено на девять категорий.

Реформа причислила к налогоплательщикам лиц, ранее освобожденных от налогообложения. Круг податных расширился также за счет жителей города - торговцев и ремесленников, обязанных теперь вносить подоходный налог.

Был принят закон о двухразовом взимании налога, предусматривающий два срока: летний и осенний. Тем самым казна увеличила поступления за счет обложения второго урожая, выращиваемого во многих провинциях Китая. Налог мог взиматься натурой и в денежной форме.

Реформа Ян Яня узаконила свободную куплю-продажу земли, официально признав тем самым полный упадок надельной системы. Так казна (в который раз!), по традиции применяясь к изменившимся обстоятельствам, в соответствии с моментом изменив лишь внешнюю форму общения с подданными, отстояла свое верховное право на землю и на право получения с нее налога. Увеличение налогов ухудшало положение крестьян-землевладельцев. Они все чаще теряли землю и попадали под власть крупных землевладельцев, превращаясь из «хозяев» в зависимых арендаторов.

Реформы Ян Яня в целом имели позитивное значение для стабилизации экономических отношений. Династия Тан сумела просуществовать еще свыше столетия, но кризис в стране не был приостановлен, процесс концентрации земли все продолжался, а казна все больше теряла налоги.

Нуждаясь в средствах, правительство в середине IX в. провело конфискацию казны буддийских монастырей, все чаще стало прибегать к порче монеты. Выпуск денег, не отвечающих их весу и номиналу, дестабилизировал финансы и, подрывая торговлю и ремесло, ложился тяжелым бременем на население. Чтобы увеличить поступления в казну от монополии на соль и чай, власти карали смертной казнью за контрабанду, но эти меры были все менее эффективными.

Политическая власть династии Тан, пошатнувшаяся уже после мятежа Ань Лушаня, все более слабела. Усилилась самостоятельность военных наместников, их должности стали наследственными, и они становились независимыми хозяевами на подвластных им территориях. В IX в. власть династии ослабела еще больше. При дворе возникло острое соперничество группировок и клик за посты и доходы. Императоры превратились в марионеток евнухов и временщиков. Добившиеся влияния в правительстве старались использовать институты экзаменов для назначения на чиновные посты своих ставленников. Кумовство и взятки все больше влияли на исход испытаний.

Положение в стране рождало острое недовольство в среде чиновничества, образованной элиты и рядовых горожан. Недовольны были и крестьяне. Страна оказалась на грани династийного кризиса.

7. Крестьянская война IX в. и крах династии Тан

Явным свидетельством развивающегося династийного кризиса стали все участившиеся выступления низов общества, начавшиеся еще во время мятежа Ань Лушаня в 762 г. в пров. Чжэцзян. В стране периодически вспыхивали разрозненные восстания разорившихся крестьян, бунты военных. Все это было ответом на неспособность государственной власти обеспечить социальный порядок в стране и ограничить произвол чиновников, взимавших налог выше освященной традицией нормы.

В период обострения династийного кризиса росло число тех, кто в трудную годину выпадал из рамок веками выстроенной социальной структуры и лишался элементарных средств к существованию. Так, в восстании 859 г. в пров. Чжэцзян, ставшем преддверием надвигавшегося хаоса в стране, основную массу повстанцев составляли беглые крестьяне. Вызовом верховной власти, нарушавшей принцип взимания налога и тем разрушавшей сцепление различных социальных сил в обществе (а значит и его стабильность), стало создание восставшими своего собственного государства. В нем они надеялись обрести не только средство защиты от произвола, но прежде всего единственно доступный им в сложившихся условиях способ сохранения и поддержания своей собственной жизни.

Отвергнув аморальную политику верхов, противоречащую доктрине конфуцианства, восставшие, как умели, решительно реализовывали свое понимание принципа справедливости. Они захватывали казенные и монастырские кладовые, а похищенное зерно и награбленные ценности делили между собой.

Эта тенденция к претворению на практике всеобщей уравнительности в период политической дезорганизации особенно ярко проявилась в крестьянской войне, когда в 874 г. вспышки протеста по всей стране переросли в массовое движение.

Сначала в восстаниях, разразившихся в Ганьсу, Шэньси, Хэнани, Аньхуе и Шаньдуне, наиболее влиятельным из повстанческих лидеров стал Ван Сяньчжи. В 875 г. к нему присоединился Хуан Чао - выходец из семьи, разбогатевшей на контрабандной торговле солью. В отличие от рядовых крестьян он знал грамоту, прекрасно владел мечом, стрелял на скаку из лука. В 876 г. войска Ван Сяньчжи и Хуан Чао уже контролировали пять провинций в междуречье Хуанхэ и Янцзы. Воззвания лидеров движения, аккумулирующие настроения восставших, обличали жестокость и продажность чиновников-лихоимцев, нарушение законов, превышение налоговых ставок. Все это способствовало созданию в стране «механизма» долговременного эмоционального возбуждения. Крайние меры, немыслимые в период стабильности, воспринимались теперь не только как дозволенные, но и как справедливые. Начался грабеж богатых землевладельцев. В первую очередь протест восставших был направлен против представителей официальной власти. Повстанцы сжигали казенные реестры и долговые записи, уклонялись от выплаты налогов и отбывания повинностей. Захватывая государственное имущество, они «по справедливости», как они ее понимали, распределяли его между нуждающимися.

В 878 г. Ван Сяньчжи совершил поход на Лоян. Подступы к столице охранялись правительственными войсками и наемной конницей кочевников. В битве за Лоян погибло 50 тыс. восставших, а Ван Сяньчжи был схвачен и казнен. Апогеем восстания стал момент, когда Хуан Чао, возглавив повстанческий лагерь, принял титул «Великого полководца, штурмовавшего Небо». Он назвал свое войско справедливым средством возмездия правящим кругам, презревшим свою обязанность в отношениях к подданным. С этого момента восстание переросло в крестьянскую войну: именно тогда возникла реальная угроза уничтожения правящей династии. В конце 878 г. войско Хуан Чао, укрепив свою власть на юге страны, переправившись через Янцзы, двинулось по землям Чжэцзяна, Фуцзяни и Гуандуна. В 879 г. был взят Гуанчжоу, где произошла стычка повстанцев с жителями иностранного поселения, в частности с персидскими и еврейскими купцами.

Из Гуандуна повстанцы ушли на Север. Однако в Хубэе, близ Санъяна, их войско, потерпев поражение, вновь направилось на Юг. На правом берегу Янцзы под прикрытием мощных потоков реки повстанческие вожди собрали новые силы и летом 880 г. вновь выступили на Север, двигаясь по Великому каналу. В конце того же года без боя был занят Лоян. Раскол в обществе усилился настолько, что многие из горожан, в том числе военачальники и гражданские чины, присоединились к восставшим.

Чтобы защитить другую свою столицу - Чанъань, правительство направило гвардейские части к Тунгуаню - естественной крепости у изгиба Хуанхэ. Но судьба Чанъаня была решена - перевес оказался на стороне восставших. Император вместе с приближенными бежал, а повстанцы в начале 881 г. вступили в столицу.

Как сообщали средневековые летописцы, «разбойники шли с распущенными волосами и в парчовых одеждах». Хуан Чао как глава крестьянской иерархии «ехал в колеснице из золота», а охрана его была в расшитых одеждах и пестрых богатых шапках.

Сведения о политике восставших после взятия столицы крайне противоречивы и неполны. Но очевидно, что они начали с преследований тех, кто, по их мнению, был повинен в бедах страны. Как сообщают источники, Хуан Чао приказал убивать членов императорской фамилии и изгонять со службы чиновников трех высших рангов. Очевидцы сообщали и о других карательных мерах Хуан Чао: «Богачей разували и гнали босыми. Задержанных чиновников убивали, поджигали дома, если не могли там ничего найти, а всех князей и знатных людей уничтожали». Вместе с тем также отмечалось, что «разбойники» делились своей добычей с бедняками, «раздавая им ценности и шелка».

Уничтожив носителей императорской власти и заняв танский дворец, повстанцы провозгласили Хуан Чао императором. Теперь перед ним встала задача устроения государства. Создавая его структуру ради выживания и утверждения новой власти, Хуан Чао в соответствии с конфуцианскими представлениями заботило прежде всего создание административного аппарата. Его привилегированной частью стали соратники и военачальники Хуан Чао, получившие назначение на посты советников и членов различных коллегий. Преследуя на первых порах танскую правящую элиту, руководители восстания постепенно изменили политику в отношении чиновников, возвратив их на прежние места. Были предприняты меры для наведения порядка. Воинам запретили убивать и грабить население. В Чанъане соблюдались все конфуцианские обряды. В духе традиции утверждалось, что повелением Неба мандат на правление Поднебесной был предоставлен новому справедливому императору. В мае 883 г. Хуан Чао был вынужден покинуть столицу. В 884 г. в Шаньдуне его войско оказалось в безвыходном положении, и тогда, как гласит легенда, Хуан Чао покончил жизнь самоубийством.

Крестьянская война, несколько лет бушевавшая в стране, по напряженности и размаху не имевшая прецедента в истории Китая, потерпела поражение. В 907 г. правящая династия была свергнута, распался прежде мощный госаппарат - главная скрепа империи. Страна раскололась на мелкие государства, а их властители, соперничая друг с другом, претендовали на трон сына Неба. Время между 906 и 960 гг. традиционная историография назвала «Эпохой пяти династий и десяти царств». «Возраст» династий, приходивших в упадок, не превышал 13-16 лет, и сменявшие друг друга карликовые государственные образования были недолговечны.

На Юге в ходе крестьянской войны произошло ослабление местной власти, дробление крупного землевладения. Здесь стало преобладать мелкое землевладение, частично основанное на труде арендаторов. Землевладельцы нередко предоставляли льготы держателям, обрабатывающим их поля. Заинтересованность новых хозяев в улучшении ирригации, в возделывании целины привела к некоторому подъему сельского хозяйства и оживлению городского ремесла. Увеличился торговый обмен, расширилось речное и морское судоходство. Области в долине Янцзы и к югу от нее становились экономически развитыми районами.

Иным было положение на Севере, где борьба за власть затянулась надолго: в жестоких войнах новые династии постоянно сменяли друг друга. Многие города подверглись разграблению. В начале X в. одна из богатейших столиц мира - Чанъань - была сравнена с землей, а в междоусобной борьбе 30-х годов была разрушена и значительная часть Лояна с его великолепными дворцами и библиотеками. Враждовавшие между собой военачальники облагали население поборами по своему произволу. Запустение деревень, упадок ирригационной системы, ветхость дамб вызывали частые разливы Хуанхэ. Потерявшие кров земледельцы уходили на юг. Население резко сократилось. Опустели и пограничные военные поселения. Все воинские силы оказались вовлеченными во внутренние распри.

Положением в Китае воспользовались кидане. Их многолетние торговые и политические связи с империей способствовали переходу от кочевого образа жизни к оседлому, приобщению к земледелию. Но политический строй киданей еще долго хранил отпечаток старых порядков. Восемь больших родовых организаций (аймаков) пользовались самоуправлением и возглавлялись старейшинами. Лишь в 916 г. один из влиятельных вождей Апоки (Амбигань) из рода Елюй, нарушив выборное начало, провозгласил себя императором. В 937 г. новое государство стало называться Ляо. Его глава широко привлекал ханьских чиновников, попавших в плен, к строительству государственного аппарата. По китайскому образцу была создана и киданьская письменность. Строились города, поощрялся рыночный обмен, налаживалась добыча руды и соли.

Киданьские правители вмешивались в политическую жизнь Китая. В свою очередь, китайские власти искали помощи у киданьской конницы и потому платили киданям дань шелком и уступали им северные районы страны. Под власть Ляо перешло 16 земледельческих округов, находившихся на территории современных провинций Хэбэй и Шаньси.

Необходимость стабилизации внутреннего положения принудила кайфынских правителей реорганизовать армию и из отборных воинов создать гвардию для противостояния государству Ляо. Походы на север были трудны и дорогостоящи. Опасность вторжения со стороны киданей стимулировала прекращение междоусобных войн и объединение страны. Поэтому, когда в 960 г. войска, вышедшие в поход против киданей, провозгласили военачальника Чжао Куанъиня императором династии Сун, он получил широкую поддержку не только войска, но и горожан Кайфына, жаждущих мира.

8. Культура танской эпохи

С объединением страны открылись новые возможности для плодотворного развития разных областей науки, искусства, литературы; расширились знания о тайнах природы. Алхимики в поисках эликсира бессмертия изучали свойства металлов и минералов. Лекари постигали целебные свойства растений, совершенствовали традиционную медицину. Средневековые инженеры и математики прославились своими познаниями при строительстве городов, каналов и крепостных стен. Так, достижениями строительной техники начала VII в. стали 37-метровые каменные арочные мосты в Хэбэе и в Шаньдуне протяженностью более 1 км. Наблюдения за сменами сезонов, за небесными светилами расширяли астрономические знания. Астрологи составляли гороскопы. Немалый вклад в астрономию внес буддийский монах И Хан (VIII в.).

Конфуцианство, вновь занявшее в период Суй и Тан позиции официальной идеологии, диктовало основные нормы жизни в стране, стояло на страже моральных принципов и определяло характер администрации, систему образования. Из опыта древних черпались детально разработанные принципы взаимоотношений в семье и обществе, между правителем и его подданными. Почитание предков и пиетет в отношении к прошлому, Учение о гуманности и сыновнем почтении, обряды и правила этикета прочно вошли в генетическую память населения империи. В основу танских законов были положены порядки, выработанные поколениями конфуцианцев, а отчасти также легистами. Конфуцианство удерживало ведущие позиции прежде всего в области политического устройства общества, образования, дипломатии, теории военного искусства и других областей знаний, относящихся к управлению страной.

Влияние конфуцианства достаточно явственно проявилось в историописании. При императоре Ли Шимине это занятие как дело государственной важности было превращено в официальное служение, а историки оказались на положении высоких государственных чиновников. Они занимались подготовкой династийных историй предыдущих эпох, формируя их по образцу «Исторических записок» Сыма Цяня. В ту пору на основе хроникальных записей прежних авторов было создано восемь так называемых «нормативных» династийных историй, охватывавших период I-VII вв. н.э. В специальных учреждениях историки-архивариусы обрабатывали сведения о текущих событиях и отдельных деятелях. Материалом служили императорские указы, отчеты ведомств, доклады с мест и другие документы. Составленные ими сборники обычно хранились до конца царствования династии. При новой власти осуществлялась окончательная доработка и выпуск в свет истории страны в период правления предшественников.

Исторические труды включали сведения об экономике, государственном правлении, культуре, календаре, этикете, войнах, народных восстаниях, стихийных бедствиях, космических явлениях, о народах, обитавших вблизи Китая и в более отдаленных странах. Тогда же появились и критики исторических трудов;, первым из них считается Лю Чжицзи, создавший в 710 г. «Проникновение в историю» (Шитун).

Суйские и танские императоры собирали древние труды и за доставленные в императорскую библиотеку свитки или фрагменты произведений платили шелком. Ученые восстанавливали многие из текстов на шелке и бамбуковых планках и переписывали их на бумагу.

Для подготовки учащихся к экзаменам из древних конфуцианских трудов были составлены сборники канонов «Четырехкнижие» (Сы шу) и «Пятикнижие» (У цзин). Некоторое время в танских столицах и в провинции в специальных школах училось до 60 тыс. человек. Среди них были и сыновья тюркских каганов и князей из Турфана и Тибета. Кроме того, при дворе императора Ли Лунцзи в VIII в. было создано высшее собрание конфуцианских ученых, получившее название академии Ханьлинь. Публикация указов и распоряжений постепенно вылилась в своеобразную газету - правительственный вестник. Ученый Ду Ю (755-812) составил первый сборник энциклопедического характера «Тундянь».

Важнейшей чертой средневековой идеологии Китая являлся синкретизм, родившийся на основе сосуществования так называемых «трех учений»: конфуцианства, религиозного даосизма и китайского буддизма. Путем синтеза идей и представлений, извлеченных из учения буддизма, с традиционной китайской мыслью, с конфуцианским прагматизмом возник чань-буддизм (от санскр. дхьяна «медитация»), основанный, по преданию, индийским проповедником VI в. Бодхидхармой, отвергшим изучение канонических сутр, ритуалы и поклонение Будде в принципе и провозгласившим главным средством познания и просветления медитацию. Наряду с культивированием длительной медитации патриархи чань разработали также метод постижения истины путём внезапного озарения, полагая, что интеллектуальный анализ лишь внешней стороны явления не способствует выяснению его сущности, т. е. познанию истины. Трезвость и рационализм китайцев, проявившиеся в учении чань, оказались напластованными на глубочайшую мистику индо-буддизма.

Школа чань с ее проповедью непосредственности и духовной свободы оказала большое влияние на китайское искусство и поэзию.

В танскую эпоху плодотворно шло развитие учения буддизма, сформировалось несколько оригинальных школ. Школой философского синтеза, основанной в VI в., стала секта Тяньтай (по названию горы в пров. Чжэцзян, где был основан главный монастырь этой школы). Утверждая, что Будда в каждой песчинке и в каждом человеке, секта Тяньтай развивала взгляд на мир как на единое целое, выражала идею взаимопроникновения явленного и сущностного, утверждала возможность спасения в этой жизни для всех живых существ. Основатель учения Тяньтай разработал иерархию основных направлений буддизма, соответствующих уровням просветления, и стремился интегрировать традиции буддизма Севера и Юга. Правители всячески покровительствовали школе Тяньтай, видя в ней средство политической консолидации империи.

Учение Хуаянь, основателем которого по традиции считается Фа-шунь (557-640), развивало положения школы Тяньтай и утверждало, что все дхармы возникли одновременно и имеют два аспекта: статический (связанный с наименованием) и динамический (связанный с явлением). Все в мире тяготеет к единому центру - в религии - к Будде, в империи - к правителю. Учение Хуаянь оказало влияние на средневековую китайскую философию; одно из его понятий - ли (закон, принцип, идеал) - было заимствовано неоконфуцианцами.

Широкими массами буддизм воспринимался как разновидность китайского даосизма. Они принимали в новом учении все то, что было связано с облегчением страданий в этой жизни и с надеждой на вечное блаженство в будущем. Буддизм привлекал и тем, что монахи врачевали страждущих, отпускали грехи, совершали погребальные обряды, возносили молитвы за мирян. Храмовые праздники, молебны и прочие церемонии, совершавшиеся в монастырях, нередко выливались в шумные народные празднества и проходили в атмосфере религиозной экзальтации. Притягательность буддизма усиливалась и благотворительностью монастырей: монахи оказывали помощь населению во время эпидемий, рыли колодцы, строили мосты, бесплатные столовые, общественные бани, убирали мусор и пр.

Развитие буддизма в средневековом Китае сочеталось с усилением буддийских монастырей как социального института. Монастыри захватили большие земли, в их распоряжении находилось множество земледельцев, зависимых и рабов. Они владели ремесленными мастерскими, занимались торговлей, ростовщичеством, содержали гостиницы, имели и свою вооруженную охрану. Их хозяйства представляли собой экономические организации, концентрировавшие большие богатства. Государство стремилось поставить в определенные рамки последователей Будды и осуществлять свой контроль над монастырями.

Буддийская церковь, помогая светской власти укреплять ее положение, сама не всегда подчинялась ей, вступая нередко в конфликт с императором. Выражением этого стали гонения на монахов в VI в., попытки Ян Цзяня возвысить конфуцианство и поклониться гробу Конфуция. Ли Юань (основатель Танского государства) в эдикте 624 г. обвинял буддистов в уклонении от государственных повинностей и упрекал монахов в корыстолюбии. Со второй половины VII в. часть монастырей была взята ни казенное содержание. Правительство устанавливало правила и квоты приема в сангху, а внутренней жизнью монастырей ведали специальные бюрократические органы. Нередко двор прибегал к конфискации монастырского имущества и возвращению в мир приверженцев буддизма.

Сын Ли Юаня Ли Шиминь уже не вступал в противоречия с монахами и жертвовал средства на отливку статуи Будды. Императрица У Цзэтянь, пришедшая к власти с помощью буддийских служителей, предоставила монастырям большие льготы, в том числе и на пользование землей. Позднее буддисты уже не рисковали вступать в борьбу с аппаратом империи. По мере нарастания влияния буддизма росло стремление идеологов конфуцианства восстановить престиж своего учения. Провозвестниками этого движения, вылившегося впоследствии в создание неоконфуцианства, стали Ван Тун (кон. VI - нач. VII в.), затем Хань Юй (768-824) и Ли Ао (VIII-IX вв.). Виднейший конфуцианский ученый и писатель Хань Юй осудил поклонение «гнилым костям», имея в виду мощи Будды, привезенные в Чанъань. Он выдвинул антибуддийскую программу, требуя расстричь всех монахов и уничтожить все монастыри.

Когда династийный кризис в танском Китае вновь начал давать о себе знать, правительство снова решилось на радикальные меры. По указу от 845 г. было конфисковано имущество монастырей и живших в них монахов. Те из монахов, кто хотел сохранить свое немалое имущество, вынуждены были покинуть монастыри и вести светский образ жизни, платя государству налоги. Секуляризация 845 г. сильно подорвала не только экономические позиции, но и влияние китайского буддизма в целом. Однако он не прекратил своего существования. Обаяние буддизма с его яркими праздниками, щедрой благотворительностью, чтением заупокойных сутр и обещанием спасения и райской жизни не дало ему исчезнуть. Антибуддийские настроения политического толка не могли пресечь культурный синтез китайских традиций с наследием Будды.

В этой системе оставалась ниша и для исконно китайского учения даосизма, все более превращавшегося в народную религию на основе переосмысления положений древних.

Даосская религия восприняла древние анимистические верования, культ Неба и культ святых мудрецов. Выйдя из недр народных верований, даосизм средневековья унаследовал их аморфность, став неразрывно связанным со всеми аспектами быта и духовной культуры китайцев. Образ потустороннего мира даосов распадался на царство демонов, где мучились души грешников, и населенные божествами небеса, уготованные для праведников. Ад и рай были представлены в виде колоссальной небесной канцелярии со строгой иерархией.

Даосизм привлекал все слои общества прежде всего учением о вечной жизни. Система обретения бессмертия предусматривала так называемое «питание духа». Тело человека рассматривалось даосами как микрокосм, скопление Божественных сил, обиталище многочисленных духов, а системе телесных духов соответствовала иерархия Небесная. Духи на Небе вели счет добрых и плохих дел и определяли срок жизни человека. Верующим следовало соблюдать заповеди и вести добродетельный образ жизни. Суть второго условия достижения бессмертия - «питание тела» - заключалась в соблюдении строжайшей диеты и системы дыхательной гимнастики, привлекающей в организм животворный эфир. Даосы верили в силу заклинаний, талисманов, физических упражнений, оберегов.

В даосизме прослеживались две струи - простонародная и аристократическая. Даосизм окультуренный, связанный с магией и физиогномистикой, привлекал широкие народные массы и часто был объектом нападок со стороны властей, видевших в них опасность для устоев государства, носителей бунтарско-эгалитаристских традиций. Эти идеи даосизма питали учение даосских и буддийско-даосских сект и различных тайных обществ. Разработав учение о Западном рае - обители богини Сиванму, нерожденной матери и прародительницы всех людей, - даосы выводили идею всеобщего равенства. Идеи социальной справедливости с уравнительными тенденциями были особенно популярны, поскольку даосы выступали часто как врачеватели, гадатели и предсказатели.

Образованные верхи более привлекали философские проблемы даосизма, в частности его древний культ простоты и естественности. В слиянии с природой обреталась свобода самовыражения и выход за рамки официальных норм, открывались новые возможности для творчества. В поисках бессмертия адепты учения прибегали к алхимии, дыхательным упражнениям, медитации.

Учение даосов оказало влияние на развитие алхимии и медицины. Сочинения, смысл которых был закрыт для непосвященных, сохранили рецепты лекарств, а также описания свойств металлов и минералов.

Ярким выражением синкретизма стал пантеон даосизма. Даосы включали в сонм божеств легендарных правителей, мифических героев и мудрецов, среди них в первую очередь Хуан-ди и Лао-цзы. Пантеон богов имел свою иерархию. Они обладали личными человеческими качествами и были близки народу по древним преданиям. На равных с богиней Западного рая в пантеон даосизма вошли основатели конфуцианства. К многочисленным даосским божествам причислялись и различные исторические деятели. Но наибольшей популярностью пользовались поборники справедливости и правого дела - восьмерка бессмертных мудрецов, наделенных чертами людей и волшебников одновременно.

Последователи религиозного даосизма претендовали на превращение своего учения в государственную религию. Даосы разработали по подобию буддийского образца свои заповеди, составили список заслуг и проступков добропорядочных подданных. Самые суровые кары полагались за государственную измену и бунт. Неудивительно, что в начале династии Тан императоры из рода Ли будучи однофамильцами великого Лао-цзы, вели свое происхождение от легендарного основателя даосизма, которого официально обожествили.

Буддизм и проникшие вместе с ним индийские и среднеазиатские влияния привнесли новое дыхание в культуру Китая. Так, на смену плоским рельефам ханьской скульптуры окончательно пришли объемные каменные изваяния Будд и бодисатв, рядовых паломников в пещерных храмах V-VI вв. в Шаньси, Шэньси и Ганьсу, синтезирующих пришлые мотивы с местной традицией. Памятниками буддийской скульптуры и живописи стали Дуньхуанские пещерные храмы на северо-западе Китая с богатыми фресками, отражающими наряду с религиозными сюжетами живую ткань жизни Китая того времени.

Глубокое проникновение буддизма во все сферы китайской жизни ознаменовалось новшествами в архитектурном творчестве также иного рода. Монотонность пейзажа северной равнины Китая оживилась вертикалями многоэтажных каменных и кирпичных буддийских пагод - символом идеи духовного восхождения в беспредельность. «Малая пагода диких гусей» (523 г.) в Хэнани и «Большая пагода гусей» в Шэньси (652 г.) не только запечатлели памятные вехи распространения буддийского вероучения в Китае, но и стали центром культурного притяжения.

Как и в предшествующую эпоху, шло интенсивное паломничество на родину Будды. В 629-645 гг. буддийский монах Сюаньцзан совершил путешествие через территорию современного Синьцзяна в Среднюю Азию и через Гиндукуш в Северную Индию. В «Записках о западных странах периода великой династии Тан» он рассказал о 128 государствах. Этот труд до сих пор остается ценнейшим источником для изучения истории народов Средней Азии и Индии. Дальние путешествия были сопряжены с большим риском и оказывались под силу лишь целеустремленным и сильным натурам.

Рост разнообразных контактов, обусловленный распространением буддизма, расширил представления китайцев о мире. Восторженный прием встретило в Китае искусство Средней Азии: мелодии, песни и музыкальные инструменты, буйные, темпераментные танцы. Художники Западного края снискали славу, изображая полуфантастические для китайцев западные пейзажи, божества, растения, зверей. Широко распространилась в Китае иранская техника полихромной живописи, производившая столь поразительный объемный эффект, что, по отзыву очевидцев, фигуры на фресках «словно сходили со стены». С VII в. широко стали распространяться новеллы, повествующие о чудесных дарах и талисманах, преподнесенных двору иноземными посольствами из дальних стран.

Проявлением общего культурного подъема в стране стал и расцвет танской поэзии. В плеяде блестящих поэтов особое место занимает Ли Бо (699-762), за свой талант прозванный «бессмертным пришельцем с Неба». Ли Бо писал на живом языке, близком духу народных песен «Юэфу». Он чутко вслушивался в биение родной речи, восхищался самобытностью культуры и истории отчизны, вдохновлялся ее природой. Его лирике были присущи естественность, лаконизм и задушевность. Ощущая себя одним из «десяти тысяч творений природы», он мог понимать ее голос:

На южном озере Покой и тишина И лотос хочет мне Сказать о чем-то грустном Чтоб грустью и моя душа была полна.

Огромный вклад в китайскую поэзию внес Ду Фу (712-770). Творчество поэта так проникновенно выразило эпоху, что его стихи стали называть «поэтической историей». Пожалуй, именно Ду Фу более других поэтов следовал завету Конфуция «излагать, но не создавать», когда словно считывал небесные письмена, превращая их в поэтические строки.

Среди культурных деятелей танского времени выделялся поэт и художник, мастер пейзажа Ван Вэй (701-761) с его поэзией, полной картинности, и картинами, полными поэзии. Его творчество дало сильный импульс развитию живописи на шелке И на бумаге, а на свитках кисть художника творила не только пейзаж, но и стихи, созвучные ему.

С позиций конфуцианской справедливости, предусматривающей следование во всем «золотой середине», выдающийся поэт Бо Цзюйи (778-846) обличал сборщиков налогов - этих «шакалов и волков», терзающих разоренных крестьян («сдирают последний лоскут», «вырывают последний лоскут», когда «колосья зерном еще не успели налиться»).

При императорском дворе поощрялось светское искусство. В стихах и красках мастера прославляли радость земной жизни и веселье. Идеалом женской красоты считалась круглолицая, как луна, знаменитая наложница танского императора Сюань-цзуна Ян Гуйфэй, чью красоту воспевали лучшие поэты Китая.

Классическая культура Китая

3. Империя Тан (618 – 907 гг.)
Основание империи Тан. – Реформы Гаоцзу и Тайцзуна. – Буддийские архитектура и скульптура. – Ранняя танская живопись. – Правление Сюаньцзуна. – Столица Чанъань. – Величайшие поэты Ли Бо, Ду Фу. – Чань - буддизм. – Поэт и художник Ван Вэй. – Творчество Бо Цзюй – и. – Танские новеллы. – Поздние танские художники. – Восстание Хуан Чао.

18 июня 618 г. полководец Ли Юань объявил себя императором Гаоцзу. Поскольку он был князем области Тан, то по ее названию и получила имя новая династия. Предки Ма Юаня происходили из китайской знати, занимавшей высокие посты в империи Вэй и Северная Чжоу. Через браки они были связаны с знатными табгачскими родами.
Изгнав тюрок, Гаоцзу замирил страну. Своей столицей он выбрал город Чанъань. Государственной идеологией сделалось конфуцианство, а на буддизм и даосизм были наложены ограничения. Для сыновей знати открылась академия, где преподавали конфуцианские профессора. Ее ученики готовились к занятию государственных должностей.
4 сентября 626 г. Гаоцзу передал престол своему сыну Ли Ши – миню, который принял титул Тайцзун. Он покорил Восточнотюркютскую державу, замирил Тогон, присоединил Гаочан, расправился с воинственным племенем сеяньто, одержал победу над западными тюрками в Восточном Туркестане, но не смог покорить Корею. Его империя вместе с зависимыми землями простиралась до Индии и Сиама на юге, до Кореи на востоке, до Амура на севере и до восточных окраин Средней Азии.
Тайцзун организовал свое государство как бюрократическое. Центральное управление сосредоточил в шести палатах (ведомстве чинов, ведомстве финансов, ведомстве ритуалов, военном и общественных работ) Их главы находились в подчинении начальника первой палаты. В крупных областях власть принадлежала губернаторам. Области делились на округа, округа – на уезды, уезды – на волости, волости – на деревни, деревни – на связанные круговой порукой пятидворки. Всех чиновников разделили на девять рангов, каждому из которых соответствовало определенных размеров поместье, с которого они обязаны были кормиться. Само государство также владело крестьянами. Крестьянская земля делилась на подушный надел для пахоты и промысловый надел. В мало населенных местах землей владели даже ремесленники и торговцы, хотя в размере вдвое меньшем, чем земледельцы. С земли крестьяне платили зерновой налог просом или рисом, налог дяо – шелком, тафтой, холстом или серебром, несли трудовую повинность до 50 дней в год.
16 июля 649 г. Тайцзун скончался. Ему наследовал сын Гаоцзун, а последнему – его жена, императрица У – хоу (У Цзэ – тянь), прославившаяся покровительством буддизму и строительством храмов.
Буддийский храм эпохи Тан представлял собой деревянный павильон, возвышавшийся на платформе из кирпича или камня. Каркас здания поддерживали колонны, у подножия украшенные лепестками лотоса, и поперечные балки. Не являвшиеся несущими стены могли быть сделаны из кирпича и оштукатурены изнутри. Крыша была двускатной, покрытой черепицей. Ее загнутые края выходили далеко за стены здания и поддерживались столбами. В храмовый комплекс входили постройки, посвященные Будде, Бодхисаттве (святому) Авалокитешваре (Гуаньинь) – защитнику всех несчастных, святым и владыкам ада, зал четырех хранителей, помещения для хранения сутр и нужд монахов. Все здания ориентировались на юг. Продолжали возводиться пагоды. Самой красивой пагодой эпохи Тан считается «Большая пагода диких гусей», когда – то бывшая частью монастырского комплекса Цзуэньсы, располагавшегося в столице. Она состоит из семи уменьшающихся этажей, разделенных выступающими карнизами, и увенчана четырехскатной крышей со шпилем. В монастыре Луньмэнь были вырублены новые изображения, в том числе Будда Вайрочана (« Будда Космического света») высотой 17 м. со своим небесным окружением. От Вайрочаны сохранилась только верхняя часть. У него полное лицо с приятными мягкими чертами, продолговатые глаза и полукруглые брови. На шее слегка обозначена складка. Длинные мочки ушей, знак святости, почти достигают плеч. Вокруг головы вырезан покрытый узорами ореол, обозначающий свет, исходящий от Будды. Легкие складки одежды, едва намеченные, кажутся струящимися.
VII в. стал началом расцвета танской живописи. В жанре «люди и вещи» прославился Янь Либэнь, служивший заместителем начальника ведомства наказаний. Его учителем был отец. Ему приписывают портрет императора Тайцзуна, а также картины «Восемнадцпть ученых мужей при дворе наследника Цинь» и «Двадцать четыре заслуженных подданных павильона Линъянь», ныне не сохранившиеся. До нашего времени дошел только свиток с изображением тринадцати императоров. Янь Либэнь умел рисовать с движущейся натуры и сам мастерски передавал движение. Его фигуры были исполнены величия. Согласно легенде, однажды император повелел позвать мастера, чтобы он нарисовал играющих в воде уток. Невежливые слуги назвали Яня Либэня не по его чиновничьему званию, а художником. Мастер устыдился этого и оставил живопись. (11;392) В области пейзажа заметными мастерами были Ли Сысюнь (651 – 716) и его сын Ли Чжао – дао (670 – 730), работавшие при императорском дворе. Н.Виноградова пишет:
« Картины Ли Сысюня и Ли Чжао – дао ярки и насыщены красками. Густо – синие и зеленые горы обведены золотым контуром, белые облака перерезают острые, как копья, вершины скал, красные строения или мосты яркими пятнами дополняют общее радостное звучание колорита. Пейзажи этих двух живописцев отличаются огромной внутренней жизнеутверждающей силой и поражают почти ювелирной драгоценностью фактуры и отделки деталей».
Блестящий расцвет танской культуры пришелся на правление императора Сюаньцзуна (годы правления – с 712 по 756). Он сумел укрепить границы, установить мир внутри страны, обеспечить подъем экономики. На дорогах стало спокойно. Купцы со своими товарами беспрепятственно передвигались из конца в конец империи. Крестьяне вовремя и сполна платили налоги.
Одним из чудес света была великолепная столица Чанъань. Население ее приближалось к миллиону человек. Город имел вид прямоугольника и занимал площадь 8 x 10 км. Он был разделен на кварталы, имевшие поэтичные названия – «Процветания и радости», «Спокойствия и благополучия». Каждый квартал обносился стеной, ворота которой закрывались на ночь по звуку барабана. Эта мера в соединении с запретом передвигаться по ночам защищала горожан от воров. Улицы в столице были широкие и пересекались под прямым углом. Кроме Лучезарного дворца императора и административных зданий в Чанъани насчитывалось 94 буддийских монастыря, 16 даосских, два больших рынка. Западный рынок предназначался для богатых покупателей, там же находились лавки продавцов писчебумажных принадлежностей и гадателей, предсказывавших результаты экзаменов. Последних часто посещали студенты, которых съезжалось в столицу до 60 тыс. человек попытать счастья на государственных экзаменах. Они селились в неподалеку расположенном квартале Чунжэнь («Почитания человеколюбия»). С юга к нему примыкал квартал Пинкан, славившийся развлечениями и певичками. Восточный рынок торговал товарами для тех, кто победнее. Там выступали циркачи, сказители и бродячие актеры.
В Великий Лучезарный дворец императора вела дорога из голубоватого камня. Он состоял из множества построек, украшенных резьбой, стенными росписями, диковинными предметами. Целыми днями одно развлечение во дворце следовало за другим. Они устраивались для любимой супруги императора – Ян гуйфэй. Выступления фокусников, канатоходцев и шутов сменялись музыкальными представлениями, пиры – выступлениями дрессированных лошадей. В развлечениях участвовали многочисленные родственники красавицы Ян, которым были пожалованы высокие должности и титулы. Все они соревновались между собой и другими аристократами в богатстве и пышности.
Ко двору императора был приглашен прославленный поэт Ли Бо (701 – 762). Совсем молодым покинув семью, поэт стал учеником даосского наставника, после чего избрал долю странствующего рыцаря. Вернувшись позже к даосскому учителю, Ли Бо покинул его ради путешествий. В дороге он знакомился с разными людьми. Его охотно приглашали в гости как интересного собеседника. Ли Бо прославился как тонкий лирик. Даосская практика настроила его душу на острое восприятие всего прекрасного и чудесного в окружающем мире. Посетив даосский храм на вершине горы, он написал:
На горной вершине
Ночую в покинутом храме.
К мерцающим звездам
Могу прикоснуться рукой.
Боюсь разговаривать громко:
Земными словами
Я жителей неба
Не смею тревожить покой. (Пер. А. Гитовича)
Ощущение тайны, космического единения с миром, растворения в его небесной красоте звучит в стихотворении «Вопрос и ответ в горах»:
Пытали однажды:
мол, что за нужда -
В нефритовых скалах
гнездо себе вью?
В ответ улыбнулся и промолчал,
А сердце запело:
свободу люблю…
Стремнина
персиковых лепестков,
Летящих с обрыва
в ущелье теней.
Лишь здесь – небеса,
и земля только здесь
А не среди
людей! (Пер. Э.Балашева)
Своей кистью Ли Бо превращает печальные наблюдения за увядающей природой в волшебные картинки:
Здесь обезьянки
В заводи речной,
Похожие
На белые снежинки,
Играют
С отраженною луной
И корчат ей
Гримасы и ужимки. (Пер. А. Гитовича)

Во дворце сам император ухаживал за прославленным поэтом, красавица Ян собственноручно растирала ему тушь. Ли Бо мечтал о серьезной государственной службе, а его использовали для сочинения стихов, воспевающих Драгоценную супругу. Однажды он сравнил Ян с красавицей древности по прозвищу Летящая Ласточка. Всесильный евнух Гао Лиши, которому однажды было велено снять с Ли Бо туфли, намекнул Ян, отличавшейся полнотой, что поэт над ней посмеялся. Ли Бо был удален от двора.
Осенью 744 г. в винной лавке города Сунчэна Ли Бо, сидевший со своим другом поэтом Гао Ши (702 – 165), познакомился с другим будущим великим поэтом - Ду Фу (712 – 770). Бывший странствующий рыцарь, Гао Ши мечтал прославиться военными подвигами, но никак не мог найти себе покровителя. Не удалось ему и сдать экзамен на чин, хотя имя поэта как сочинителя стихов на военные темы уже было известно. Ду Фу, также не сдав экзамены, странствовал. В дальнейший путь они отправились втроем. Друзья любовались пейзажами, посещали приюты отшельников, беседовали за чаркой вина о поэзии, о составлении из лекарственных трав и минералов эликсира долголетия. В начале зимы Ли Бо и Ду Фу проводили Гао Ши в путешествие на юг, затем они расстались, но вновь вместе провели следующую осень. Дружба двух поэтов вошла в легенды.
Ду Фу страстно мечтал о государственной службе. Он посылал во дворец императора торжественные оды, но лишь в 755 г. получил должность секретаря в правовом ведомстве наследного принца. В этом же году вспыхнул мятеж Ань Лушаня, военоначальника тюркского происхождения. Его лозунгом было свержение рода Ян, а на самом деле – захват власти. Зверства и жестокости мятежников заставили китайцев встать на защиту династии, хотя многие до этого были ею недовольны, так как император, увлекшись развлечениями, давно забросил государственные дела. Ду Фу с болью откликнулся на поражение китайских войск в битве при Чэньтао:
Пошли герои
Снежною зимою
На подвиг,
Оказавшийся напрасным.
И стала кровь их
В озере – водою,
И озеро Чэньтао
Стало красным.
В далеком небе
Дымка голубая,
Уже давно
Утихло поле боя,
Но сорок тысяч
Воинов Китая
Погибли здесь,
Пожертвовав собою.
И варвары
Ушли уже отсюда,
Блестящим снегом
Стрелы обмывая,
Шатаясь
От запоя и от блуда
И варварские песни распевая.
И горестные
Жители столицы,
На север оборачиваясь,
Плачут:
Они готовы
День и ночь молиться,
Чтоб был
Поход правительственный начат. (Пер. А. Гитовича)

Император с фавориткой покинули Чанъань, но по пути сопровождавшие их войска взбунтовались. Ян гуйфэй была задушена, а императора принудили отказаться от трона в пользу сына – Ли Хэна (Суцзуна). Между тем, пала столица Чанъань.
Смута застала Ду Фу в Фэнсяне. Он поспешил в ставку нового императора, но по пути был схвачен мятежниками и снова оказался в столице. Город обезлюдел. На его стенах расположились стаи ворон, то и дело поднимавшиеся и летящие полакомиться падалью или телами казненных. Повсюду шел грабеж и охота за людьми, верными прежней династии. Ду Фу удалось бежать. Он добрался до ставки Суцзуна и получил назначение на должность, однако вскоре пострадал за свою честность. Там он узнал, что Ли Бо участвовал в заговоре принца Линя и сослан в Елан. Увидев друга во сне, Ду Фу написал:
Если б смерть разлучила нас –
Я бы смирился, поверь,
Но разлука живых
Для меня нестерпима теперь,
А Цзяннань – это место
Коварных и гиблых болот,
И оттуда изгнанник
Давно уже писем не шлет.
Закадычный мой друг,
Ты мне трижды являлся во сне,
Значит, ты еще жив,
Значит, думаешь ты обо мне.
Ну, а что, если это
Покойного друга душа
Прилетела сюда,
В темноту моего шалаша?
Прилетела она
Из болотистых южных равнин,
Улетит – и опять
Я останусь во мраке один.
Ты в сетях птицелова,
Где выхода, в сущности, нет,
Где могучие крылья
Не в силах расправить поэт.
Месяц тихим сияньем
Мое заливает крыльцо,
А мне кажется – это
Ли Бо осветилось лицо.
Там, где волны бушуют,
Непрочные лодки губя,
Верю я, что драконы
Не смогут осилить тебя. (Пер. А. Гитовича)
Вскоре и самого Ду Фу выслали из столицы и отправили в далекую область Хуачжоу в должности инспектора по делам просвещения. В 759 г. он подал в отставку и поселился в соломенной хижине. Остаток жизни поэт провел в бедности и скитаниях. Ему так больше и не удалось повидаться с Ли Бо, который умер в 762 году. По легенде, он утонул, пытаясь поймать отраженье луны, но был вознесен на небо усатым китом. Современники считали, что поэт был небожителем, низвергнутым за какой – то проступок на землю.
Мятеж Ань Лушаня тяжело отразился и на судьбе другого великого поэта и художника – Ван Вэя (701 – 761), происходившего из семьи чиновника. Успешно сданные экзамены открыли ему путь к служебной карьере. Он получил пост музыкального распорядителя. Однако вскоре ошибка придворных актеров в церемониальном танце закончилась для него ссылкой. Ван Вэй возвратился в столицу десять лет спустя и поступил на службу к министру Чжан Цзю – лину. Падение покровителя и приход к власти алчного министра Ли Линь-фу подорвали веру поэта в то, что он может принести пользу родине. Не оставляя службы, он все больше стремился к природе и уединению. В свободное от службы время Ван Вэй играл на цитре, писал стихи и рисовал картины. В особенности ему удавались зимние пейзажи и портреты, написанные тушью. В дни мятежа поэт попал в плен к Ань Лушаню и провел какое – то время в заключении в Лояне. По возвращении в ставку императора он был отдан под суд по обвинению в сотрудничестве с мятежниками, и лишь заступничество брата спасло его от смертной казни. Выйдя в отставку, Ван Вэй купил имение на р. Ванчуань, где устроил большой сад. Ведя жизнь отшельника, он общался лишь со своим другом Пэй Ди. Разочарование в службе современному государству, тяга к проповедуемой даосами простоте жизни, поиск идеала в прошлом отразилась в стихотворении, содержащем намеки на «Персиковый источник» Тао Юаньмина:
Как порвать
С мирскими тенетами связь,
Прах отряхнуть,
Отречься житейских забот?
Посох возьми
И возвратно, не торопясь,
Путь предприми
К роднику, где персик цветет. (Пер. А.Штейнберга)
Поэзия Ван Вэя проникнута идеями сформировавшегося в период Тан нового направления буддизма – чань, в котором большую роль играло состояние медитации. Чань учил, что в каждом человеке заключен Будда. Путем внутреннего сосредоточения разум может преодолеть свою ограниченность и слиться с «космическим телом Будды». В этот момент человек переживает ощущение растворения своего «я» в мире природы – «просветление». В состоянии «просветления» человеку мгновенно открывается красота и смысл окружающих вещей, к поэту приходят нужные слова, к художнику – яркие образы. Мастерски поэт передает состояние единения с природой:
Белые камни
В речке устлали дно.
Небо застыло.
Мало красной листвы.
На горной дороге
Дождь не падал давно.
Влажное платье
Небесной полно синевы. (Пер. А.Штейнберга)
Внутреннее напряжение делает чувства необычайно обостренными и восприимчивыми. Стараясь передать невыразимые словами ощущения, Ван Вэй рисует образную картину, способную донести до читателя их отсвет:
Дождь моросит
На хмурой заре.
Вяло забрезжил
День на дворе.
Вижу лишайник
На старой стене:
Хочет вползти
На платье ко мне. (Пер. А.Штейнберга)

Крупным танским поэтом, чьи стихи проникнуты острой социальной проблематикой, был Бо Цзюй – и (772 – 846). Занимая высокие чиновничьи посты, он много раз рисковал карьерой и жизнью, обличая несправедливость. Герои его стихов – ограбленные сборщиками налогов и бесчинствующими наемниками крестьяне, голодный угольщик, больной старик. Изображение их страданий имеет обличительную направленность и представляет собой сюжетный рассказ. Бо Цзюй – и положил начало традиции романтического изображения любви императора Сюаньцзуна и красавицы Ян в поэме «Вечная печаль».
В эпоху Тан расцвел новый жанр повествовательной прозы – новелла. Сохраняя связь с существовавшей ранее волшебной прозой, новелла имеет, в отличие от нее, развитый сюжет. Это уже не единичный удивительный случай, а сложно построенная интрига. Помимо фантастических мотивов в прозу проникают проблемы современности.
В повести Шэнь Цзицзи «Волшебная подушка» молодой человек по имени Лу встречает в харчевне монаха – даоса и жалуется ему, что по бедности, вместо того, чтобы сделать карьеру, вынужден прозябать в деревне. Монах обещает юноше исполнить все его желания и предлагает отдохнуть на его подушке. Во сне Лу женится на богатой наследнице, делает головокружительную карьеру. Ему доводится изведать и опалу, и милость, живя в вечной тревоге и не замечая, как текут годы. Проснувшись, Лу благодарит даоса за урок: «Наконец – то я познал пути чести и позора, рок нищеты и богатства, закономерность приобретений и утрат, тайны жизни и смерти. Вы, учитель, показали мне тщету моих желаний».
В танскую новеллу проникают бытовые сюжеты. Их героями становятся купцы, мелкие чиновники, студенты, женщины. Все они имеют дидактическую направленность. «История Се Сяоэ» Ли Гунцзо рассказывает о дочери странствующего торговца, которая в результате нападения разбойников теряет всю семью. Переодевшись мужчиной, она ищет убийц и, найдя, мстит им, после чего, как настоящая конфуцианка, не помышляя о повторном браке, уходит в монастырь.
«Не изменить своей клятве отомстить убийцам отца и мужа – вот пример верности. Служить в людях, как мужчина, но не показать, что ты женщина, - вот пример целомудрия. С начала до конца во всем быть верной и чистой – так ведут себя истинно добродетельные. Примера Сяоэ достаточно, чтобы наставить тех, кто идет по ложному пути и нарушает порядок в Поднебесной; Сяоэ может служить образцом супружеской верности и дочерней почтительности».
Отзвуки современных потрясений проникли в новеллу Се Тяо «История Ушуан». Ее герой, племянник начальника податного управления, Ван Сянькэ, рано остается сиротой. Он любит дочь дяди – Ушуан, но по бедности едва ли может рассчитывать на ее руку. В столице начинается мятеж войск. Автор мастерски описывает поведение обезумевших от страха чиновников, расправу со сторонниками прежнего режима. После подавления волнений, Ван Сянькэ ищет родных и узнает, что за переход на службу к мятежникам его дядя с супругой казнены, а их дочь попала в гарем императора. Он прилагает нечеловеческие усилия, чтобы спасти ее. Понимая, как сложно на основе современного материала выстроить повесть со счастливым концом, автор сам словно удивляется и спрашивает читателя: «Ну, не удивительно ли все это?»
Наиболее известными художниками позднего периода существования империи Тан были Чжоу Фан (VIII – IX вв.), Сюй Си, Хуан Сюань (X в.) При жизни военный губернатор Чжоу Фан был прославлен росписями храмов. Лучшей из его религиозных картин считалось изображение бодхисаттвы Авалокитешвары, любующегося отражением луны в воде. По заказу двора он создал ряд картин придворного быта. На них изящные придворные красавицы с высокими прическами любуются цветами, гуляют, играют в шашки. Однажды он соревновался с художником Хань Ганем в написании портрета канцлера Чжао Цзуна. Жена последнего отдала пальму первенства Чжоу Фану, потому что он сумел передать не только сходство портрета с ее мужем, но и его характер. Впрочем, если Хань Гань и проиграл своему сопернику в жанре портрета, он неизменно превосходил всех современников в изображении лошадей, которых рисовал с натуры. Сюй Си и Хуан Цюань были родоначальниками жанра «цветы – птицы». Одним из его истоков является буддизм чань, утверждавший, что Будда пронизывает весь мир, следовательно, он может открыться даже через малое – один цветок, одну птицу. О картинах Хуан Цюаня ходило много легенд. Рассказывали, что однажды он так живо нарисовал фазана на стене княжеского дома, что увидевший его хозяйский сокол встрепенулся и приготовился броситься на него. Особенно прославила художника картина, изображавшая белого зайца на белом шелке.
Тяжелое положение крестьян вызвало в Танской империи мощное крестьянское восстание под руководством солдата императорской гвардии Хуан Чао. Оно длилось с 875 по 884 год. Войско повстанцев к 880 г. насчитывало 250 – 300 тыс. человек. Они сумели захватить обе столицы. Законный император в 884 г. вернулся в Чанъань при помощи кочевников. Хуан Чао, вынужденный бежать, покончил жизнь самоубийством.
В 907 г. империи Тан не стало. Наступившую раздробленность в китайской историографии называют периодом Пяти династий. Ведущую роль в государственном строительстве играла армия. Часто солдаты сами назначали и смещали своих императоров. Династии возникали и исчезали, как роса на солнце. На севере Китая кидани, воспользовавшись ослаблением страны, создали свое государство Ляо со столицей в городе Яньцзине (Пекине).

Династия Тан (18 июня 618 – 4 июня 907 гг. н.э.) – китайская императорская династия, основанная Ли Юанем . Его сын – император Ли Шиминь, после окончательного подавления крестьянских восстаний и сепаратистских феодальных сил начал проводить прогрессивную политику. Эпоха династии Тан традиционно считается в Китае периодом наивысшего могущества страны, Китай в этот период опережал остальные современные страны мира в своём развитии.

С приходом к власти в 618 г. н.э. династии Тан – начался один из лучших периодов в истории Китая. Деятельный и гуманный характер правления основателей династии – Гао-Цзу и его сына Тай-Цзуна позволили восстановить империю.

Западные регионы были присоединены к владениям Китая. К императорскому двору направляли свои посольства Персия, Аравия и другие западно-азиатские государства. Кроме того, были расширены границы на Северо-Востоке страны; к имперским владениям была присоединена Корея. На юге была восстановлена власть Китая над Аннамом.

Поддерживались отношения с другими странами Юго-Восточной Азии. Таким образом, территория страны по своим размерам стала почти равной территории Китая периода расцвета династии Хань .

Если проследить китайскую историю с самых древних династий, можно увидеть, что она постоянно повторяется, как будто подчиняясь величественному ритму времени. Из руин и хаоса появляется талантливый правитель, который основывает новую династию , возрождающую империю.

Государство достигает небывалых высот в развитии, затем начинается упадок , империя распадается, вновь погружаясь в хаос. Так было и с династией Тан, основанной Ли Юанем в 618 году.

Китайская династия Тан была основана Ли Юанем , крупным землевладельцем родом с северных границ Китая, населённых народностью табгач – китаизированными потомками степняков-тоба. Ли Юань вместе со своим сыном Ли Ши-минем одержал верх в гражданской войне, поводом к которой послужила жёсткая и безрассудная политика последнего императора династии Суй – Ян-ди, и вскоре, после его смерти в 618 г. взошёл на престол в Чанъани под династическим именем Гао-цзу.

Впоследствии Гао-Цзу был отстранён от власти Ли Шиминем, однако основанная им династия Тан сохранилась и находилась у власти до 907 г. с небольшим перерывом в 690-705 годах (правление императрицы У Цзэтянь, выделяемое в особую династию Чжоу).

Ли Юань вошел в историю под посмертным именем Гао-Цзун, а правил под именем У-ди. Это был талантливый феодал и полководец , любивший охоту, пышные представления и верховую езду. Говорят, что свою прекрасную жену он выиграл, состязаясь в стрельбе из лука и поразив мишень – оба глаза нарисованного павлина.

При императоре Гао-цзу, столица была перенесена в Дасин , переименованный в Чанъань в честь расположенной неподалеку древней столицы Поднебесной. Император потратил около 10 лет на достижение мира с соседними государствами и внутри страны. Постепенно благодаря разумным дипломатическим мерам он смог привлечь на свою сторону мятежников и разбитые отряды противника.

Продолжилось восстановление денежного обращения и системы экзаменов; торговля стала жестко контролироваться центральным правительством. Одно из главных достижений императора Гао-Цзу – создание нового свода законов, насчитывающего 502 статьи. Эти законы, в основе которых лежала философия инь-ян, теория пяти первоэлементов и конфуцианские принципы , просуществовали вплоть до XIV века и стали образцом для законодательных систем Японии, Вьетнама и Кореи.

У Гао-Цзу было три сына , наследником был объявлен старший из них, однако, на трон метил сын Ли Шиминь, принимавший активное участие в действиях, направленных на подавление мятежей внутри страны.

Узнав, что братья стараются настроить против него отца, он перешел к решительным действиям и объявил об их незаконной связи с наложницами из императорского гарема . Братья отправились во дворец, чтобы оправдаться перед Гао-Цзу, но у ворот их поджидал Ли Шиминь со своими сторонниками.

Ли Шиминь пронзил стрелой наследника, а второй брат был убит его людьми. Император, узнав о случившемся, уступил свой трон сыну и уехал доживать свой век в сельской глуши. Ли Шиминь приказал казнить десятерых детей своих братьев, чтобы избавиться от возможных противников.

В 626 году на трон взошел впоследствии самый могущественный император танской династии, получивший тронное имя Тай-цзун. Этот великий руководитель до сих пор считается образцом конфуцианского идеала правителя, который выступал за интересы крестьян, купечества, интеллигенции и землевладельцев.

Императору удалось окружить себя мудрыми и преданными чиновниками , чуждыми коррупции. Чиновники спали посменно, чтобы быть в распоряжении императора в любое время суток. Если верить истории, император трудился без устали , развешивая на стенах своей спальни бесчисленные доклады своих подданных и изучая их по ночам.

Бережливость, реформы в области военного строительства и власти на местах, улучшенная система транспорта и развитое сельское хозяйство принесли процветание всей стране. Империя Тан стала уверенным и стабильным государством, значительно обогнавшим в развитии другие страны этого периода. Чанъань превратился в настоящий город-космополит , принимавший многочисленные посольства.

За образованием сюда стекались отпрыски аристократов из ближайших стран , формировались национальные общины. С наибольшим энтузиазмом гостеприимством Китая пользовались японцы, которые после нескольких лет обучения и работы заграницей возвращались на родину, где формировали государственную структуру по примеру своих соседей. Именно в этот период Китай оказал огромное влияние на становление японской культуры.

Развитие культуры и народных промыслов

Экономические и административные нововведения династии Суй были восприняты и закреплены в танскую эпоху. В эпоху династии Тан, в Китае был введен в действие новый порядок долговременного владения землей , в соответствии с которым образование крупных земельных владений было ограничено, а крестьяне получили возможность поддерживать стабильный уровень жизни.

Наиболее значимым достижением стала созданная в эпоху династии Тан правовая система , которая, в конечном счете, порвала с нигилизмом периода Цинь. Был сформулирован обязательный свод социальных традиций и правил поведения, пропитанных духом конфуцианства.